Пагубная самонадеянность ошибки социализма скачать

Пагубная самонадеянность

Аннотация

«Пагубная самонадеянность» — последняя работа профессора Ф. А. Хайека, выдающегося австро-американского экономиста, лауреата Нобелевской премии. В книге подводится итог более чем полувековым размышлениям над природой необычайной и губительной для человечества популярности социалистических идей в XIX и XX вв., а также над причинами, которые делали неизбежным провал всех и всяческих проектов построения социалистического общества. Книга представляет интерес для экономистов, философов и политологов, а также для тех неспециалистов, которые хотели бы лучше понять принципы организации общества свободных людей.

Рецензии читателей

Книги автора

Источник

Пагубная самонадеянность

Хайек Фридрих Август фон

Ещё

Частные деньги скачать

Скачать книгу «Пагубная самонадеянность»

О книге

Иногда кажется, что все ответы лежат на поверхности, что все довольно легко объяснимо. Но на практике выясняется, что всё гораздо сложнее, и далеко не всегда объяснимо и понятно. Обращаясь к опыту и знаниям профессионалов, можно получить ценную информацию, которая поможет во всем разобраться.

Для тех, кто хочет разобраться во всех особенностях психологии, книга Хайька Фридриха Августа фон «Пагубная самонадеянность» будет очень полезна. Материал подан последовательно, логично и, главное, доступно, чтобы каждый читатель мог сориентироваться в теме. Поэтапно представлены все базовые понятия, важные темы раскрыты последовательно, чтобы читателю было комфортно усваивать новые знания.

Здесь можно найти ответы на свои вопросы, и при этом еще существенно расширить границы понимания данной темы. Но и эта книга сама по себе заключает в себе большую ценность, она способна помочь найти ответы на вопросы. После изучения мыслей и рекомендаций автора станут понятные многие моменты, которые раньше не находили объяснения. На сайте можно скачать книгу в формате epub, fb2 или читать онлайн.

С этой книгой читают

Путешествия Души скачать

Путешествия ДушиНьютон Майкл

Книга М.Ньютона «Путешествия Души» — это сенсация. Сразу же после выхода в свет она стала мировым бестселлером. Благодаря этой книге широкому кругу людей впервые стала…

рейтинг книги

Если хочешь быть счастливым скачать

Если хочешь быть счастливымЛитвак Михаил Ефимович

Автор, как и Козьма Прутков, считает, что счастье человека в его собственных руках. И если он умеет общаться с собой, находит общий язык с близкими, способен управлять…

рейтинг книги

Предназначение Души скачать

Предназначение ДушиНьютон Майкл

Каждый из нас где-то глубоко в сердце задает себе вопросы: «Кто я, зачем я родился, для чего мне дана эта жизнь, что мне нужно сделать в ней, куда я уйду после смерти?»…

рейтинг книги

Искусство доминировать скачать

Искусство доминироватьШлахтер Вадим Вадимович, Хольнов Сергей Юрьевич

Это — вторая из серии книг об управлении человеческим сознанием, написанная совместно кандидатом психологических наук, ведущим специалистом Академии экспериментальной…

рейтинг книги

Измените мозг - изменится и жизнь! скачать

Измените мозг — изменится и жизнь!Амен Дэниэл Дж.

Дэниел Амен, автор этой книги, — доктор медицины, нейрофизиолог и нейропсихиатр-новатор. Благодаря своим исследованиям он установил, что наши мысли и чувства оказывают…

рейтинг книги

Как читать человека словно книгу скачать

Как читать человека словно книгуНиренберг Джерард, Калеро Генри

Книга расскажет вам о том, как понять человека, даже не слыша его, а только видя. Как прочитать его жест, как узнать, правду ли он говорит и т.д. Также в книге вы…

рейтинг книги

Как читать человека. Черты лица, жесты, позы, мимика скачать

10 глупейших ошибок, которые совершают люди скачать

10 глупейших ошибок, которые совершают людиФриман Артур, Девульф Роуз

Умные люди — тоже люди. А человеку свойственно ошибаться. Наверняка в течение своей жизни вы допустили хотя бы одну из глупых ошибок, описанных в этой книге. Но…

рейтинг книги

Источник

Фридрих Август фон Хайек

Пагубная самонадеянность

ПАГУБНАЯ САМОНАДЕЯННОСТЬ

Ошибки социализма

Русский текст печатается по изданию:

THE COLLECTED WORKS OF F. A. Hayek, VOLUME I. THE FATAL CONCEIT. The Errors of Socialism. EDITED BY W. W. BARTLEY III. The University of Chicago Press.

