Вы бы не выиграли если бы выиграли мы логическая ошибка

Многие слышали про логику и даже знают, что это наука. И еще любят шутить на эту тему, особенно про женскую логику, которая «отсутствие» всякой логики. Мужчины же считают себя знатоками этой науки, поскольку больше думают головой, нежели сердцем, и это тоже противоречит основам логики. Обычно знания о ней у большинства на этом и заканчиваются. Но как прост и ясен (и логичен) был мир, если мы бы знали и применяли хотя бы фундаментальные знания в этой науке. В мире стало бы меньше конфликтов и споров, массовых манипуляций сознанием и хитроумных уловок, бездумных поступков и иррациональных решений. Любые споры решались бы спокойным и рациональным обсуждением, в котором каждый мог бы объяснить другому свои мысли легко и доступно.

Чем же в обычном бытовом общении отличается человек, знающий и применяющий законы логики, от обычного человека? Примерно тем же, чем в бою обычный безоружный человек отличается от хорошо вооруженного натренированного бойца элитного подразделения спецназа.

Логика в общении – это, прежде всего, инструмент, правильное применение, которого значительно улучшает качество и результативность общения. Простой человек роет яму руками, а человек, вооруженный логикой, пользуется экскаватором. Так почему же упрямое большинство людей не желает изучать эту чудесную науку? Потому что, если вы откроете любой стандартный учебник по логике, то поймете, что это лучшее снотворное на планете после учебника по квантовой механике. Видимо, ученые-логики в попытках объяснить логику тоже использовали эту самую логику и, очевидно, делали это очень логично (читай «невообразимо скучно»).

Задача этой статьи в доступной и легкой табличной форме, с живыми примерами, рассказать об основных логических ошибках в нашем обществе. Научившись распознавать эти логические нестыковки, вы для начала не позволите другим манипулировать собой, после этого вы начнете замечать свои собственные ошибки, после исправления которых, начнет меняться ваше мышление. А это является первым и быстрым шагом к новым рациональным и логичным поступкам, которые автоматически изменят вашу жизнь в лучшую сторону.

Наименование	Описание ошибки	Пример ошибки
Обращение к успешности	Человек считает возможным критиковать кого-либо или его мысли только за то, что он не имеете определённого социального статуса в этой или другой области.	– «Как ты можешь говорить о необходимости личной свободы, если сама сидишь в одиночестве без нормального мужика?»
Форма важнее содержания	Вместо оценки сути, правильности и действенности аргумента – в защиту идёт исключительно внешняя привлекательность.	– «В этой фирме работают только профессионалы». – «Откуда ты это знаешь?» – «Ты только посмотри, какой у них шикарный офис! Всё такое дорогое и все в костюмах. Предложили кофе бесплатно. Им точно можно доверить наши вложения!»
Аргументация по кругу	Доказательство изображается исключительно на основе своей особой уверенности в правоте и в заявлениях об истинности чего-либо просто потому, что это верно (вообще без доказательств).	– «Да это было так и никак иначе!» – «Почему?» – «Я знаю это давно и уверен в этом. Это так абсолютно точно». – «Откуда знаешь?» – «Потому что я знаю это 100 %! И это так».
Авторитетное мнение	Собеседник в качестве аргумента приводит неизвестное мнение какого-нибудь авторитета или исследование ученых.	– «Аристотель считал демократию наихудшей формой правления… Голосуй! Ты умнее его!».
Желаемое за действительное или отсутствие связи	Человек выдает желаемое за действительное и пытается убедить окружающих в этом, утверждая, что его желание – это и есть реальность.	– «Эти пирожные идут только на пользу моей фигуре». – «Как это так?» – «Потому что когда я их ем, моё тело получает огромное море удовольствия, а значит, они полезны для моей фигуры!»
Отвергнутая идея или Уловка Галилея	Человек настаивает на верности определённой идеи только потому, что её отрицает какое-либо общество.	– «Все говорят, что нельзя много выиграть в лотерею, а вот мужик из Рязани выиграл 10 миллионов, значит, и я скоро столько выиграю». Или: – «Галилею тоже никто не верил — но он оказался прав!».
Ложная аналогия или аналогия без реальной связи	Манипуляция, в которой создаётся аналогия или метафора для перетаскивания выводов в обсуждаемую ситуацию. Естественно, приводимый пример и выводы отличаются от существующей ситуации, но иногда это очень убедительно.	– «Почему ты думаешь, что есть на ночь очень вредно? Ведь посмотри, в животном мире любой нормальный хищник, когда поймает газель, поужинает ей и потом сразу ложиться спать, еду переваривать. Это наоборот полезно – сначала побегать за едой, потом поесть, а потом лечь отдыхать, спать и восстанавливать силы».
Сужающийся круг или поэтапное изменение условий	Самопроизвольное изменение человеком условий доказательства чего-либо после выполнения предыдущих условий. Истинное доказательство при этом смещается.	– «Как тут не пить? В нашем поселке все пьют». – «Ну как же! Анька, Дашка и Васька не пьют». – «Я имел в виду, что все мужики, которые приходят ко мне вечером пьют». – «Ромка вчера вечером заходил, и он тоже не пьет». – «А вот на нашей лавочке во дворе только алкаши все собираются…»
Аргумент в сторону последствий или ложная причинно следственная связь	Ошибочное мнение, что если последствия благоприятны, значит, те действия, что к ним приводят, правильны. Если последствия неблагоприятны, значит, и действие неправильно.	– «Если ты не будешь есть очень полезный лук и чеснок, то у тебя ослабится иммунитет, ты будешь много болеть и рано умрёшь».
Мнимое доказательство	Человек отрицает любые косвенные доказательства, основываясь на одном неоспоримом, но ничем не подтверждаемом предположении.	– «Мне кажется, моя жена изменяет мне. Она приходит поздно, одежда мятая, от неё пахнет мужским одеколоном и сигаретами, а ещё ей кто-то поздно названивает и пишет сообщения». – «У тебя есть видео, как она тебе изменяет?» – «Нет, конечно». – «Значит, успокойся, никто тебе не изменяет, это просто твои догадки».
Принижение роли и достоверности источника	Отвлечение внимания от аргументов путём сообщения негативной информации об их источнике, что отвлекает и создает заблуждение, что был опровергнут и сам аргумент.	– «А вот стройные парижанки худеют, кушая булочки после 20:00!» – Это во Франции может и работает, у них там свои понятия о стройности, а у нас Россия, у нас булки по другим рецептам готовят и кушают их в огромном количестве». – «Но у нас продают и французские булочки…» – «Ты что думаешь, что у нас настоящие французы их пекут? И кто вообще тебе об этом рассказал? Наверно, съездила какая-нибудь девица в Париж, сходила вечером в кафе и решила, что все француженки спокойно худеют, кушая булочки после 20:00».
Общий враг или враг моего врага	Смысл в поддерживании точки зрения человека не за правду, а из общих интересов, потому что третья сторона – общий враг или противник какого-либо решения.	– «Я считаю, что нам пора завести ребенка, дорогой, а то потом будет поздно, правда, мам? – «Да, зятек, пора уж, а то ребенка поднимать ещё придется, а время-то идёт».
Высмеивание или обвинение в отсутствии чувства юмора	Высмеивание человека или его аргументов, также часто прибегая к призыву о скуке и занудстве, без прямого и конкретного опровержения аргументов.	– «Здесь нельзя парковаться, вот знак стоит». – «Ты, что тут, местный гаишник, что ли? Может, тебе и в трубочку дунуть, чтоб замолчал?»
Ошибка субъективного восприятия наблюдателя	Часто наблюдающий из-за своей субъективности (или слепо корректируя под свои убеждения) делает ошибочный вывод.	– «Ну и молодежь пошла, ты посмотри, что Дашка наша надела, совсем уже ни стыда ни совести, с таким нарядом только на панель».
Не обоснованное обобщение	На основе частных случаев делаются обобщающие выводы. Сопровождается словами «все», «никогда», «всегда».	– «Вот думаю купить себе девятку» – «Никогда не покупай отечественный автопром! Была у меня одна девятка, все русские машины – это всегда лотерея с болтами!»
Последовательная нелогичность, ложная причинно следственная связь	Когда одно событие произошло перед другим – это совсем не означает, что причиной второго обязательно было первое. Часто это касается не только общения, но и поведения по жизни.	Парень подошел к красивой девушке познакомиться, но она ему отказала. Потом он подошел к обычной, и она согласилась! И он решил, что для того, чтобы получить согласие, ему нужно подходить и знакомиться только к девушкам попроще.
Угрозы физического насилия	Когда некоторым людям не хватает логических аргументов, в ход часто могут пойти угрозы физической расправы, разумеется, без логических обоснований.	– «Если ты ещё раз проводишь Ленку, то мы тебе так наваляем, неделю ходить не сможешь, понял?»
Кривое зеркало	Искажение ваших доводов для того чтобы легче было осуществить нападение на ваше решение.	– «Ты знаешь, я согласился работать на два часа больше, и теперь буду приходить домой поздно, но мы сможем купить себе машину!» – «Вот уж не думала, что для тебя ездить на машине важнее, чем быть вечером с семьей!»
Ложная цепочка	Намеренно делается ошибочное предположение, что если произойдет событие 1, то это обязательно приведет к событию 25, без учета других разных вероятных событий в цепи. И всё это ради вывода о том, что событие 1 никак нельзя совершать.	– «Если я сейчас куплю тебе этот пончик, то когда ты станешь взрослой, ты будешь толстой, как тетя Маша, и все будут смеяться над тобой».
Неизбежное, необходимое зло или месть=добро	Оправдание своих плохих поступков тем, что точно так же поступали и другие, или заявлять, что моё зло просто компенсирует их зло. Око за око.	– «Ты зачем украл с работы инструменты?» – «Да потому что все воруют, у нас по-другому никак. Да и в прошлом месяце у меня с зарплаты высчитали за то, что кто-то спёр на складе. Должна же быть в мире хоть какая-то справедливость!»
Ошибка ассоциаций	Совершающие эту ошибку заявляют, что из-за наличия неких сходных характеристик свойства одной вещи присущи другой.	– «Известно, что человек состоит на 70% из воды. При этом огурец состоит на 90% из воды. Используя математику, легко подсчитать, что человек на 65% огурец. А ещё Иисус умел ходить по воде. Значит, если я могу ходить по огурцам, тогда я на 90% Иисус».
Аргумент к традициям	Когда собеседник в качестве доказательства приводит давнюю или сложившуюся традицию, которая, по его мнению, неспроста существует и, значит, действовать согласно традиции будет лучше или так будет правильно.	– «Мам, я же не люблю грибной суп, сколько можно его готовить?!» – «Нет, ты должен есть грибной суп, потому что и я, и папа, и все твои предки воспитывались, кушая суп. Значит, для нас нет ничего полезнее супов. А грибной суп – это традиционный обед в нашей семье!»
Взаимоисключение	Ошибка, когда человек отстаивает взаимоисключающие вещи.	– «Всего две вещи в жизни ненавижу: расизм и негров!»
Полный абсурд	Доведение аргументов до абсурда. Иногда в этом есть доля истины, но чаще всего нет.	– «Вы весите уже 150 килограмм, вам срочно необходимо снизить калорийность питания и отказаться от сладкого и жирного, иначе с вашим-то «букетом» вы можете и не дожить до следующего Рождества». – «Поживу сколько поживу, но голодать точно не буду!»
Аргумент к доказательству	При совершении данной логической ошибки человек утверждает, что это неверно, потому что никем не доказано, что это верно, и наоборот. А ещё часто приписывают божественное влияние в различных ситуациях, которые не имеют научного доказательства.	– «Я не знаю, как мне удалось выжить в этом шторме, значит, только Бог мог спасти меня». («Я не знаю» сразу превращается в «я знаю»)
Ошибка статистики	Часто возникает у любителей азартных игр. Они ошибочно предполагают возникновение конкретного результата после ряда повторяющихся, но совершенно независимых друг от друга, вероятностей, полагаясь на статистику, которая тут неуместна.	– «А вдруг опять нарвёмся на неприятности?» – «Не бойся, два раза снаряд в одну воронку не падает».
Или-или	Умышленное предоставление всего двух альтернативных вариантов, как единственных, для принятия выбора. На самом деле вариантов может быть намного больше.	– «Ты с нами или против нас?»
Схожие процессы	Человек, объясняя связь между процессами, настаивает на том, что одно событие является причиной другого.	Количество сотовых телефонов и вышек с каждым годом всё увеличивается и увеличивается, вместе с этим растёт и число кондитерских. Значит, развитие сотовой связи способствует увеличению желания есть сладости людей.
Посмотри на себя	Вместо аргументации своей позиции, в ход идёт упоминание личных качеств или характера собеседника, чтобы отвести внимание и победить в споре.	– «Ещё раз напоминаю, чтобы нам вовремя платили зарплату очень важно вовремя сдавать отчёты в бухгалтерию». – «Ну-ну, ты нам ещё на прошлом собрании говорил, как важно всё делать вовремя, а сам-то постоянно на работу опаздываешь!»
Неудобный вопрос	Способ отвести внимание с помощью неудобного и часто провокационного вопроса.	– «У нас произошли большие перемены, улучшились условия труда, стало больше рабочих мест…» – «А вы уже больше не берёте так много взяток, как раньше?»
Авторитет вместо аргумента	Предоставление вместо логичных аргументов мнение какого-либо авторитетного лица.	– «И почему же это пить алкоголь полезно?» – «Главный кардиолог страны сказал, что принятие алкоголя полезно для сердца».
Закон природы	Выстраивание доказательства по принципу «Что естественно, то не безобразно», а даже полезно, правильно, идеально и т.п. Обращение к дикой природе, как к мировому судье.	– «Мы живем в жестоком мире, где человек человеку волк: или ты обманул, или тебя обманули – таков закон джунглей».
Часть = целое	Попытка приравнивания свойств частички к свойствам целого или, например, возможностей одного человека к возможностям толпы.	Уже очень многие люди покорили Эверест. Значит, для любого человека это возможно.
Случай против статистики	Эта логическая ошибка совершается, как правило, для опровержения статистики. В доказательство приводится либо какой-то общеизвестный случай, либо история из личного опыта, либо какой-нибудь реальный случай, якобы на практике опровергающий все остальные статистические доводы.	– «Дима, тебе не стоит так увлекаться пьянкой и курением. Алкоголь и сигареты значительно сокращают срок твоей жизни». – «Да мой дед всю жизнь курил как паровоз и пил как слесарь, а дожил до 95 лет». (Увы, чуть позже, когда Диме исполнилось 30, у него диагностировали рак легких)
Выводы из причины или порочный круг	Человек делает выводы из причин, помещая свои аргументы в замкнутый круг.	– «Представляешь, тортики на ночь полезны, потому что во Франции так худеют и улучшают фигуру. И многие француженки худеют и улучшают фигуру только потому, что кушают тортики на ночь».
Все так делают	Человек пытается спрятаться за широким общественным мнением, за «мнением толпы», аргументируя свою позицию тем, что «все так делают».	– «Мама, хочу айфон!» – «А зачем он тебе?» – «Ну у всех в школе уже есть, а у меня нет».
Особые условия	Для того чтобы доказать свою правоту и отклонить требования люди, использующие эту уловку, внезапно создают исключение из правил и изменяют правила игры, создавая некие «особые условия», оправдывающие их поведение.	– «Ты должен был вернуть мне 1000$ еще вчера!» – «Я бы вернул, но они у моего дяди, а дорога туда 300 рублей стоит, одолжишь?»
Особый случай	Подгонка аргументов собеседника под «особый случай» без соотношения с какими-либо объективными показателями.	– «Ни одна уважающая себя девушка не пойдет знакомиться с парнем первой». – «А моя сестра первая со своим мужем познакомилась и счастлива!» – «Вообще-то, ни одна уважающая себя девушка не станет первой знакомиться с парнем».
Подтасовка фактов	Подтасовывание фактов для оправдания какого-либо события или своей точки зрения.	– «Я читала, что девушки, регулярно кушающие пирожные перед сном, улучшают свои умственные способности, имеют утонченный вкус и, как правило, по жизни намного богаче, чем те, которые этого не делают».
Презумпция невиновности	Перекладывание обязанности доказывать свои аргументы на плечи сомневающегося собеседника. После удачной операции необходимость в доказывании аргументов пропадает.	– «Я верю в потусторонний мир и приведений. Они вокруг нас, и я их иногда вижу». – «Да ну, и чем докажешь?» – «Не веришь мне? А ты вот докажи, что их нет!»
Посмотри на себя	Человек вместо опровержения доводов собеседника указывает на то, что собеседник сам не соответствует тому, о чём говорит.	– «Хорошие семейные отношения, Леша, – это всегда честность и открытость». – «Вот ты говоришь, что честность – залог хороших отношений, но не отдаешь своей жене всю зарплату, и все шабашки заначиваешь!»
Эмоции вместо аргументов	Вместо логичной аргументации, напрямую идёт обращение к эмоциям собеседника, и таким образом, реализуется попытка заставить почувствовать ошибочность его суждений.	– «Я так хотела эту кофточку, а ты… Ты меня совсем не любишь!»
Цепляться к деталям отвергая суть	Человек ищет во всем суждении одну ошибку и сразу цепляется к ней, убеждая собеседника в ошибочности всего суждения.	– «Нельзя кушать торты после 20:00, потому что они дают много энергии, а она не израсходуется и значит, сразу пойдет в жир и у тебя испортится фигура. Да и не продают у нас сейчас вкусных тортиков». – «Я знаю много вкусных тортиков, которые пекут недалеко в кондитерской и их очень хорошо кушать, когда идешь к кому-то в гости или перед сном, и это совсем не вредно!»
Убежденная некомпетентность или апелляция к недоверию	Эту ошибку часто совершают неграмотные или некомпетентные люди, которые из-за своего непонимания вопроса, считают информацию ошибочной и высказывают своё недоверие к ней.	– «Светодиодные лампы более долговечны, меньше потребляют энергии и лучше по всем показателям, чем обыкновенные лампы накаливания». – «Что ты мне рассказываешь! Я всю жизнь работал с обычными лампочками и знаю, что они точно долго не портятся и хорошо светят, а эти все новомодные штучки только для того, чтобы у людей побольше денег выудить».
Двойной смысл	Иногда для искажения фактов используют двойное значение слов в речи или похожие речевые словообороты.	– «Отстань, у меня и без тебя итак уже руки отваливаются». – «И долго еще ждать, когда они у тебя вконец отвалятся?» – «Отвали, и слышать тебя не хочу!» – «Ну хочешь не хочешь, а слышишь…»
Ошибка происхождения аргумента	Убеждение собеседника в том, что его аргументы плохие или хорошие только на основе их происхождения.	– «Ты изменил мне с Ленкой, я видела тебя на фотке вместе с ней «ВКонтакте»!» – «Да ты что! Там в социальной сети одно вранье и фотошоп, меня там даже не было».
Компромисс	Возникает у людей, ищущих во всем компромисс или золотую середину. Позиция таких людей в споре: и ни нашим, и ни вашим, пусть все будут довольны. Иногда это срабатывает, однако, истина одна, и далеко не всегда она может быть «где-то рядом».	– «Алкоголь – это главное зло в России!» – «А главный кардиолог страны сказал, что принятие алкоголя полезно для сердца». – «Ребята, я думаю, для нас немного алкоголя не сотворит в России много зла».
Лишние детали или умножение сущностей	Запутывание собеседника лишними деталями, не влияющими на результат, и без которых очень легко можно обойтись.	– «Поедание торта после 20:00 ведет к ожирению и портит фигуру». – «Нет, к ожирению ведёт чрезмерная выработка инсулина и блокировка симпатического нервного отдела парасимпатическим из-за переизбытка килокалорий, в то время как метаболическая пробка в вечернее время не даёт излишкам уйти на нужды организма и весь торт отправляется в жировые кладовые».