Опубликовано при содействии: Гуверовского института войны, революции и мира Станфордского университета; Института Катон, Вашингтон, округ Колумбия; Центра независимых исследований, Сидней; Фонда Эрхарда, Энн Арбор; Фонда торговли и промышленности, SA, Рио-де-Жанейро; Высшей школы экономики и администрации, (ESEADE), Буэнос-Айрес; Херитидж Фаундейшн, Вашингтон, округ Колумбия; Института гуманитарных исследований, Университет Джорджа Мэйсона; Института экономических проблем, Лондон; Свободного института, Рио-де-Жанейро; Благотворительного фонда Чарльза Г. Коха, Уичита; Фонда Веры и Уолтера Моррис, Литтл-Рок; Шведского фонда свободного предпринимательства, Стокгольм; Издательства «Тимбро/Рацио», Стокгольм; Фонда Уинкотта, Лондон.

От редактора

Редактор выражает свою признательность, прежде всего, секретарю профессора Хайека г-же Шарлотте Кубитт за неоценимую помощь, оказанную ею при подготовке этой рукописи к публикации. Хотелось бы также поблагодарить своих собственных научных ассистентов Тимоти Бранена, Тимоти Гросклоуза, Кеннета Рокка, Кристин Мойнихен и Лейфа Венара из Станфордского университета за работу над текстом; своих коллег: д-ра Михаила Бернстама (Гуверовский институт), г-на Джеффри Фридмана (Калифорнийский университет, Беркли), д-ра Ханнеса Гиссурарсона (Исландский университет), д-ра Роберта Гессена (Гуверовский институт), г-жу Жене Оптон (Беркли), профессора Герарда Радницкого (Трирский университет), профессора Джулиана Саймона (Мэрилендский университет) и профессора Роберта Уэссона (Гуверовский институт) за то, что они внимательно прочли рукопись и помогли полезными советами. Разумеется, никто из них не несет ответственности за какие-нибудь ошибки, оставшиеся неисправленными.

У. У. Бартли, III

Стэнфорд, Калифорния Май 1987

Предисловие автора апреля 1988 (22 декабря 1998)

Смысл таких понятий, как свобода или воля, не подразумевает, как может показаться, освобождения от всех ограничений. Он скорее предполагает возможно более действенное применение любого справедливого ограничения ко всем членам свободного общества, будь то мировой судья или простой подданный. Адам Фергюсон Правила морали не являются заключениями нашего разума. Давид Юм Как же могут возникать институты, служащие для общественного блага и чрезвычайно важные для его развития, без общей воли, направленной к их установлению? Карл Менгер

Работая над этой книгой, я придерживался двух правил. Я решил не делать в ней постраничных сносок, а все не существенные для подкрепления основных выводов, но интересные и важные для специалиста аргументы либо относить в приложения, либо давать мелким шрифтом. Тогда широкий читатель сможет пропустить их, не упустив тех моментов, на которые эти выводы опираются. Так, работы, которые я цитирую или на которые ссылаюсь, обычно обозначаются просто заключенным в скобки именем автора (если оно не ясно из контекста) и годом издания работы, в случае необходимости — с указанием страниц. Полные выходные данные этих работ приводятся в списке литературы в конце книги. Если было использовано последнее издание работы, оно обозначается двойной датировкой, например, 1786/1973, где первая цифра относится к году первого издания, а вторая — к году более позднего. Невозможно было бы перечислить всех, кому я в продолжение многолетней научной жизни оказывался обязанным своими знаниями и мыслями, даже если бы мне удалось привести полный список обогативших меня работ. Еще невозможнее составить библиографию всех работ, о которых известно, что следовало бы изучить их, прежде чем претендовать на компетенцию в области столь широкой, как та, о которой пойдет речь в настоящей книге. Не представляется мне возможным и лично выразить свою признательность всем, чьи усилия, так же как и мои, на протяжении многих лет были направлены в принципе к той же самой цели. Тем не менее, я хотел бы принести глубокую благодарность Шарлотте Кубитт, помогавшей мне в течение всего периода работы над книгой — без этой самоотверженной помощи она никогда не была бы завершена. Я признателен также профессору Гуверовского института Стэнфордского университета У. У. Бартли, III, занявшемуся рукописью и подготовившему ее к печати, когда болезнь лишила меня возможности завершить работу над окончательным вариантом книги.

Ф. А. Хайек

Фрайбург-им-Брайсгау Апрель, 1988

Введение. Был ли социализм ошибкой?

Идея социализма в одно и то же время грандиозна и проста… В самом деле, можно сказать, что это одно из самых честолюбивых порождений человеческого духа… Она столь великолепна, столь дерзка, что правомерно вызвала величайшее восхищение. Мы не вправе небрежно отбросить социализм в сторону, мы должны опровергать его, если хотим сласти мир от варварства. Людвиг фон Мизес

В этой книге говорится о том, что возникновение нашей цивилизации и сохранение ее в дальнейшем зависят от феномена, который можно точнее всего определить как «расширенный порядок человеческого сотрудничества» — порядок, чаще именуемый, хотя и не вполне удачно, капитализмом. Для понимания нашей цивилизации необходимо уяснить, что этот расширенный порядок сложился не в результате воплощения сознательного замысла или намерения человека, а спонтанно: он возник из непреднамеренного следования определенным традиционным и, главным образом, моральным практикам (practices). Ко многим из них люди испытывают неприязнь, осознать их важность они обычно не в состоянии, доказать их ценность неспособны. Тем не менее, эти обычаи довольно быстро распространились благодаря действию эволюционного отбора, обеспечивающего, как оказалось, опережающий рост численности и богатства именно тех групп, что следовали им. Неохотное, вынужденное, даже болезненное привитие таких практик удерживало подобные группы вместе, облегчало им доступ ко всякого рода ценной информации и позволяло «плодиться и размножаться, и наполнять землю, и обладать ею» (Бытие, 1:28). Данный процесс остается, по-видимому, наименее понятой и оцененной гранью человеческой эволюции. Социалисты смотрят на это иначе. Не только выводы их отличны — сами факты видятся ими по-иному. И то, что социалисты неверно судят о фактах, имеет решающее значение для моей аргументации, как она будет развертываться на следующих страницах. Если бы социалистическое толкование существующего экономического порядка и возможных альтернатив ему было правильным в фактическом отношении, мы были бы обязаны — я готов признать это — подчинить распределение доходов определенным моральным принципам. Чтобы сделать такое распределение возможным, нам пришлось бы также наделить какой-либо орган центральной власти правом управлять использованием имеющихся ресурсов, что предполагало бы уничтожение индивидуальной собственности на средства производства. Если бы в утверждении, что централизованное управление средствами производства может способствовать созданию коллективного продукта, по меньшей мере, столь же обильного, как мы производим сейчас, содержался хотя бы гран истины, нам действительно пришлось бы решать серьезную проблему: как осуществить распределение по справедливости? Однако подобная проблема перед нами не возникает. Кроме распределения продуктов с помощью рыночной конкуренции мы не знаем никакого иного способа информировать индивидов о том, куда каждый из них должен направить свои усилия, чтобы его вклад в создание совокупного продукта оказался максимальным. Суть моих рассуждений, таким образом, состоит в следующем. Конфликт между сторонниками (с одной стороны) спонтанного расширенного человеческого порядка, создаваемого рыночной конкуренцией, и теми (с другой стороны), кто выступает за сознательную организацию человеческих взаимоотношений центральной властью, опирающейся на коллективное распоряжение имеющимися ресурсами, вытекает из фактической ошибки последних в понимании того, как возникают и используются знания об этих ресурсах. Поскольку данный конфликт касается фактического вопроса, он должен быть разрешен с помощью научного анализа. Научный же анализ показывает, что, следуя спонтанно складывающимся нравственным традициям, лежащим в основе конкурентного рыночного порядка (а эти традиции не удовлетворяют канонам и нормам рационализма, принятым у большинства социалистов), мы производим и накапливаем больше знаний и богатства, чем возможно добыть и использовать в централизованно управляемой экономике, приверженцы коей претендуют на строгое следование «разуму». Таким образом, цели социализма фактически недостижимы, и программы его невыполнимы; к тому же оказывается, что в действительности они несостоятельны еще и логически. Вот почему, вопреки распространенному мнению, речь идет не просто о расхождениях в интересах или ценностных установках. Напротив, сам по себе вопрос о том, как люди приходят к принятию определенных ценностей и норм и какие это имеет последствия для эволюции человеческой цивилизации, есть вопрос, прежде всего, фактический. Он и составляет сердцевину настоящей книги. Попытка ответить на него в общих чертах сделана в первых трех главах. Требования социализма не выводятся как моральный итог из традиций, сформировавших расширенный порядок, который в свою очередь сделал возможным существование цивилизации. Скорее, они являются попыткой разделаться с этими традициями, заменив их рационально