Поздравляем, вот и закончился список основных и популярных ошибок логики, с которыми вы можете столкнуться в повседневной жизни. Конечно, список внушительный, но далеко не полный. Если же в голове у вас заварилась каша из одной сплошной логической ошибки, то вы обычный человек и вам не нужно расстраиваться. Освоение и исправление ошибок происходит не в один момент. Главное, что нужно понять — ошибок не нужно бояться! Иногда ошибаться неприятно, иногда это очень глупо, иногда забавно, но почти всегда ошибаться полезно! И польза приходит к вам тогда, когда вы выявляете ошибку и стараетесь исправить её.

Что же делать, если вы заметили логическую ошибку? Ни в коем случае не нужно сразу пытаться сказать: «Ага, тут ты совершаешь грубейшую логическую ошибку!». Вам просто нужно продолжать удерживать собеседника на доказательстве его аргументов и направлять разговор в логичное русло, пресекая любые манипуляции вашим сознанием. Когда сделать это невозможно, тогда просто оставьте споры с этим человеком, – он не ищет истины и не хочет стать лучше, он просто хочет поспорить и быть правым, абсолютно при этом не вникая в логичность или нелогичность ваших и своих доводов.

Может быть, читая список ошибок в некоторых примерах, вы увидели подобные ситуации, которые иногда случаются в вашей жизни. Начните с исправления именно этих маленьких ошибок. Ведь ценность знания важна только тогда, когда это знание применяется в жизни. Одно только чтение списка ошибок без практики их поиска и попыток исправления ничего в вашей жизни не изменит.

И напоследок, хочется напомнить, что всё же не стоит переусердствовать в практике, а то можно рассориться со всеми своими близкими и коллегами по работе. Применяйте свои знания там, где они действительно могут быть полезны. Важно понимать, что не всегда, например, нужно искать логическое объяснение неожиданному поступку или обиде девушки, особенно если его нет. Иногда можно отпустить вожжи и в удовольствие слушать, как другие совершают логические ошибки, не пытаясь переубедить их.

Помните логическую ошибку «Или-или»? Так вот, вы хотите быть всегда правыми или счастливыми? Теперь вы знаете правильный ответ на эту фразу.

Статью подготовили: Анна Круговая и Круговой Эдуард.

Источник

Обыкновенно принято логические ошибки делить на две группы: на ошибки логические в собственном смысле и ошибки, происходящие вследствие неправильности в словесном выражении мысли. В первом случае ошибка заключается в неправильности логического процесса, во втором случае – в неправильности выражения. Из ошибок по словесному выражению заметим следующую:

Homonymia – ошибка, которая происходит вследствие того, что одно и то же слово служит для обозначения различных понятий, т.е. употребляется в различных значениях. Например, многие думают, что «материализм» философский есть то же самое, что и «материализм» практический, жизненный. В этом случае происходит смешение понятий вследствие смешения слов. Другие ошибки, происходящие вследствие неправильностей в словесном выражении мысли, указываются в грамматике.

Для того чтобы понять, благодаря чему логические ошибки получают то или иное обозначение, вспомним обозначение частей доказательства. В доказательстве мы различаем: тезис, аргументы и форму доказательства. Ошибки могут быть по отношению к каждой части доказательства. Из предыдущего ясно, что если взять ложные аргументы, то получится ошибка; но ошибка может быть и в том случае, если форма умозаключения будет неправильная.

Ошибки дедукции. Логические ошибки могут быть по отношению к тезису.

Если доказывается не то, что требовалось доказать, то такая подмена тезиса называется ignoratio elenchi (elenchus означает опровержение какого-либо аргумента, а ignoratio elenchi означает незнание того силлогизма, которым можно опровергнуть противника). Например, если нужно доказать, что что-либо несправедливо в моральном смысле, а кто-нибудь стал бы доказывать, что это несправедливо в юридическом смысле, то он вместо одного доказывал бы совсем иное, хотя и сходное. Если доказывается что-либо отличное по роду от того, что нужно доказать; это будет ошибкой μετάβασις είσ άλλο γένοζ или «переходом в другой род». Например, когда кто-нибудь хочет доказывать невиновность обвиняемого тем, что другие совершили то же самое преступление, но избегли наказания.