сконструированной системой морали, притягательность которой кроется в том, что обещаемые результаты отвечают инстинктивным влечениям человека. Согласно социалистическим воззрениям, коль скоро люди оказались способными породить некую систему правил, координирующих их действия, для них должна оказаться посильной и задача изобретения системы даже получше и поприятней. Однако если человечество обязано самим своим существованием какой-то конкретной, регулируемой правилами форме поведения, подтвердившей свою действенность, то оно попросту не может предпочесть другую форму поведения исключительно из-за кажущейся привлекательности ее непосредственно видимых результатов. Спор о рыночном порядке и социализме есть спор о выживании — ни больше, ни меньше. Следование социалистической морали привело бы к уничтожению большей части современного человечества и обнищанию основной массы оставшегося. Все это ставит нас перед важным вопросом, в который я хочу внести ясность с самого начала. Выступая против высокомерия разума, свойственного социалистам, я ни в коей мере не возражаю против разума, применяемого должным образом, «Разум, применяемый должным образом», понимается мною как разум, учитывающий свою собственную ограниченность, умеющий и себя подчинять законам разума и вынесший необходимые уроки из установленного экономистами и биологами поразительного факта, суть которого состоит в том, что порядок, возникающий независимо от чьего бы то ни было замысла, может намного превосходить сознательно вырабатываемые людьми планы. В конце концов, не могу же я нападать на разум в книге, доказывающей фактическую и даже логическую несостоятельность социализма! Не оспариваю я и того, что разум, пусть осторожно и постепенно, может быть обращен на изучение, критику и обоснование отказа от традиционных институтов и нравственных принципов. Эта книга, как и ряд более ранних моих работ, направлена против привычных понятий о разуме, которыми руководствуется социализм: понятий, воплощающих, как я убежден, наивную и некритичную рационалистическую теорию, устаревшую и ненаучную методологию, которую в другой своей работе я определил как «конструктивистский рационализм» (1973). Словом, я не отказываю разуму в способности совершенствовать нормы и институты и даже не настаиваю на том, что он неспособен переориентировать всю нашу систему морали в направлении, обычно представляемом сейчас как «социальная справедливость». Мы можем пойти таким путем, однако это чревато испытаниями для каждого отдельного звена системы моральных норм. Если же перестроенная таким образом система морали претендует на способность совершить то, чего она совершить попросту не в состоянии (ей не под силу справляться с задачами генерирования новых знаний и упорядочения человеческой деятельности из-за ее собственных правил и норм), тогда сама эта несостоятельность представляет собой решающий рациональный аргумент против подобной системы морали. Осознать эти выводы очень важно, поскольку представление, что в конечном счете весь спор сводится к спору о ценностях, а не о фактах, не позволило профессиональным исследователям рыночной системы достаточно убедительно доказать, что социализм просто-напросто не может выполнить свои обещания. Не следует выводить из моих рассуждений и того, что я не признаю некоторых ценностей, широко проповедуемых социалистами. Однако я не считаю, что получившее широкое хождение понятие «социальной справедливости» описывает какое-то возможное положение дел или хотя бы вообще имеет смысл, и надеюсь доказать это ниже. Не считаю я также (в отличие от некоторых глашатаев этики гедонизма), что можно принимать решения нравственного характера исходя из одних только соображений наибольшего ожидаемого удовольствия. Отправной точкой моего исследования вполне могло бы служить проницательное замечание Давида Юма о том, что «правила морали… не являются заключениями нашего разума» (Treatise, 1739/1886: II: 235. {Юм: 1965; I, 604}). [Здесь и далее в угловых скобках приводятся ссылки на имеющиеся в русских переводах работы, цитируемые Ф. Хайеком (см. также библиографию в конце книги). — Прим. науч. ред.] Замечание Юма будет играть главную роль в этой книге, потому что в нем сформулирован основной вопрос, ответ на который я пытаюсь дать в этой своей работе, а именно: как возникает наша мораль и какое воздействие на экономическую и политическую жизнь оказывает сам способ, каким она обретает существование? Утверждение, что мы вынуждены сохранять капитализм, поскольку он обладает наивысшей способностью использовать рассеянное знание, порождает вопрос: каким образом мы получили этот незаменимый экономический порядок? — особенно в свете моего заявления, что против норм морали и институтов, потребных капитализму, восстают мощные инстинктивные и рационалистические побуждения. В первых трех главах я попытался (в общих чертах) дать ответ на этот вопрос, исходя