Уклонение от тезиса может происходить ещё и в том смысле, что доказывается слишком, мало, так что тезис частью остаётся недоказанным, или доказывается слишком много, так что из данных оснований следует не только тезис, но и какое-нибудь ложное положение. Такое ошибочное доказательство называют: qui nimium probat, nihil probat («кто доказывает чересчур, тот ничего не доказывает»). Например, для доказательства положения, что сумма углов треугольника равняется двум прямым, недостаточно было бы доказывать, что эта сумма будет не больше 180° (здесь доказывается слишком мало). Если бы мы хотели доказать, что кто-нибудь добродетелен, и при этом стали бы доказывать, что о нём ничего не известно дурного, то этим доказывалось бы слишком мало. Если бы кто-нибудь стал доказывать недозволительность самоубийства на том основании, что человек не может у себя отнимать того, что он сам себе не дал, то доказывал бы слишком много, потому что из его доказательства выходило бы, что он не может резать ногти, волосы, что он не может продавать унаследованное или полученное в подарок и т.п. Поэтому он тезиса, собственно, не доказывает. Как легко видеть, такое ошибочное доказательство получается в том случае, когда приводятся положения, которые оказываются ложными при данной степени общности, но которые могли бы быть истинными при меньшей степени общности.

К этой же группе ошибок следует отнести ошибку, происходящую вследствие пользования приёмом, который называется argumentum ad hominem («аргумент к человеку», т.е. личный, а не объективный аргумент) и который употребляется в том случае, когда, вместо того чтобы доказывать ложность какого-либо мнения, подвергают рассмотрению личность того, кто высказал это мнение. Если, например, кто-нибудь желает доказать несостоятельность научной теории какого-либо писателя и вместо того, чтобы подвергать критическому разбору именно теорию автора, раскрывает принадлежность автора к несимпатичному для читателей политическому направлению, то он пользуется аргументом ad hominem. Это доказательство, логически самое слабое, фактически пользуется большим успехом.

По отношению к основаниям доказательства, или аргументам, могут быть следующие ошибки.

Основная ошибка, error fundamentalis, – ложное основное положение, на котором строится какое-либо доказательство и из которого могут делаться различные выводы. Например, основной ошибкой в астрономических рассуждениях до Коперника был аргумент, что Солнце и звёзды вращаются вокруг Земли.

Ошибка petitio principii («предрешение; предвосхищение основания») бывает тогда, когда для доказательства какого-либо положения мы кладём в основу доказательства такое положение, которое предполагает истинным доказываемое положение. Положим, кто-нибудь хочет доказать тезис:

«Все частички материи имеют один и тот же вес».

На вопрос, почему он так думает, он мог бы привести следующее основание доказательства:

«Если мы возьмём два тела с одинаковым объёмом, то окажется, что то тело, которое тяжелее, имеет большее число частичек, т.е. больший вес зависит от количества частичек».

На вопрос, откуда же известно, что больший вес тела с одинаковым объёмом зависит именно от количества частичек, он ответит:

«Если принять в соображение, что все частички материи имеют одинаковый вес, то сделается вполне очевидным, что чем тело тяжелее, тем большее число частичек в нём содержится при одинаковом объёме».

В этом примере тезис доказывается при помощи положения, которое само может быть доказано при допущении истинности тезиса. Таким образом, в ошибке petitio principii мы принимаем за истинное то положение, которое должно быть доказано.

Родственными с petitio principii являются ошибки: idem per idem («то же через то же») и circulus in demonstrando («круг в доказательстве»). Ошибка idem per idem – когда какое-либо положение доказывается посредством этого самого положения. Например, на вопрос, почему мы видим сквозь стекло, иногда отвечают: потому, что оно прозрачно; но очевидно, что назвать вещество прозрачным – значит, другими словами, сказать, что сквозь него можно видеть.

Ошибкой circulus in demonstrando называется тот случай, когда тезис A доказывается посредством аргумента B, который в свою очередь доказывается посредством аргумента A. Например, мы утверждаем, что сочинение того или иного писателя заслуживает доверия, потому что он правдив. Нас спрашивают:

«Откуда вам известно, что этот писатель правдив?», и мы отвечаем: «Это доказывается содержанием его сочинений». В этом случае мы делаем круг в доказательстве.

Особняком стоят следующие ошибки.

Ошибка a dicto secundum quid ad dictum simpliciter («от сказанного в относительном смысле к сказанному безотносительно») возникает в том случае, когда выражение, взятое в условном, относительном смысле, принимается затем в смысле безусловном. Например, мышьяк, стрихнин, синильная кислота, будучи введены в организм в значительном количестве, причиняют смерть. Мы в данном случае об этих веществах говорим в условном смысле, т.е. говорим об их ядовитости, когда они введены в организм «в значительном количестве». Но если бы мы сказали, что они всегда причиняют смерть, то мы допустили бы указанную ошибку, потому что в очень малых дозах они не смертельны и, как известно, употребляются в качестве лекарств. Во втором случае мы отбросили то условие, которое указывали в первом случае.

Ошибка fallacia a sensu composite ad sensum divisum («ошибка от собирательного смысла к смыслу разделительному») происходит вследствие смешения термина собирательного с термином общим. Когда мы употребляем общий термин, того, что справедливо относительно целого класса, обозначаемого общим термином, справедливо и относительно каждого индивидуума, входящего в этот класс; но когда мы употребляем собирательный термин, то это может быть несправедливо. То, что справедливо относительно целого, обозначаемого собирательным термином, то может быть несправедливо относительно частей, входящих в это целое. Например, какое-нибудь общество, в котором я состою членом, приняло решение, заслуживающее порицания. Если бы кто-нибудь стал и меня упрекать за это решение, то он допустил бы ошибку fallacia a sensu composite ad sensum divisum, ибо это утверждение, справедливое относительно общества, взятого в целом, может быть совершенно несправедливо относительно отдельных членов этого общества, которые могли подавать свой голос против указанного решения.

Fallacia a sensu diviso ad sensum compositum («ошибка от смысла разделительного к смыслу собирательному») получается в том случае, когда мы о собирательном целом утверждаем то, что справедливо только относительно частей этого целого. Здесь происходит также смешение между термином общим и собирательным. В общих понятиях то, чего мы не можем сказать относительно индивидуума того или другого класса, мы не можем утверждать и о самом классе. В собирательных понятиях, наоборот, мы о частях собирательного целого можем утверждать много такого, чего не можем утверждать относительно целого. Например, кто-нибудь, рассуждая о своих расходах, может сказать: «Этот расход меня не разорит», и о другом расходе скажет: «И этот расход меня не разорит». Если он будет рассуждать таким образом и обо всех остальных расходах, то он должен будет признать, что все расходы его не разорят, что будет ошибочно: то, что справедливо относительно каждого расхода, взятого в отдельности, может быть совсем несправедливо относительно всех расходов, взятых вместе. Другой пример. Больной хочет определить, смертельна ли его болезнь или нет. Рассмотрев каждый симптом в отдельности, он находит, что каждый симптом в отдельности не смертелен; отсюда он делает вывод, что его болезнь не смертельна. Но это рассуждение может оказаться неправильным, потому что каждый симптом в отдельности может быть не смертельным, а все в целом могут быть смертельны.

Ошибки индукции. К ошибкам, связанным с индукцией, относятся прежде всего поспешные обобщения (fallacia fictae universalitatis). Когда путешественники после поверхностного знакомства с каким-либо народом делают попытки характеризовать его, например когда они произносят: «греки лживы», «турки жестоки» и т.п., то они впадают именно в ошибку поспешного обобщения. Ошибка post hoc ergo propter hoc («после этого значит по причине этого») называется также ошибкой): non causa pro causa («от того, что не является причиной, к причине»). Если кто-нибудь заметил, что после какого-либо события возникает какое-либо действие, то он считает первое событие причиной, хотя в действительности, может быть, есть события, от которых данное событие находится в большей зависимости и которое собственно является истинной причиной данного действия. Когда после появления кометы возникали какие-либо несчастья, то обыкновенно комету считали причиной несчастий. Когда в трубке возникала пустота и вода в ней поднималась, то думали, что пустота есть причина поднятия воды. Если после введения какой-нибудь формы правления возникают какие-нибудь события, то обыкновенно эти формы правления считаются причиной их, между тем как истинные причины, может быть, заключаются в чём-нибудь другом, например в определённой степени умственного или нравственного развития общества.

Есть случаи, которые особенно предрасполагают к тем или иным выводам. Это бывает обыкновенно тогда, когда у нас бывает почему-либо интерес помнить случаи, подтверждающие одно положение, и забывать случаи, опровергающие это положение, если предсказание какого-нибудь календаря один раз сбывается, то необразованные люди склонны в этом случае черпать для себя уверенность в правдивости предсказания этого календаря, совсем упуская из виду тысячу случаев, в которых его предсказания не сбывались. На этом основана вера в различных предсказателей, шарлатанов и т.п.

Следует привести несколько примеров ошибок индукции по простому перечислению. Некоторые часто рассуждают так: «большинство женщин в прошлом не равнялось мужчинам по энергии и уму; поэтому следует признать, что женщина вообще ниже мужчины». Но то положение, что в прошлом женщины в умственной жизни не равнялись мужчинам, есть положение эмпирическое, справедливое лишь для известного времени и при известных условиях. В другое время и при других условиях может быть совсем иначе. Ошибкой по простому перечислению нужно считать утверждение, что война всегда будет между народами, потому что до сих пор она всегда была.

Ошибка аналогии. В качестве примера ложной аналогии можно привести то умозаключение, по которому политические тела, подобно телам органическим, переживают юный и зрелый возрасты, старость и подвергаются смерти. Ошибкой аналогии нужно считать утверждение, будто у муравьёв есть рабы, воины, домашние животные и т.п.

Софизмы. Те ошибки, которые совершаются непреднамеренно, называются паралогизмами, а те, которые совершаются преднамеренно, для того чтобы ввести кого-либо в заблуждение, называются софизмами. Приведём несколько примеров софизмов, идущих к нам из древности.

1. Софизм «лгун». Вполне возможно, что лгун сознается в том, что он лгун. В таком случае он скажет правду. Но тот, который говорит правду, не есть лгун. Следовательно, возможно, что лгун не есть лгун. (Какая ошибка?)

2. Софизм «рогатый». То, чего ты не потерял, ты имеешь; ты не потерял рогов. Следовательно, ты имеешь рога. (Какая ошибка?)

3. Софизм «куча». Будет ли куча песку, из которой мы взяли одну песчинку, считаться кучей? Да, будет. А если взять ещё одну песчинку? Будет. Так как при последовательном отнятии по одной песчинке куча не перестаёт быть кучей, то одна песчинка должна называться кучей. (Какая ошибка?)

4. Софизм Эватла. Эватл брал уроки софистики у софиста Протагора под тем условием, что гонорар он уплатит только в том случае, если выиграет первый процесс. Ученик после обучения не взял на себя ведения какого-либо процесса и потому считал себя вправе не платить гонорара. Учитель грозил подать жалобу в суд, говоря ему следующее: «Судьи или присудят тебя к уплате гонорара или не присудят. В обоих случаях ты должен будешь уплатить. В первом случае в силу приговора судьи, во втором случае в силу нашего договора». На это Эватл отвечал: «Ни в том, ни в другом случае я не заплачу. Если меня присудят к уплате, то я, проиграв первый процесс, не заплачу в силу нашего договора, если же меня не присудят к уплате гонорара, то я не заплачу в силу приговора суда». (Ошибка становится ясной, если мы раздельно поставим два вопроса: 1) должен ли Эватл платить или нет и 2) выполнены ли условия договора или нет.)

Вопросы для повторения

На какие два класса делятся логические ошибки? Что такое homonymia? Что такое ignoratio elenchi? Что такое qui nimium probat nihil probat? Что называется доказательством ad hominem? Что называется основной ошибкой? Что такое petitio principii? Что такое idem per idem? Что называется circulus in demonstrando? Какая ошибка называется fallacia a dicto secundum quid ad dictum simpliciter? Какая ошибка называется fallacia a sensu composite ad sensum divisum? Какая ошибка называется fallacia a sensu diviso ad sensum compositum? Перечислите, какие существуют ошибки индукции, и объясните их. Какое различие между софизмами и паралогизмами?

Источник

Виды ошибок. Таблица-классификатор.

Лучший юмористический канал: анекдоты, приколы, юмор и куча ржачных видео

Материал представляет собой классификацию ошибок: грамматические, речевые, логические, фактические, этические. Данная информация позволяет учащимся подготовиться к выполнению №7 экзаменационного теста по русскому языку в 11 классе.

Просмотр содержимого документа
«Виды ошибок. Таблица-классификатор.»

Грамматические ошибки (Г) – это ошибки в структуре языковой единицы: слова, словосочетания или предложения, т. е. нарушение какой-либо грамматической нормы – словообразовательной, морфологической, синтаксической.

Ошибочное словообразование. Ошибочное образование форм существительного, прилагательного, числительного, местоимения, глагола (личных форм глаголов, действительных и страдательных причастий, деепричастий)

Благородность, чуда техники, подчерк, надсмехаться; более интереснее, красивше; с пятистами рублями; жонглировал обоими руками, ихнего пафоса, вокруг его ничего нет; сколько нравственных принципов мы лишились из-за утраты духовности; им двигает чувство сострадания; ручейки воды, стекаемые вниз, поразили автора текста; вышев на сцену, певцы поклонились.

Нарушение норм согласования

Я знаком с группой ребят, серьезно увлекающимися джазом.

Нарушение норм управления

Нужно сделать природу более красивую. Все удивлялись его силой.

Нарушение связи между подлежащим и сказуемым или способа выражения сказуемого

Главное, чему теперь я хочу уделить внимание, это художественной стороне произведения.
Он написал книгу, которая эпопея. Все были рады, счастливы и веселые.

Ошибки в построении предложения с однородными членами

Страна любила и гордилась поэтом.
В сочинении я хотел сказать о значении спорта и почему я его люблю.

Ошибки в построении предложения с деепричастным оборотом

Читая текст, возникает такое чувство сопереживания.

Ошибки в построении предложения с причастным оборотом

Узкая дорожка была покрыта проваливающимся снегом под ногами.

Ошибки в построении сложного предложения

Эта книга научила меня ценить и уважать друзей, которую я прочитал еще в детстве.
Человеку показалось то, что это сон.

Смешение прямой и косвенной речи

Автор сказал, что я не согласен с мнением рецензента.

Нарушение границ предложения

Его не приняли в баскетбольную команду. Потому что он был невысокого роста.

Нарушение видовременной соотнесенности глагольных форм

Замирает на мгновение сердце и вдруг застучит вновь.

Пропуск члена предложения (эллипсис)

На собрании было принято (?) провести субботник.

Ошибки, связанные с употреблением частиц: отрыв частицы от того компонента предложения, к которому она относится

Хорошо было бы, если бы на картине стояла бы подпись художника.
В тексте всего раскрываются две проблемы.

Нарушение употребления приложения

Г 15 бедность и однообразие синтаксических конструкций

Г16 Ошибка в употреблении предлога

Г17 нарушение структуры союза не так…, чем вместо не так…, как:

Для атласа «Тайн и загадок» авторами отобрана коллекция цветных иллюстраций к статье об археологических находках в России.

Б) Когда писатель пришел в редакцию, его принял главный редактор. Когда они поговорили, писатель отправился в гостиницу.

Статья послужила толчком к мыслям.

Моя сумка не так красива, чем у подруги

Употребление слова в несвойственном ему значении

Мы были шокированы прекрасной игрой актеров.
Благодаря пожару, лес сгорел.

Неоправданное употребление диалектных и просторечных слов

Таким людям всегда удается объегорить других.
Обломов ничем не занимался и целыми днями валял дурака.

Неудачное употребление местоимений

Текст написал В. Белов. Он относится к художественному стилю;
У меня сразу же возникла картина в своем воображении.

Употребление слов иной стилевой окраски; смешение лексики разных эпох; неуместное употребление канцелярита, экспрессивных, эмоционально окрашенных слов, устаревшей лексики, жаргонизмов, неуместное употребление фразеологизмов

По задумке автора, герой побеждает;
Молчалин работает секретарем Фамусова;
В романе А.С. Пушкина имеют место лирические отступления;
Автор то и дело прибегает к употреблению метафор и олицетворений.
Если бы я был там, то за такое отношение к матери я бы этому кексу вгрызло бы дал;
Зощенко палец в рот не клади, а дай только посмешить читателя.

Неразличение оттенков значения, вносимых в слово приставкой и суффиксом

В таких случаях я взглядываю в словарь.

Неразличение паронимов, синонимичных слов; ошибки в употреблении антонимов при построении антитезы; разрушение образного значения фразеологизма в неудачно организованном контексте

Были приняты эффектные меры;
Имя этого поэта знакомо во многих странах;
В третьей части текста не веселый, но и не мажорный мотив заставляет нас задуматься;
грампластинка не сказала еще своего последнего слова.

Нарушение лексической сочетаемости

Автор использует художественные особенности.

Употребление лишних слов, в том числе плеоназм

Молодой юноша; очень прекрасный.

Употребление рядом или близко однокоренных слов (тавтология)

В этом рассказе рассказывается о реальных событиях.

Неоправданное повторение слова

Герой рассказа не задумывается над своим поступком. Герой даже не понимает всей глубины содеянного им.

Бедность и однообразие синтаксических конструкций

Когда писатель пришел в редакцию, его принял главный редактор. Когда они поговорили, писатель отправился в гостиницу.

Употребление лишних слов, лексическая избыточность

Тогда о том, чтобы вы могли улыбнуться, об этом позаботится книжный наш магазин.

Логические ошибки (Л) – связаны с нарушением логической правильности речи. Они возникают в результате нарушения законов логики, допущенного как в пределах одного предложения, суждения, так и на уровне целого текста.

Сопоставление (противопоставление) двух логически неоднородных (различных по объему и по содержанию) понятий в предложении, тексте

На уроке присутствовали директор, библиотекарь, а также Анна Петровна Иванова и Зоя Ивановна Петрова;
Он облокотился спиной на батарею;
За хорошую учебу и воспитание детей родители обучающихся получили благодарственные письма от администрации школы.

Нарушение причинно-следственных отношений

В последние годы очень много сделано для модернизации образования, однако педагоги работают по-старому, так как вопросы модернизации образования решаются слабо.

Пропуск звена в объяснении, «логический скачок».

Людской поток через наш двор перекрыть вряд ли возможно. [?] А как хочется, чтобы двор был украшением и школы, и поселка.

Перестановка частей текста (если она не обусловлена заданием к сочинению или изложению)

Пора вернуть этому слову его истинный смысл! Честь. Но как это сделать?

Неоправданная подмена лица, от которого ведется повествование (например, сначала от первого, затем от третьего лица)

Автор пишет о природе, описывает природу севера, вижу снега и просторы снежных равнин.

Сопоставление логически несопоставимых понятий

Синтаксис энциклопедических статей отличен от других научных статей.

Текст начинается предложением, содержащим указание на предыдущий контекст, который в самом тексте отсутствует, наличием указательных словоформ в первом предложении, например: В этом тексте автор…

Ошибки в основной части

а). Сближение относительно далеких мыслей в одном предложении.
б). Отсутствие последовательности в изложении; бессвязность и нарушение порядка предложений.
в). Использование разнотипных по структуре предложений, ведущее к затруднению понимания смысла.

Дублирование вывода, неоправданное повторение высказанной ранее мысли.

Фактические ошибки (Ф) – разновидность неязыковых ошибок, заключающаяся в том, что пишущий приводит факты, противоречащие действительности, дает неправильную информацию о фактических обстоятельствах, как связанных, так и не связанных с анализируемым текстом (фоновые знания).

Искажение содержания литературного произведения, неправильное толкование, неудачный выбор примеров

Базаров был нигилист и поэтому убил старуху топором;
Ленский вернулся в свое имение из Англии;
Счастьем для Обломова было одиночество и равнодушие.

Неточность в цитате. Отсутствие указания на автора цитаты. Неверно названный автор цитаты.

Книга очень много для меня значит, ведь еще Ленин сказал: «Век живи – век учись!»

Незнание исторических и др. фактов, в том числе временное смещение.

Великая Отечественная война 1812 года;
Столица США — Нью-Йорк.

Неточности в именах, фамилиях, прозвищах литературных героев. Искажения в названиях литературных произведений, их жанров.

Тургеньев; «Тарас и Бульба»; в повести Тургенева «Преступление и наказание».

Этические ошибки (Э) – нарушение в работе системы ценностей и правил этики: высказывания, унижающие человеческое достоинство, выражающие высокомерное и циничное отношение к человеческой личности, недоброжелательность, проявления речевой агрессии, жаргонные слова и обороты.

Речевая некорректность.
Проявление речевой агрессии: грубое, оскорбительное высказывание; словесное выражение негативных эмоций, чувств или намерений в неприемлемой в данной речевой ситуации форме; угроза, грубое требование, обвинение, насмешка; употребление бранных слов, вульгаризмов, жаргонизмов, арго; высказывания, унижающие человеческое достоинство, выражающие высокомерное и циничное отношение к человеческой личности

Мне хотелось бы сделать автору замечание за его неумение передавать свои мысли.
Этот текст меня бесит; Нужно быть полностью сумасшедшим, чтобы читать книги сегодня; Почему школьная программа принуждает к прочтению всего старья, что именуется классикой?
Михалков в своём репертуаре! Пишет детские книги, поэтому и требует, чтобы читали именно в детстве. Это настоящий пиар! Нечего морочить людям мозги устаревшими истинами.

Читальный зал

Исследования и монографии

О словарях, «содержащих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации»

Варианты русского литературного произношения

Динамика сюжетов в русской литературе XIX века

Художественный текст: Основы лингвистической теории и элементы анализа

К истокам Руси

О языке Древней Руси

Не говори шершавым языком

Доклад МИД России «Русский язык в мире» (2003 год)

Конкурсные публикации

Типология ошибок

Если сгруппировать собранные здесь дефектные высказывания по лингвистическим основаниям, сведя в единый блок однотипные ошибки, мы получим два десятка их разновидностей, среди которых статистически преобладающими оказываются стилистические, грамматические (управление, согласование, неправильное формообразование), лексические и акцентологические, т.е. погрешности в ударении. Единичными фактами представлены нарушения, связанные с грамматическим родом аббревиатур (одно ЦК вместо один ЦК, сама МВФ вместо сам МВФ, НАТО — оно вместо она и под.; с образованием сравнительной степени прилагательных и краткой формы (слабже, более слабее, более скромнее, более хуже, более подробнее, прежен вместо прежний); с пропуском слова во фразе (внести Черномырдина вместо внести кандидатуру Черномырдина; порывы ветра достигали пятнадцать—двадцать метров в секунду вместо достигали скорости; фильм “Армагеддон” состоится вместо просмотр или премьера фильма; итог нашего круга вопросов вместо итог рассмотрения; кого имел Президент вместо имел в виду Президент и др.); с логическим противоречием в высказывании, порожденным скрытым психическим конфликтом, или с контаминацией нескольких словосочетаний (я впервые еще раз увидела; температура не будет очень холодной; Гайдар сказал, что я глазам своим не поверил; интернационалистическая группа преступников, в составе которой два таджика, грузин, чеченец, украинец и москвич).

В дальнейшем комментарий будет касаться перечисленных выше наиболее частых типов ошибок, но прежде мы хотели бы выделить две группы специфических нарушений правильности и чистоты русской речи, которые, помимо частоты их встречаемости и лингвистических оснований появления, характеризуются дополнительными социопсихологическими свойствами, требующими отдельного рассмотрения.