из истины, давно и прочно усвоенной экономистами. Суть ее в том, что наши ценности и институты не просто определяются какими-то прошлыми событиями, но формируются как составная часть процесса бессознательной самоорганизации некоей структуры или модели. Это имеет силу не только для экономической науки; принцип этот гораздо шире — в частности, на нем строится вся современная биология. Он был первенцем в растущем семействе теорий, представляющих формирование сложноорганизованных структур как процесс, в котором задействовано такое количество различных факторов (обусловливающих конкретные его проявления), что исчерпывающее описание этого процесса оказывается непосильной для нас задачей. Приступая к работе в этой области, я считал себя чуть ли не единственным исследователем эволюционного развития подобных высокоорганизованных, сложных, самовоспроизводящихся структур. Но вскоре исследования проблем такого рода под различными названиями: модели самопорождения, кибернетика, гомеостаз, спонтанный порядок, самоорганизация, синергетика, теория систем и т. п. — сделались столь многочисленными, что я смог подробно ознакомиться только с некоторыми из них. Таким образом, эта книга станет ручейком в ширящемся потоке, который явно превращается в последовательную разработку эволюционной (но, разумеется, не просто неодарвинистской) этики. Значительно отличаясь от уже далеко продвинувшейся в своем развитии эволюционной эпистемологии, эволюционная этика, тем не менее, идет, дополняя ее, тем же путем. Хотя из только что сказанного следует, что в моей книге поставлены некоторые трудные научные и философские вопросы, ее главная задача все же состоит в том, чтобы показать, что социализм — одно из наиболее влиятельных политических движений нашего времени — основывается на явно ложных посылках. Пускай он вдохновляется благородными намерениями, пусть во главе его стоят некоторые из лучших умов нашего времени — из-за него оказывается под угрозой уровень жизни, да и сама жизнь значительной части современного человечества. Подтверждение этому содержится в 4-6-й главах, где я рассматриваю и отвергаю социалистический вызов, направленный против того понимания путей развития и сохранения нашей цивилизации, которое излагается в первых трех главах. В 7-й главе я обращаюсь к проблеме языка; моя цель — показать, насколько он искажается под влиянием социалистической фразеологии и сколь осмотрительны должны мы быть, чтобы не соблазниться ею и не начать невольно мыслить по-социалистически. В 8-й главе я разбираю возражение, которое могут выдвинуть не только социалисты, но также и сторонники других течений: что демографический взрыв подрывает мою аргументацию. Наконец, в 9-й главе я делаю несколько кратких замечаний о роли религии в развитии наших нравственных традиций. Поскольку эволюционная теория играет столь существенную роль в этой книге, я должен отметить, что одним из многообещающих явлений последних лет стала разработка эволюционной эпистемологии (Campbell, 1977, 1987; Radnitzky and Hartley, 1987), позволяющая лучше осмыслить рост и функции человеческого знания (Popper, 1934/1959), а также сложные спонтанные порядки (Hayek, 1964, 1973, 1976, 1979) различного типа. Эволюционная эпистемология представляет собой такую разновидность теории познания, в которой разум и продукты его деятельности трактуются как результаты эволюционного процесса. В своей книге я затрагиваю целый ряд связанных с этим проблем, которые, несмотря на их огромную важность, остаются по большей части неисследованными. Иными словами, я предполагаю, что нам необходима не только эволюционная эпистемология, но эволюционная теория развития моральных традиций, причем сильно отличающаяся по своему характеру от той, какою мы располагали до настоящего времени. Разумеется, традиционные правила человеческого взаимодействия — вслед за языком, правом, рынком и деньгами — и были областью, в которой первоначально зародился эволюционный подход. Этика должна признать свое происхождение, и тогда этот последний бастион человеческой гордыни падет. Такая эволюционная теория нравственности действительно появляется. В ее фундамент заложен постулат о том, что наши моральные нормы не порождены инстинктом и не являются творением разума, а представляют собой самостоятельный феномен — «между инстинктом и разумом». Таково, собственно, название первой главы. Этот феномен играет поразительную роль, позволяя нам применяться к проблемным ситуациям и к обстоятельствам, далеко выходящим за рамки возможностей нашего разума. Развитие наших нравственных традиций (как и многих других аспектов человеческой культуры) происходило одновременно с развитием нашего разума, а не являлось его продуктом. Каким бы удивительным и парадоксальным ни показалось мое утверждение, все же традиции морали совершеннее способностей разума.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Источник