Итак, первая из двух групп ошибок объединяет слова и конструкции, которые мы назвали прецизионными. Термин, несколько его переосмыслив, мы взяли из теории перевода, где прецизионными называют языковые единицы, которые требуют особо высокой точности при передаче их на других языках. Это, как правило, имена собственные, числовые величины и какие-то вновь возникающие наименования, не получившие еще однозначных эквивалентов в других языках. Все они требуют точного знания. В применении же к языковым ошибкам, которые нарушают точность русской речи, в объем понятия “прецизионные” мы включаем слова и конструкции, которые служат камнем преткновения в овладении нормами литературной речи. В них постоянно совершаются в речевой практике отклонения от правил, столь же постоянно и настойчиво отмечаемые специалистами по культуре речи, искоренить которые в узусе не удается в течение длительного времени. Этого типа ошибки и служат своего рода лакмусовой бумажкой, культурно-речевым тестом для говорящих, определяющим степень владения ими культурой русской речи. Девизом группы так понимаемых прецизионных слов и форм должен стать призыв:

“Это надо выучить и знать!” В их число входят ошибки всех уровней языкового строя — грамматические, лексические, орфоэпические. Начнем с лексических ошибок. Это недопустимость употребления:

— бесприставочной формы “ложить”;

— глагола “одеть” [на себя] вместо “надеть”: надо одевать другую обувь — Е. Додолев;

— могу джинсы одеть — В. Третьяк;

— ничего не могу одеть — А. Пугачева;

— он на себя одел — Глэм;

— оденем часы, одевайте наушники, одену очки и т.п. Надо сказать, что эта ошибка имеет вековую историю, и большинство совершающих ее сегодня в практике спонтанной речи теоретически знают, что по отношению к себе следует употребить глагол “надеть”, поскольку настойчивые рекомендации лингвистов по этому поводу всем известны. Такой внутренний конфликт между распространенным узусом и знанием приводит иногда к обратному эффекту с каламбурным смыслом: “на мне было столько надето. т.е. не надето, а надежд” (вместо одежд);

— предпринять меры вместо принять меры, но предпринять шаги или действия;

— озвучить в значении “назвать, сообщить, произнести вслух”:

кандидатуры, которые озвучены (Н. Рыжков); озвучил информацию о том, что (О. Ситнова); сообщение озвучил (Н. Петкова); озвучил точку зрения (М. Дементьева); и, наконец, двойная ошибка — озвучил о том, что (Г. Зюганов). Глагол озвучить в литературном русском языке имеет значение “записать звуковое сопровождение (фильма) отдельно от съемки”. Его использование в указанном выше смысле (“произнести”) является грубым нарушением нормы, искажающим законы сочетаемости слов и эстетически оскорбляющим слух носителя русского языка, но в этом ошибочном употреблении он так полюбился некоторым политикам и журналистам, что стал принадлежностью, своеобразным знаком политико-публицистического “жаргона”.

Видимо, политический “жаргон” мог бы стать предметом отдельного изучения. Входящие в него слова и словоформы выполняют особую социопсихологическую роль, служа для использующих их приметой принадлежности к одному кругу тесно взаимодействующих (взаимодействующих не только кооперативно, но и находящихся на разных позициях в этом взаимодействии) и понимающих друг друга людей. Такой приметой, например, оказывается слово с неправильным ударением “намерЕния” (Ю. Маслюков, Г. Кулик, Ю. Лужков, Г. Явлинский). Аналогично в свое время в кругу лиц, близких к И. В. Сталину, получило распространение произношение слова “лавирУет”, которое должно было подчеркнуть, что тот, про кого это говорят, не всегда твердо следует генеральной линии партии. К числу единиц политического жаргона нашего времени я бы отнес также ошибочное ударение в форме “прИнять”, несостоявшуюся, к счастью, тенденцию произносить “нАчать”, употребление глаголов “проголосовать кого” вместо “проголосовать за кого (проголосовать Степашина) и “внести кого (Черномырдина)” вместо “внести кандидатуру Черномырдина”;

слово “подвижки” и конструкцию “о том, что” (об этой последней — ниже);

— довлеть: это слово в искаженном смысле “оказывать нажим, давить” часто отмечается специалистами как культурно-речевая ошибка, но тем не менее продолжает встречаться у лиц, склонных к некоторой манерности и вычурности речи (“. Иванишевич довлеет на француза. ” — С. Ческидов). В литературно правильном употреблении довлеть означает “быть самодостаточным, удовлетворять”.

К числу лексических ошибок, свидетельствующих о незнании формы или значения иностранных слов, можно отнести такие употребления, как:

— . последнее высказывание является кредом. ” вместо кредо (С. Белошапкина);

— “Ждите экспансии креативных людей” (М. Марголис);

— дебюторы этого банка . (А. Князева), где в основе ошибки — паронимическое сближение слов дебит и дебют;

— “основной темой митинга стали противоречия между протестантами” (Е. Глазунова), где последнее слово во фразе является авторским новообразованием из словосочетания прилагательного с существительным ПРОТЕСТ-ующие + демонстр-АНТЫ. Но при этом говорящая не почувствовала, что созданный ею путем стяжения двух слов в одно окказионализм совпал с уже существующим в языке словом с совершенно другим значением, что породило трудности в восприятии высказывания слушателями;

— неправильное произношение слов “инциндент” (О. Маяцкая) и “компроментировать” (Д. Муратов, Н. Петкова) с лишним звуком “н” в корне.

В сфере грамматики мы обнаруживаем застарелые, в течение многих лет неискореняемые ошибки:

— в падежном управлении: согласно многолетних наблюдений (А. Лебедь), согласно законов (В. Комиссаров, Г. Селезнев), где употреблена форма родительного падежа вместо дательного (правильно — согласно законам); оплачивать за услуги (Ю. Лужков) вместо оплачивать услуги или платить за услуги;

— в образовании словоформ: рекламой чулков (“МК”) вместо рекламой чулок (но носков); сколько время вы отводите (В. Комиссаров) вм. сколько времени;

— в согласовании: обоих кафедр, обоих сторон (газета “Дружба”, М. Леонтьев) вместо обеих; из семидесяти дел двое приняты к рассмотрению вместо два дела, но двое людей.

Наибольшее число ошибок на согласование дают составные числительные, которые правильно изменять по падежам, согласуя формы составляющих их частей, не умеют многие журналисты, Политики и государственные чиновники: к восемьсот пятидесятилетию Москвы (А. Кротова) вместо восьмисотпятидесятилетию ; во всех четырехсот семидесяти томах этого дела (Н. Николаев) вместо четырехстах семидесяти ; проголосовало триста семьдесят депутатов при шестьдесят три против (А. Андреев) вместо при шестидесяти трех, и т.п. в высказываниях В. Синельникова, С. Миронова, П. Лобкова, Е. Новосельской, в текстах “МК”. В качестве одного из объяснений большинства ошибок в образовании падежных форм сложных числительных нужно иметь в виду следующее обстоятельство. Говорящий хочет, чтобы называемое им число было в точности, без искажений воспринято слушающим. Устная же речь протекает в разных условиях и зачастую встречается с помехами — посторонними шумами, отвлечением внимания самого слушающего, возможными произносительными дефектами говорящего, неполадками в технических средствах связи. Чтобы на пути передачи числовой информации свести воздействие помех к минимуму, говорящий, учитывая интересы адресата речи, проговаривает числительные как неизменяемые слова. Это обстоятельство, естественно, не оправдывает ошибку, но как-то помогает понять ее возможные причины (Напомним, что в языке профессиональных военных во избежание искажений запрещается склонять названия населенных пунктов и числительные, передающие цифровые обозначения.).

Из области синтаксиса к группе прецизионных ошибок я отношу рассмотренный выше запретный деепричастный оборот (“глядя в окно, у меня слетела шляпа”) и конструкцию “о том, что”. Можно “говорить о том, что”, можно “рассказать” или “услышать”, но далеко не все глаголы передачи и получения информации допускают такое управление. Распространение в публичной “о том, что” на все большее число “информационных” глаголов, став приметой политико-публицистического жаргона, превращается теперь в массовую тенденцию, которая оказывает давление на литературную норму, а по отношению к использующим эту конструкцию является свидетельством недостаточно строгого отношения к собственной речи. Недопустимыми следует считать такие выражения: обсуждали о том, что (Б. Березовский); утверждают о том, что (А. Анкудинов); поняли/было понято о том, что (С. Сорокина, А. Крупенин, В. Токменев); в тот период времени, о котором вы указываете (В. Путин); означает о том, что (М. Задорнов); не верите о том, что (А. Лукьянов); ожидал о том, что (В. Илюхин); допущена ошибка о том, что (П. Гусев), озвучили о том, что (Г. Зюганов); говоря о том, о чем заметил (Е. Киселев).

Наконец, последнюю разновидность некодифицированных выражений в этой группе составляют ошибки в ударении. Вообще акцентологические ошибки,

зафиксированные в рассматриваемом материале, весьма разнообразны, однако к прецизионным я отношу те из них, которые обнаруживаются в небольшой группе слов, но повторяются постоянно и с которыми специалисты по культуре речи борются десятилетиями. Эти слова в правильном произношении (договОр, квартАл, срЕдства, намЕрения, языковОй, принЯть, начАть) надо просто заучить тем, кто грешит этими ошибками, добавив в этот список группу причастий, произносимых часто с неправильным ударением на корне -нес- и корне -вед-, тогда как нормативное их звучание требует постановки ударения на суффиксе (проведЁнный, нанесЁнный) или на окончании (приведенЫ, возведенО, внесенА и т. п.). Слово “начАть” имеет сложную акцентологическую парадигму с подвижным ударением в разных его формах, и хотя неправильная исходная форма “нАчать” стала притчей во языцех и породила множество анекдотов, ошибка, изгнанная в дверь, влетает в окна других его словоформ: пожар начАлся (А. Медведев) — вместо нАчался или началсЯ; нАчавшихся переговоров (А. Степаненко) — вместо начАвшихся; нАчала увлекаться (В. Вульф) — вместо началА и т.п.

Хотя отмеченных в нашем материале прецизионных ошибок суммарно не больше 10%, они наиболее остро режут слух носителя языка. Любое из перечисленных в этом разделе слов и выражений можно использовать для проверки речевой грамотности говорящих: “как вы произнесете слово “средство” во множественном числе?” В целом эти прецизионные слова нужно знать, выучить раз и навсегда.

Контаминация слов и форм

Вторая группа нарушений правильности и точности речи объединяет явления иной, чем рассмотренная выше, природы и является одной из самых многочисленных, составляя около 20% всего массива. Этот тип ошибок связан уже не со статичным знанием или незнанием правил и конкретных слов, а определяется динамикой языковой компетенции говорящего, его способностью к контролю и развитию своей речи. Иными словами, природа таких ошибок уже не только лингвистическая, но и психологическая. В языковую компетенцию, помимо знаний и опыта, входят способность к рефлексии по поводу формы произносимого текста и способность к самооценке сказанного. В условиях дефицита эфирного времени телеведущий или интервьюируемый политик, формулируя мысль, стремится выразить ее предельно кратко, но это тот случай, когда “сестра таланта” оказывается ему не родной и близкой, а далекой, сводной: “я не буду лить много слов”, — говорит А. Асмолов. Это высказывание является результатом сокращения, сжатия примерно такого нормативного и нормального текста: “я не буду лить воду и говорить много слов”.

Подобные факты, порождаемые стремлением говорящего совместить, “слить в единое слово” смысл развернутого, многословного выражения, получили в лингвистике специальное наименование — универбация. Тенденция к универбации имеет свои плюсы, отвечая принципу “экономии усилий” — одному из фундаментальных законов развития языка и речевой практики. Сравним: мы говорим “разрядка” вместо “разрядка международной напряженности” или “филфак” вместо “филологический факультет” и др. Но положительный эффект может превратиться в свою противоположность, и универбация приводит к искажению правильной русской речи в ситуациях, когда у говорящего при формулировании им мысли имеют место “соперничающие планы преартикуляции”, или “конфликтные речевые интенции”, как выражаются психоаналитики.