Фридрих Август фон Хайек
ПАГУБНАЯ САМОНАДЕЯННОСТЬ
Ошибки социализма
ПОД РЕДАКЦИЕЙ
У.У.БАРТЛИ, III

hayek.gif (2699 bytes)

Перевод с английского Елены Осиновой
Под редакцией Елены Гордеевой
Научное редактирование Ростислава
Капелюшникова

Бумажное русскоязычное издание: М.: Изд-во «Новости» при участии изд-ва
«Catallaxy» 1992. — 304 с.
ISBN 5—7020—0445—0 (русск.)
ISBN 0—226—32068—5 (англ.)

ББК 66.02
Х15

Русский текст печатается по изданию: THE COLLECTED
WORKS OF F. A. Hayek, VOLUME I. THE FATAL CONCEIT. The Errors of Socialism.
EDITED BY W. W. BARTLEY III. The University of Chicago Press.
Опубликовано при содействии: Гуверовского
института войны, революции и мира Станфордского университета; Института Катон,
Вашингтон, округ Колумбия; Центра независимых исследований, Сидней; Фонда
Эрхарда, Энн Арбор; Фонда торговли и промышленности, SA, Рио-де-Жанейро; Высшей
школы экономики и администрации, (ESEADE), Буэнос-Айрес; Херитидж Фаундейшн,
Вашингтон, округ Колумбия; Института гуманитарных исследований, Университет
Джорджа Мэйсона; Института экономических проблем, Лондон; Свободного института,
Рио-де-Жанейро; Благотворительного фонда Чарльза Г. Коха, Уичита; Фонда Веры и
Уолтера Моррис, Литтл-Рок; Шведского фонда свободного предпринимательства,
Стокгольм; Издательства «Тимбро/Рацио», Стокгольм; Фонда Уинкотта,
Лондон.

«Пагубная самонадеянность» — последняя работа профессора Ф. А. Хайека,
выдающегося австро-американского экономиста, лауреата Нобелевской премии. В
книге подводится итог более чем полувековым размышлениям над природой
необычайной и губительной для человечества популярности социалистических идей в
XIX и XX вв., а также над причинами, которые делали неизбежным провал всех и
всяческих проектов построения социалистического общества.

Книга представляет интерес для экономистов, философов и политологов, а также
для тех неспециалистов, которые хотели бы лучше понять принципы организации
общества свободных людей.

От редактора

Редактор выражает свою признательность, прежде всего, секретарю профессора
Хайека г-же Шарлотте Кубитт за неоценимую помощь, оказанную ею при подготовке
этой рукописи к публикации. Хотелось бы также поблагодарить своих собственных
научных ассистентов Тимоти Бранена, Тимоти Гросклоуза, Кеннета Рокка, Кристин
Мойнихен и Лейфа Венара из Станфордского университета за работу над текстом;
своих коллег: д-ра Михаила Бернстама (Гуверовский институт), г-на Джеффри
Фридмана (Калифорнийский университет, Беркли), д-ра Ханнеса Гиссурарсона
(Исландский университет), д-ра Роберта Гессена (Гуверовский институт), г-жу Жене
Оптон (Беркли), профессора Герарда Радницкого (Трирский университет), профессора
Джулиана Саймона (Мэрилендский университет) и профессора Роберта Уэссона
(Гуверовский институт) за то, что они внимательно прочли рукопись и помогли
полезными советами. Разумеется, никто из них не несет ответственности за
какие-нибудь ошибки, оставшиеся неисправленными.

У. У. Бартли, III
Стэнфорд, Калифорния
Май 1987

Комментарии (5)

Пагубная самонадеянность

Прочитав эту книгу около 8 лет назад (в возрасте до 20 лет), я была поражена сравнениями коммунизма с первобытным обществом. До сих пор это одна из моих любимых книг, подробно объясняющая наше коммунистическое прошлое на уровне инстинктов.
Введение. Был ли социализм ошибкой?

Для введения впечатление производит. Браво!
Я думаю, основная мысль всего повествования,
даже если абстрагироваться от чисто экономическоих аспектов,
заключена в следующем:
ВОЗМОЖНО ЛИ ПОРОЖДЕНИЕ МОРАЛИ РАЗУМОМ???
С уважением,
Шаравин Евгений,
[email protected]
Пагубная самонадеянность

Хочу о маржиналистской революции
Пагубная самонадеянность

Скоро на «Либертариуме» появится книга «Австрийская школа в политической экономии» — классика «марджиналистской революции». Работы Джевонса издавались на русском языке до революции (большевистской), в библиотеках они есть.

А вообще, довольно много можно найти на сайте http://www.mises.org (на английском языке).
Глава первая. Между инстиктом и разумом

Думаю, что правила человеческого поведения появляются и существуют не только как результат развития, но и как фундамент человеческого взаимодействия, как основа существования и развития жизни. Мораль же может характеризовать личное отношение человека к неформально и формально признанным основам социального взаимодействия.

Вряд ли можно согласиться с тем, что нормы морали являются традициями. Мораль не нормируется — это первое, а второе, традиции — это все-таки устойчивые и социально-распространенные представления о поведении.

Что касается экономической науки, то это всего лишь человеческое изучение и моделирование процессов создания, передачи и потребления носителей стоимости.

Ни одно серьезное производство не может основываться на полной внутренней и внешней стихии проявления обстоятельств и условий его существования. Оно всегда стремится к той определенности, которая позволила бы не производить невостребуемую денежным спросом продукцию. Любое мелкое производство строится и основывается на устойчивых, предсказываемых или ожидаемых тенденциях и процессах. Стихия в большей степени, чем от действия какого-либо фактора, зависит и проявляется в результате централизованного и организованного воздействия на совокупность экономических процессов, условий и обстоятельств. Безусловно, индивидуально-увязанные отдельные деятельности, охватывающие процессы от идеи до появления стоимостей, являются основой системного устройства экономического взаимодействи, могут, в принципе, исключить появление стихии в производстве и потреблении стоимостей. Пожалуй, я допускаю только одно место для действия стихии — это появление новых идей.

Не стоит лукавить, биологическая эволюция человека, по-прежнему, находится за пределами человеческого осмысления и вряд ли такое состояние позволяет сравнивать ее с экономической эволюцией. Как будто, здесь нет критериев схожести.
Глава вторая. Происхождение свободы, собственности и справедливости

Бог, создав жизнь каждого отдельного человека и, таким образом всех людей , сделал первое установление — жить, жить каждому и всем. Жить в природной среде созданной богом и использовать ее для жизни, и быть в ней свободным в организации и осуществлении жизни. Природа создана и существует как ресурс жизни, ресурс жизни настоящего и будущих поколений. Свобода, данная человеку вместе с жизнью, есть естественное и обязательное условие существования, углубления и расширения жизни. Неоправданные действия по уничтожению природных ресурсов можно рассматривать как деятельность против жизни. Вместе со свободой возникает и ответственность. Человек свободен в своих действиях только при понимании того, что любое его действие может и должно расширять и углублять степень свободы и при этом не ограничивать свободы других людей, и при его деятельности, отражающей это понимание. Свобода и ответственность, реализуемые деятельностью человека, превращаются в правовые материальные отношения, в основе которых находятся отношения собственности. А собственность имеет вид носителя материального права частного лица. Доступность участия каждого человека и частного лица в отношениях собственности есть проявление свободы и справедливости.
Глава третья. Эволюция рынка: торговля и цивилизация

Вряд ли имеет смысл, с одной стороны, придавать торговле, столь большое значение и особенно истории ее существования. С другой стороны, сложившееся состояние торговли, как мне представляется, сдерживает появление принципиальных изменений в функционировании рынка.
Глава четвертая. Бунт инстинктов и разума

Понравилось определение интеллектуалов, как профессиональных торговцев подержанными идеями.

Не удивительно, что многие исследователи стремятся к определению своей позиции по таким понятиям, как свобода и собственность. И то, что они не совпадают можно считать естественным состоянием разнопланового их изучения. Жизнью для внедрения и использования будут выбраны те, которые будут максимально соответствовать ожиданиям и практике социального и экономического взаимодействия. В общем-то, каждый исследователь прекрасно знает, что найти истину многократно меньше шансов, чем высказать свое мнение.
Глава пятая. Пагубная самонадеянность

Понравилась определение: «цивилизация — это процесс; устанавливая систему всеобщих правил и индивидуальных свобод, она делает возможным продолжение своего развития».

В ограниченном видении рынок представляет собой совокупность частного взаимодействия. К сожалению, его функционирование невозможно без поддержки в нем общепризнанного правопорядка, что и поручено государству. Взяв на себя такую миссию, оно принялось за мобилизацию частных средств на эти цели, а затем и на другие, одновременно, формирую структуру стоимости каждого продукта для любой сделки, тем самым, становясь невидимым участником в них. Как правило, эти функции государства выполняет правительство, всегда единственное и самое лучшее, как ему самому всегда кажется. Это чувство вполне можно считать самонадеянностью. А то его состояние, когда оно пытается подменить собой частных лиц и при этом не отвечать перед ними — пагубной самонадеянностью.
Глава седьмая. Наш отравленный язык

Если есть политический популизм, то, видимо, будет существовать и языковой популизм.
Глава восьмая. Расширенный порядок и рост населения

Рыночный порядок, можно считать, естественным процессом взаимодействия людей и частных лиц.
Капитал всегда является и результатом и мерой ответственности частных лиц. Можно сказать — «капитал ответственности». Соединение установки на жизнь заложенной в человеке и «капитала ответственности», стремящегося к расширению обслуживания населения является основой роста населения.
Введение. Был ли социализм ошибкой?