В лингвистическом плане это явление квалифицируется как контаминация, т.е. пересечение и наложение друг на друга двух одинаково возможных, правильных способов описания события или факта, например, во фразе “с окончанием футбольного матча количество звонящих должно активизироваться” (В. Ильинский). В конфликт речевых намерений вступают идея активизации зрителей, звонящих в студию, и, как следствие, идея роста числа звонков. Правильная конструкция выглядела бы примерно так: “С окончанием футбольного матча зрители должны активизироваться и количество звонков увеличится” или фразу “Есть у нас тут один миллионер в долларах” (В. Комиссаров) следовало бы трансформировать в правильную “Есть у нас тут один богатый человек, состояние которого исчисляется в миллионах долларов”. Сравним также “какие доходы вы зарабатываете?” (В. Матвиенко) — вопрос, в котором скрыты две части: какие у вас доходы + сколько вы зарабатываете?

Конкурирующие намерения говорящего проявляются чаще всего в смешении и наложении друг на друга таких единиц языка, которые обладают повышенной выразительностью:

— двух устойчивых сочетаний или фразеологизмов: жизнь поставила перед Татьяной неразрешимый тупик — В. Комиссаров (из “поставила неразрешимый вопрос” + “поставила Татьяну в тупик”); говорят, что вы нашли общий язык в племени людоедов — Е. Киселев (из “найти общий язык с племенем” + “найти понимание в племени”); я считал необходимым довести до мнения Президента. — Г. Явлинский (из “довести до сведения Президента” + “чтобы узнать его мнение”);

— двух синонимов или синонимических выражений, требующих разного глагольного управления: люди становятся из врагов в оппонентов — Д. Якушкин (из “становятся оппонентами” + “превращаются в оппонентов”); “я бы не назвал, что это криминальный район — И. Иванов (из “не назвал этот район криминальным” + “не сказал, что это криминальный район”); “мы хотим обратить внимание общества к этой проблеме” — Г. Явлинский (из “обратить внимание на” + “привлечь внимание к”); “эта номинация занимает большое и важное значение” — И. Верник (из “занимать важное место” + “иметь важное значение”); сравним два выражения: “речь-то еще идет и в том, что” (В. Комиссаров) и “вопрос идет только об одном. ” (В. Геращенко). В обоих высказываниях допущена ошибка, вызванная контаминацией синонимических оборотов “речь идет о” и “вопрос (заключается) в том, что”;

— двух однокоренных и близких по смыслу слов: “а вам не возникает обидно, что так произошло?” — А. Максимов (из “у вас не возникает обида” + “вам не (становится) обидно); “и мы как-то к этому свыклись” — В. Илюхин (из “к этому привыкли” + “с этим свыклись”); “обязанности свои они справляют” — М. Дейч (из “отправлять обязанности” + “справляться с обязанностями”).

Приведенные образцы ошибок показывают, что при отсутствии контроля за своей речью говорящий может обратить богатейшие средства образности, силы, экспрессивности и точности русского языка — фразеологизмы, тропы, синонимы, оттенки семантики слов, словообразовательные возможности — во зло, в орудие его искажения и разрушения, порождая нелепые сочетания типа “власть пойдут на это” (В. Илюхин), “контрабанда наркотиками” (В. Глускер), “не последнее слово будут играть” (А. Венедиктов), “уволить в отставку” (Е. Киселев), “тебе не имеет значения” (В. Крюк), “помахать мускулами” (В. Густов), “вселить надежду кому-то” (В. Комиссаров), “продуктов здесь дают впроголодь” (А. Поборцев) и др. Чемпионом по контами-национным ошибкам оказался В. Комиссаров: в нашем собрании из 80 ошибок этого типа 13 принадлежат ему.

Ошибки в грамматике

Ошибки, связанные с образованием форм слова (склонение и спряжение), с неправильным соединением слов во фразе (сочетаемость) и построением целых предложений (синтаксис), хотя и менее бросаются в глаза по сравнению с рассмотренными выше двумя типами нарушений нормы, но создают те же помехи на пути передачи информации слушателям и столь же отрицательно характеризуют говорящих.

Наибольшее число грамматических ошибок приходится на именные и глагольные словосочетания, т.е. на предложно-падежное и глагольное управление. Соблюдение предписаний языковой системы и кодифицированных правил построения словосочетаний требует использования вполне определенных падежных форм: если употреблен глагол “являться”, то он должен соединять слово в именительном падеже со словом в творительном — “что/кто является чем/кем”; если говорящий использует слово “дотронуться”, то в сочетание с ним должно войти существительное с предлогом “до”, а глагол “говорить” можно соединить с именным дополнением либо в винительном — “говорить что”, либо в предложном — “говорить о чем”, но никак не “говорить за что”, поэтому впечатление неряшливости речи и неточности объяснений оставляют у слушателя фразы:

— “критерий оценки деятельности наших подразделений является раскрываемость преступлений” (В. Колесников);

— “стоит только дотронуться к балансу двух властей” (М. Баглай);

— “и у нас действительно будет ответственность тех, кто за это говорит” (О. Сысуев).

Причиной такого рода ошибок может, конечно, быть и психологический конфликт двух соперничающих речевых намерений: сравним, например, фразу “обвинить их можно было лишь за употребление наркотиков” (М. Стрелец), где в противоречие вступает пара словосочетаний “обвинить в чем-то” и “наказать за что-то”, а итогом конфликта становится несоответствующее норме управление “обвинить за”, однако главной причиной все-таки является невнимание к своей речи, к плану построения фразы (а такой план есть у любого говорящего всегда) и отсутствие контроля за его реализацией: говорящий не слышит себя, его языковое сознание не чувствует той самой “ответственности”, о которой он говорит. Эта причина поддается устранению. Научиться себя слышать, а значит, испытывать ответственность и уважать интересы слушателей в состоянии каждый грамотный (а наши языковые авторитеты “все учились понемногу”) носитель русского языка. Надо только этого хотеть.

Такая психологическая установка избавит говорящего от появления в его речи странных для русского уха, а подчас уродливых сочетаний, способных вызвать улыбку на “румяных устах” внимающих ему слушателей:

— “ко мне вдруг пришла такая мысль. ” (Ю. Меньшова), как будто “мысль”, как маленькая девочка, прибежала босиком по траве и схватила за руку;

— “я еще не в курсе об этой информации” (Ю. Скуратов);

— “об этом заявила глава налоговой службы Георгий Босс” (А. Дадыко). Мы можем сказать “врач пришла”, да и “глава”, конечно, “могла” заявить, если бы она была не Георгием Боссом, а женщиной.

Из-за нарушений в согласовании особенно страдают сложные предложения, которые в устной речи не должны быть слишком длинными, так как оперативная память человека не может удержать под контролем синтаксические связи большой глубины. Так, в предложении “и даже самая сильная женщина, к которой я себя причисляю, хочется быть слабой и ранимой” (А. Смехова) нарушены связи между всеми тремя фрагментами, на которые оно разбито. Аналогичную ошибку видим во фразе “хотя в качестве примера приведу визит боливийской делегации, в ходе которой мы с удивлением узнали, что” (А. Разбаш), где придаточное предложение согласуется не со словом, к которому оно относится, а со словом “делегация”, в результате чего получается искаженное сочетание “визит, в ходе которой. ”. Еще один образчик согласования во фразе того же автора: “Большой театр отправил его на пенсию, где он больше не танцевал” — без комментариев.

Ошибки в образовании словоформ менее частотны, но не менее курьезны:

— “измазовав все грязью, мы теперь уже сами заблуждаемся, где правда, а где ложь” (С. Дубинин) — вместо “измазав”;

— “Евгений Максимович говорил с господином Гор” (В. Яковлев) вместо “с господином Гором”, так как мужские фамилии в русском языке склоняются;

— “отмечу из наиболее последнего” (Г. Боос) — прилагательное “последний” не имеет степеней сравнения;

— “есть озабоченности, на которые мы не всегда адекватно отвечаем” (Ю. Маслюков) — слово “озабоченность” не имеет формы множественного числа в нормативном языке так же, как слово “поддержка” (ср. “без финансовых поддержек нам нельзя существовать” — И. Лиспа), хотя в профессиональном языке балета и могут, вероятно, существовать различные виды “поддержек”. Следует заметить, впрочем, что распространившиеся случаи образования множественного числа от слов, которые ранее во множественном не употреблялись, могут свидетельствовать об определенной тенденции в самой языковой системе, которая таким образом реализует один из резервов своего развития.

Некорректное употребление предлогов тоже приводит к курьезным сочетаниям: “а я свою подпись из-под этого документа не уберу” (В. Семаго), “натовская авиация продолжает по ошибке бомбить албанцев, для которых (вместо ради которых — Ю.К.) и была начата военная кампания” (Б. Андреева); “мы уже сегодня получаем предложения с наших областей” (Г. Селезнев) — вместо из наших областей и т.п.

Но есть более сложные случаи, когда за внешним, находящимся на поверхности отступлением от культурно-речевой нормы скрывается подсознательное стремление говорящего поменять местами субъект и объект действия, замаскировав “действователя” и представив событие как протекающее совершенно объективно, независимо от активного его участника. Ср., например: “важнейшим политическим событием недели должно было стать обсуждение в комитетах Госдумы бюджета, оно отложилось, но тем не менее работа предстоит тяжелая” (В. Рыжков). Языковая ошибка здесь заключается в том, что образована пассивная форма от глагола “отложить”, который такой формы не имеет. Так, от активной конструкции “рабочие строили дом” можно образовать пассив — “дом строился рабочими”, но с глаголом “отложить” точно такая же трансформация невозможна, и конструкцию “депутаты (мы) отложили обсуждение” можно преобразовать в пассивную, только использовав страдательное причастие, — “обсуждение было отложено депутатами (нами)”. Сочетание же “обсуждение отложилось” воспринимается как двусмысленное, поскольку совпадает по форме с сочетанием “событие отложилось (в памяти)”. Психологическое же содержание такого словоупотребления, такой бессубъектной формулировки — “обсуждение отложилось” — в том, что она не предполагает, попросту снимает вопросы “кто отложил и почему?”

Такое приводящее иногда к ошибкам стремление замаскировать, убрать с авансцены, отодвинуть на задний план субъекта действия свойственно в большей мере языку политики, чем другим жанрам публичной речи: “надо продолжить переговоры, которыми мы были достигнуты определенные результаты” (И. Сергеев). Знаменательна в этой фразе оговорка “мы”, которая, полностью разрушая грамматическую структуру фразы, осталась в ней от “другого плана артикуляции”: сказать, что “мы достигли результатов” вроде бы нескромно, да и не вполне соответствует действительности. Но и очищенная от этой оговорки фраза, смысл которой в том, что “результаты достигнуты переговорами”, содержит грамматическую ошибку в управлении, так как “результаты достигаются в переговорах”, а не “переговорами”. Спрятан от слушателя субъект действия и во фразе “время не располагает такой возможностью”, где реальным действующим лицом является “мы”: это “мы не располагаем возможностью из-за того, что время не позволяет нам ее использовать”, но столь критически оценивать самих себя неразумно, и поэтому роль грамматического субъекта передается “времени”, которое течет объективно и с которого взятки гладки, а “мы” здесь как будто и ни при чем.

Замысловатая игра в “субъекты-объекты” может принимать и иную направленность, при которой субъект, наоборот, выдвигается на первый план, субъекту приписываются качества объекта. Так, во фразе А. Крупенина “я был красноречив, аргументирован” это “я” вбирает в себя не только оценку самого “себя” (красноречив), но и характеристику собственной речи: ведь аргументированной была речь говорящего, а не он сам; в результате возникает и грамматическая, и логическая ошибка. Ср. также: “Виктор Степанович, у вас хорошие человеческие качества, не сгорайте их в думском горниле. ” (Н. Харитонов). Призыв “не сгорать” может быть адресован здесь только Виктору Степановичу, но автор обращает его к “хорошим человеческим качествам”, заменяя переходный глагол “сжигать” его непереходным конверсивом “сгорать” и порождая нелепое высказывание.