Социализм ликвидировал не просто капитал частных лиц, он ликвидировал и их «капитал ответственности». Замена его идеологическим, организационным и физическим принуждением явилась пагубным экспериментом.
Глава шестая. Таинственный мир торговли и денег

Касаясь вопроса о спросе и предложении, можно сказать, что если кто-то захочет моделировать этот процесс и следовать своим прогнозам, то и в этом действии он должен быть свободным. Процессы спроса и предложения основываются на множественности разных обстоятельств, условий и факторов, а также моделируются и осуществляются множеством лиц, самостоятельно действующих на рынке. Можно отметить что, безусловно, большая часть производства основывается на тщательно выверенных пропорциях в спросе и предложении. Что касается стихии. То она как действовала, так и будет действовать. Можно назвать много факторов, закономерно ее вызывающих и поддерживающих. Стихия рынка и частная реакция на нее как проявление свободы вполне нормальные явления экономического мира. Однако тоже не могу согласиться с существованием одного достаточно влиятельного и рукотворного фактора — «пагубной самонадеянностью» «единственного» правительства.

Хайек заявляет, что » деньги, те самые «монеты», которые мы ежедневно пускаем в ход, остаются вещью совершенно не постижимой», а функционирование денег и кредитной системы… представляет собой случай спонтанного порядка, хуже всего поддающийся попыткам адекватного теоретического объяснения». Далее говорит, что «… деньги и связанные с ними институты находятся за гранью похвальных и всем понятных усилий по созданию материальных предметов — в сфере, где познание конкретного теряет силу, где господствуют неизъяснимые абстракции». Странно не то, что так думает Хайек и масса экономистов, а то, что простые и ясные объяснения денег хоть и существуют, но в экономической теории не представлены.
Пагубная самонадеянность

аноним,
25.09.2002
в ответ на:
комментарий
(анонимный, 09.11.2000)

За многие тысячелетия своего существования человечество научилось делать в совершенстве только две вещи:

а) уничтожать себе подобных
б) доказывать свою правоту

Доказать можно все, что угодно. Можно доказать, что бог есть и что бога нет. Можно доказать, что коммунизм — это светлое будущее всего человечества и что коммунизм — это первобытное общество. Побольше верьте подобным объяснениям и поменьше думайте своей головой — и тогда мы все гарантированно окажемся в том самом первобытном обществе где «каждый за себя». Неважно, какое название будет иметь такое общество.
Пагубная самонадеянность

прочесть
Глава восьмая. Расширенный порядок и рост населения

В истории, как правило, не находится примеров, чтобы рост населения снижал уровень жизни тех народов, что уже достигли определенного благосостояния.

Зато находится множество примеров, когда чрезмерный рост населения приводил к эпидемиям, войнам и т.д., что снижало население за несколько лет на 50-80%. В частности в европе в средневековье самые сильные эпидемии чумы совпадали с перенаселением (для того уровня технологий конечно).
Глава восьмая. Расширенный порядок и рост населения

аноним,
02.05.2006
в ответ на:
комментарий
(анонимный, 16.11.2005)
Глава первая. Между инстиктом и разумом

1. Вряд ли можно не согласиться с тем, что нормы морали являются традициями. Традиции, как правило, соответствуют устойчивым и принимаемым определенным количеством населения моральным принципам (при этом необязательно требующим объяснения). Мораль дествительно может характеризовать личное отношение человека к неформально и формально признанным основам социального взаимодействия. Например. Внедрение коммунистических принципов морали естественно сопровождалось насильственной ломкой традиций и, соответственно, моральных принципов. Личное отношение человека к этому проявлялось, как в открытых, так и скрытых формах протеста.
2. Дествительно, в отличие от централизованно управляемых систем, в рыночной любое рентабельное производство только подтверждает истину, что не следует производить невостребуемую денежным спросом продукцию! Более того, эти производства имеют возможность существовать только потому, что чутко реагируют на рыночную стихию, которая проявляется в постоянно меняющихся предпочтениях индивидов. Эти индивидуальные оценки в совокупности и определяют цены — т.е. то, что является основой на которой строится рациональное распределение ограниченных ресурсов.
3. Не стоит лукавить, уважаемый господин! По Хайеку, основное сходство биологической эволюции и культурной, как раз и состоит в том, что и та и другая не могут быть предопределены, как раз потому, что находятся за пределами человеческого осмысления, поскольку являются динамическими сложноорганизованными системами!
КЕВ.

Источник

Аудиокнига Ф А Хайек Пагубная самонадеянность Ошибки социализма Глава 1