Некорректный выбор слова вкупе с синтаксическими нарушениями приводит не только к ошибкам, вызывающим смех, но и создает двусмысленные высказывания, которые не всегда поддаются расшифровке слушающими. “Многократная ситуация усугубляется тем. ”, — говорит Ю. Буш, и понять, имеет ли он в виду “ситуацию”, которая многократно повторялась, или ситуацию, которая многократно “усугубляется”, — затруднительно. Сюда же относится совершенно загадочная мысль В. Жириновского “национальный момент не выдерживает никто. ” и амбивалентная фраза Б. Березовского “с теми людьми, кому вопросы зависят. ”, за синтаксической ошибкой в которой скрываются два понимания: то ли это “люди, от кого” вопросы (их решения) зависят, то ли, напротив, это “люди, для кого” вопросы (и их решения) зависят. Классическим образцом двусмыслицы может служить высказывание Н. Харитонова: “Примаков обратился с просьбой не заниматься импичментом Президента, так как в данной ситуации это прослабит наше государство”. Аналогичный эффект вызывает фраза В. Илюхина: “. ОРТ обязано было выплачивать Президенту причитающие ему дивидЭнды. ”, где, помимо неправильного произношения последнего слова, слушатель сталкивается с “причитающими дивидендами”, т.е. дивидендами, которые “причитают”, занимаются “причитаниями”, очевидно, заодно с теми “финансами”, что “поют романсы”.

Стилистические шероховатости, неточности, прямые отступления от стилевых литературных норм составляют в нашей летописи ошибок от 20% до 25% всех зафиксированных в ней случаев. На первый взгляд может показаться, что ошибки в стилистике являются не столь лингвистически грубыми, как грамматические или лексические. Более того, поскольку они представляют собой лишь несоответствие функционально-жанровой ориентации речи и не затрагивают непосредственно системных закономерностей языка, их следует относить скорее к нарушениям канонов общения, чем к собственно языковым неправильностям. Недаром же при оценке школьных сочинений они не приравниваются к грамматическим ошибкам, тем не менее на слушателей они оказывают такое же отрицательное воздействие, как и другие рассмотренные нами типы ошибок. Дело в том, что стилистика охватывает эстетические и этические качества речи, а они-то напрямую характеризуют говорящего. Ставшая банальной, но от этого не переставшая быть истинной мысль “стиль — это человек” вполне отвечает нашей позиции в оценке стилистической неряшливости, которая оставляет такое же впечатление, как грязь под ногтями у собеседника.

Разновидности стилистических дефектов в нашем материале не слишком многочисленны, и половина всех отмеченных случаев приходится на две из них — обсцентную лексику, т.е. то, что раньше Называлось “нецензурной бранью”, и досадные повторы в близком соседстве во фразе слов одного и того же корня. Ясно, что две эти группы представляют собой крайние точки на шкале грубостей стилистических нарушений. Если повторы типа:

“Президент обратился с радиообращением”, “вопреки сложившейся ситуации, которая сложилась сейчас”, “маленький исторический экскурс в историю Анастасии”, “я слышал по слухам”, “значение выделения денег МВФ России не имеет значения”, “они высказали свою готовность в том, что они готовы. ”, “он заявил любопытное заявление”, “спросить вопрос”, “при ближайшем рассмотрении налицо просматривается кризис. ”, “мы гонимся в погоне за этим счастьем”, “нужно вкладывать деньги в те отрасли, которые быстро отдадут отдачу”, “сейчас Кремль активно ведет активную борьбу” — способны вызвать легкую досаду у слушателей, свидетельствуя лишь о недостаточном внимании говорящего к своей речи, то нецензурные выражения (хотя в отсутствие цензуры такое их обозначение звучит несколько странно) в радио- и телеэфире, как и в печатном тексте, в газете, отзывались гулким эхом в многомиллионной аудитории, производят эффект пощечины, которую тебе нанесли рукой, испачканной в чем-то неприятно липком.

Повторы затрагивают эстетическое чувство слушателя. Лингво-психологическийй механизм их возникновения имеет бессознательную основу: в как правило, одна из повторяемых единиц оказывается двусловной и обладает признаками устойчивого оборота, который используется говорящим как единое, цельное образование, как отдельное слово; сравним: иметь значение, высказать готовность, активная борьба, исторический экскурс, при ближайшем рассмотрении, по слухам, погоня за счастьем и т.п., поэтому говорящий не всегда сам слышит допущенный им повтор. Обсцентизмы же и просто “крепкие словечки” вставляются в публичную речь сознательно и выполняют роль запрещенного общественным договором оружия, направленного против реальных и потенциальных оппонентов говорящего и разрушающего этические и эстетические ожидания слушателей. Таким образом, как стилистическую ошибку мы можем квалифицировать только повтор, тогда как публичное использование фекально-генитального лексикона следовало бы отнести к аморальным деяниям.

Среди других отклонений от стилистических норм литературного языка наиболее заметным является использование разного рода жаргонизмов, в их числе:

— канцелярско-бюрократические обороты и слова: “он делал на правительстве доклад. ” (С. Колосова); “по Николаю Сванидзе красные аналитики решили отработать более конкретно. ” (Е. Карамьян); “. обсуждались вопросы по траншам. ” (Е. Примаков); “невозможно делать привилегии в точке зрения быстроты рассмотрения дел” (М. Баглай);

— лексика молодежного и профессиональных жаргонов: “но первый же звонок этим лохам развеял мечты” (И. Бармина);

“тех, кто жаждал шоу с переодеванием, ждал облом” (А. Вильчинская); “скажи, Юла, а сама ли ты пишешь музыку и текстА?” (Спенсер);

— лексика криминального мира. Довольно широкое в последнее время ее распространение можно было бы понять, учитывая актуальность соответствующей тематики в нашем обществе. Но беда в том, что эта лексика вырвалась за рамки обсуждения вопросов преступности и стала употребляться (что, впрочем, весьма знаменательно) в языке политики: “незачем, что называется, друг друга мочить. ” (А. Шохин), “в вечернем эфире грозненской телекомпании “Кавказ” Шамиль Басаев опять наехал на Аслана Масхадова” (С. Минаев); “инвесторы, держатели ГКО не хотят иметь дело с людьми, которые их обули и кинули” (А. Шохин); “в борьбе с космополитами парламентарии готовы замочить отечественную полиграфию” (Н. Шипицына).

Нарушение жанрово-стилевого колорита публичной речи вкраплением в нее просторечных элементов иногда осуществляется целенаправленно и бывает продиктовано желанием, особенно у деятелей искусства, подчеркнуть свою близость к “простому народу”, свою “демократичность”: “сымите шелковый галстук и им отдайте, на кой им галстук?” (П. Мамонов); “возьмите это себе в голову. ” (С. Супонев). Но чаще к их использованию располагает сама обстановка непринужденной беседы перед телевизионной камерой: “нету линии. ” (С. Сорокина);

“это сёдня слилось воедино: нельзя выполнить ни экономических, ни политических обязательств” (А. Лебедь), “это вопрос, связанный вчистую с регионами” (А. Прохорова); “почему тогда этот вопрос не подымается?” (С. Сорокина).

Причиной появления дефектных высказываний может стать не только включение в речь стилистически сниженных элементов, т.е. жаргонизмов и просторечия, но и ошибочное, часто совершенно не нужное и порожденное лишь “неврозом своеобразия”, желанием “говорить красиво”, употребление “высокой” — книжной и поэтической — лексики или “модных” иностранных слов: “я понимаю, что даже самых выспренних благих намерений недостаточно. ” (И. Родионов). Слово “выспренний” означает “высокопарный, напыщенный” и никак не согласуется по смыслу с содержанием этой фразы; или “по всей вероятности, труд этих двух людей возымеет столь же далекие последствия, как и ставшее знаменитым деяние Моники Левински” (Д. Гусев), где слово “возыметь” оказывается явно не на своем месте, поскольку возыметь можно намерение или желание, но ни в коем случае не последствия. Сравним также высказывание: “на имидже НДР очень много отрицательных моментов” (К. Титов), где и слово “имидж” употреблено не в точном своем значении, и “отрицательные моменты” сильно отдают бессмысленным канцеляритом.

“Не те слова и не в том месте” — обычная ошибка в спонтанной речи, и она отличается от оговорки, которая представляет интерес прежде всего для психоаналитиков, тем, что не связана с какими-то глубинными процессами в бессознательном, а основана на простом поверхностном смешении слов, имеющих что-то общее в звучании, в морфологическом составе, в семантике или в синтаксической позиции. Другое отличие этого типа ошибок от оговорок заключается в том, что оговорка, как правило, фиксируется вниманием самого говорящего, и он поправляет сам себя. Лексическая же ошибка в собственной речи говорящим не замечается и не исправляется, поскольку возникает она из-за незнания точного значения или формы употребленного слова: ему кажется, что в его речи все правильно.

На слушающего такого рода неточности производят всего лишь впечатление не очень гладкой, может быть, чуть-чуть “корявой” речи, но все же настораживают его, вынуждая с большей долей критики относиться к содержанию речи и личности говорящего.

Классическим источником лексических ошибок является паронимия, т.е. наличие в языке таких пар слов, которые имеют некоторое сходство и в звучании, и в содержании, но различия в их семантике все же настолько велики, что употребление одного вместо другого искажает смысл всего высказывания. Так, когда И. Шабдурасулов говорит: “Я добьюсь возможности объективистски объяснять происходящее”, — слушатели, конечно, поймут, что он вовсе не имел в виду, что, “объясняя происходящее”, он будет создавать видимость, что исходит при этом из объективных предпосылок и оценок реальной ситуации, хотя на самом деле он будет руководствоваться какими-то другими соображениями. Именно такими особенностями отличаются друг от друга пары слов объективный и объективистский, объективность и объективизм, объективно и объективистски, где каждое первое слово в паре несет положительный смысл и выражает идею непредвзятости во мнении и оценке и точного соответствия существующему положению дел, тогда как вторые члены этих пар передают значение, в котором лишь акцентируется претензия на объективность, на отсутствие субъективной заинтересованности и на внешнее следование принципам непредвзятости.

Паронимия аналогичным образом подводит Г. Зюганова, который во фразе “Мы надеялись получить ответ на эти опасности” употребляет последнее слово вместо однокоренного, но существенно отличающегося от него по смыслу паронима — опасения.

Вообще путаница в употреблении однокоренных слов, — и не являющихся собственно паронимами — приводит к построению ломаных, “неопрятных” фраз, смысл которых хотя и доходит до слушателя, но оставляет не лучшее впечатление о говорящем:

— “Тем больше у вас шансов выиграть наш приз, который составляет из себя майку с логотипом “Радио-7”. (О .Счастливцев) — вм. представляет.

— “Не кажется ли вам, что эти законы во власти выливаются на обществе?” (А. Разбаш). В этом высказывании слушатель угадывает глухой отзвук поговорки: “Отольются кошке мышкины слезки”, но при этом ошибочное управление глагола (предложный падеж вм. винительного) заставляет искать замену этому глаголу, и слушатель может найти ее в слове сказываются.

— “Вы бы расталкивались друг от друга как одноименные заряды”. (Ю.Меньшова) — вм. отталкивались. Конечно, приставка рас- обладает большим образным потенциалом, чем от-, в живописании расхождения в разные стороны двух элементов (в данном случае — двух людей), но глагол с такой приставкой приходит в противоречие со всей структурой фразы.

Стремление в коротком выражении создать некий образ, который был бы способен усилить воздействие высказывания, .вполне естественная установка говорящего. Но на этом пути нельзя забывать о так называемой лексической сочетаемости, по законам которой далеко не всякое грамматически безошибочное словосочетание окажется правильным и в содержательном отношении. Ср., “Там было недоразумение, которое вылилось, к сожалению, к такому ужасному финалу” (П. Крашенинников). “Недоразумение” может “вылиться” во что-то, и подобное словосочетание реализует стертый образ “недоразумения” как чего-то жидкого, текучего. Но оно не может вылиться к финалу, к финалу оно может привести. Подобное неудобство переживает слушатель, воспринимая следующие фразы:

— “ . выдающегося русского художника, кисть которого передала все те места, где побывал Тургенев”, где образное словосочетание передала места звучит несколько странно, если не двусмысленно.

— “Это продиктовано желанием оседлать некоторые настроения в обществе”, — говорит А. Шохин. Выражение, безусловно, яркое, оно так и просится быть воплощенным в газетной карикатуре. Только вот как изобразить оседланное настроение?

Иногда лексический дискомфорт возникает у слушателя из-за того, что говорящий, желая избежать определенности, использует слова, опустошенные семантически, слова очень общего, почти абстрактного смысла, из которых слушателю трудно извлечь конкретное содержание и которые в составе предложения, развивающего вполне определенную тему, выглядят чужеродными: ср.:

— “Здесь был председатель Газпрома. Он вел здесь контакты по этому поводу” (Е. Примаков). Если в этом высказывании слова контакты и повод считать словами обобщенно-абстрактного смысла, приближающиеся к местоименным, то из составляющих его 11 слов б оказываются словами местоименными. Сочетание же вел контакты, помимо лексической неправильности, несет налет политжаргона.

— “Я думаю, вы все-таки обозначите праздник (8 Марта. — Ю.К.), хотя до него осталось несколько дней” (П. Горелов, обращаясь к Ю. Лужкову). Что имел в виду корреспондент, употребив слово обозначите, слушатель, конечно, понимает (т.е. упомянете, скажете о), но понимает также, что сочетание обозначить праздник — типичный канцеляризм, отчетливо обнажающий формально-бюрократическое отношение говорящего к предмету разговора.

Завершая раздел, посвященный лексике, приведу еще несколько примеров того, как из-за неправильного выбора слова “ломается” вся фраза.

— “Наш музей выполняет все те особенности, что и другие музеи” (Л. Чумаченко), вм. имеет особенности или выполняет функции.

— “Психозы не надо вешать людям” (Е. Строев) — вм. приписывать людям.

— “За эти годы обо мне такой образ создали — человека, который детьми закусывает” (Е. Наздратенко) — вм. ошибочного обо мне образ следовало бы, возможно, миф.

— “Все остальные выставили глубокое сомнение, что он справится” (Г. Зюганов) — вм. выставили сомнение следовало бы выразили или высказали сомнение.

— “Давайте повесим такой риторический вопрос к правительству” (А. Разбаш) — вм. повесить вопрос следовало поставить вопрос, и тогда уже не к правительству, а перед правительством.

— “М. Хлебникова является красивым исключением из правила, которое только что было перечислено Алексеем Кортневым” (В. Пельш) — одно правило, конечно, должно быть сформулировано или прочитано, но не перечислено.

— “Эта дезинформация льется сегодня по всем потокам” (Г. Селезнев) — фраза, родившаяся, видимо, из сложной “игры” потоков и каналов, т.е. в исправленном варианте это могло бы выглядеть так: Эта дезинформация потоком льется сегодня по всем каналам.

2.6. Ошибки в ударении

Русское ударение в его сложившемся к нынешнему времени виде унаследовало закономерности разных исторических эпох, причем часть из этих закономерностей восходит к праславянскому периоду. Опираясь на современную акцентологию, или учение о русском ударении, можно было бы подвести соответствующее правило под каждую из зафиксированных в нашей летописи акцентологических ошибок. Но это как раз та ситуация, когда изучение и знание правил — из-за их сложности — не облегчит положение говорящего. Поэтому в данном случае проще указать на ошибку и привести правильный вариант, который следует запомнить, чтобы ошибка не повторилась.

Какие бывают ошибки в русском языке: виды и примеры

Проверяя письменные работы по русскому языку, учитель не только исправляет ошибки, но и указывает на полях их тип. Именно о характере ошибок говорят эти странные черточки, галочки и другие закорючки. Такая система позволяет преподавателю легко определить, какую отметку поставить ученику, а самому обучающему понять, за что ему снизили оценку, над какими правилами следует поработать. Сегодня мы поговорим о том, какие ошибки бывают в русском языке. Я приведу классификацию их с примерами в удобной табличной форме и помогу расшифровать загадочные знаки, которые оставляют учителя-словесники на полях тетрадей с письменными работами по русскому языку.

Классификация ошибок по русскому языку: таблица с примерами

Оценка за письменную работу по русскому языку может быть снижена, даже если в словах ошибок нет, да и знаки препинания расставлены правильно. Дело в том, что ошибки бывают и другие: грамматические, стилистические, речевые и так далее. В приведенной ниже таблице собраны основные типы ошибок, встречающихся в русском языке, с примерами и условными обозначениями.

Типы ошибок в русском языке

Условное обозначение	Тип ошибки	Пояснение	Примеры
I	Орфографическая	Ошибки в написании слов (в корнях, приставках, окончаниях), в том числе в расстановке дефисов, в слитном и раздельном написании.	Как нибудь (правильно: как-нибудь), икзамены (правильно: экзамены), вшубе (правильно: в шубе), расбежался (правильно: разбежался).
V	Пунктуационная	Ошибки в постановке знаков препинания (неправильный выбор знака препинания, его отсутствие в нужном месте или наличие там, где он не нужен).	Мальчик пригнувшись пролез под ветвями дерева, и побежал домой – где его ждал приехавший из командировки отец. (Мальчик, пригнувшись, пролез под ветвями дерева и побежал домой, где его ждал приехавший из командировки отец.)
Г	Грамматическая	Ошибки в образовании слов и их форм, а также в их выборе (неправильное согласование по числам, падежам).	Самый красивейший (самый красивый или красивейший), богатее (богаче), согласно с постановлением (согласно постановлению), оплата за проезд (оплата проезда или плата за проезд).
Р	Речевая	Ошибки в использовании лексики (в том числе паронимов, омонимов, синонимов), в том числе тавтология.	Дипломат конкурса (дипломант конкурса), прейскурант цен (прейскурант или цены).
С	Стилистическая	Использование лексики, имеющей неподходящий стилевой окрас (чаще разговорной, жаргонной). Можно рассматривать как разновидность речевой ошибки.	И тут главный герой рассказа лопухнулся (правильно: совершил ошибку). Этот эпизод классный (интересный, запоминающийся).
Z	Нарушение абзацного членения текста	Текст неправильно поделен на микротемы или абзацы не выделены вообще.
Ф	Фактическая	Искажено содержание текста (при написании изложения, сочинения)	Дубровский познакомился с Машей, когда грабил Троекурова (как было на самом деле, я рассказывала ранее).
Л	Логическая	Ошибки в логическом построении текста (обычно они связаны с нарушением причинно-следственной связи). Сюда же относятся и синтаксические ошибки, приводящие к искажению смысла или двоякому его толкованию.	Дубровский был благородным разбойником, поэтому он решил не грабить Троекурова. (Дубровский был благородным разбойником, поэтому он, полюбив Машу Троекурову, решил не грабить ее отца.) Есть много произведений о любви в русской литературе. (В русской литературе есть много произведений о любви.)

Относительно того, какая пунктуационная или орфографическая ошибка допущена в письменной работе по русскому языку, у школьников и их родителей редко возникают сомнения. Все видно из поправок учителя. А вот в случае обнаружения в работе речевых, грамматических, логических и фактических ошибок возникают вопросы.

Федеральным институтом педагогических измерений (ФИПИ) были разработаны рекомендации для учителей-словесников, проверяющих контрольные работы школьников, по классификации ошибок, которые в этих работах встречаются. Таблицу-классификатор с примерами вы можете скачать по ссылке.

Ниже вы найдете краткую характеристику типичных ошибок, составленную на основе «Методических материалов для председателей и членов предметных комиссий субъектов Российской Федерации по проверке выполнения заданий с развернутым ответом экзаменационных работ ЕГЭ» и «Методических рекомендаций по подготовке к итоговому сочинению». Последний документ касается творческих работ (сочинений, изложений), которые учащиеся выполняют зимой для допуска к ЕГЭ.

Виды грамматических ошибок

Грамматические ошибки связаны с нарушением языковых норм. Они могут быть морфологическими (в образовании форм слова), словообразовательными, синтаксическими (в построении словосочетаний, предложений).

Виды грамматических ошибок

Номер ошибки	Характер грамматической ошибки	Примеры грамматических ошибок
1	Неправильное образование слова	Низкопоклонность, надсмехаться
2	Неправильное образование формы существительного	Мне нравятся многие торта.
3	Неправильное образование формы прилагательного	Красивше
4	Неправильное образование формы числительного	Он пошел за покупками всего с пятистами рублями.
5	Неправильное образование формы местоимения	Ихние таланты
6	Неправильное образование формы глагола (в том числе причастия, деепричастия)	Хочут, стекаемые вниз
7	Неверное согласование	Установили группу лиц, причастные к ограблению.
8	Неверное управление	Бабушка может сделать торт более вкусный.
9	Нарушение связи между главными членами предложения	Большинство стояли на своем.
10	Неправильный способ выражения сказуемого	Юноша был красивый и стройный.
11	Неверное построение предложения с однородными членами	Средство против тревоги и хорошего настроения
12	Неверное построение предложения с деепричастным оборотом	Думая о хорошем, тревога все равно не проходила.
13	Неверное построение предложения с причастным оборотом	Небо было усыпано сияющими звездами над головой.
14	Неправильное построение сложного предложения	Фильм заставил меня задуматься о смысле жизни, который я посмотрел вчера.
15	Смешение косвенной и прямой речи	Критик заметил, что я не вижу в этой картине ничего нового.
16	Неправильное членение предложения	После того как свет погас. Ничего страшного не произошло.
17	Смешение видовременных форм глаголов	Соловей замолкнет на мгновение, а потом запел вновь (или поет вновь).
18	Пропуск слова	Упростить процесс (чего?) нельзя.
19	Неправильное употребление частиц	Хорошо бы было, если бы мы слышали бы это произведение не в записи.

Существует несколько классификаций грамматических ошибок, из-за чего их номера могут различаться.

Виды речевых ошибок

Речевые ошибки характеризуются нарушением лексических норм, стилистики. К ним относятся: неуместное использование просторечной и диалектной лексики, жаргонизмов; не устраненная контекстом многозначность; путаница паронимов; неудачно подобранные синонимы, антонимы и омонимы; речевые штампы; тавтология; неправильное употребление идиоматических выражений.

Виды речевых ошибок

№ п/п	Характер речевой ошибки	Примеры речевых ошибок
1	Употребление слова в значении, которое ему не свойственно	Благодаря пожару семья осталась без жилья.
2	Неспособность различить оттенки смысла, которые вносят в слово приставки и суффиксы	В этом платье она эффективно выглядела. После объяснения отношение девушки к ее поклоннику не поменялось.
3	Неправильное использование синонимичных слов	В конечной главе автор раскрывает свое отношение к проблеме.
4	Неоправданное использование стилистически окрашенной лексики (жаргонизмов, канцеляризмов и т.п.)	По существу дела герой высказался во время встречи с возлюбленной в беседке.
5	Неоправданное употребление эмоционально-окрашенных слов и фразеологизмов.	Гоголь умел поднять людей на смех.
6	Неоправданное употребление просторечных выражений	Герой профукал все свое состояние.
7	Ошибки в лексической сочетаемости	Произведение имеет следующие художественные средства.
8	Речевая недостаточность (пропуск слова), речевая избыточность (лишние слова)	Привлечь читателей к поднятой проблеме. Очень прекрасные пейзажи.
9	Тавтология (употребление однокоренных слов в одном предложении или соседних)	В повести повествуется о жизни простого человека.
10	Неоправданное повторение слова	Книга мне понравилась. В книге рассказывается о любви. Книга написана живым языком.
11	Однообразие синтаксических конструкций	Когда юноша увидел девушку, то полюбил ее с первого взгляда. Когда герой встретил медведя, то не испугался.
12	Неудачное использование местоимений	Этот роман написал Пушкин. Он признан шедевром русской литературы.

Речевые ошибки (в отличие от грамматических) связаны не с построением языковых единиц, а с их использованием.

Виды логических ошибок

Логические ошибки связаны с неправильным построением монологического высказывания (текста сочинения, изложения). Они могут быть разными, начиная от нарушения причинно-следственных связей и заканчивая пропусками важных частей, отвлечением на другие темы.

Вот наиболее частые логические ошибки:

нарушена последовательность высказываний;
отсутствует связь между частями высказывания;
неоднократно повторяется уже изложенное суждение;
в микротему включена другая микротема;
части высказывания несоразмерны;
отсутствует необходимая часть высказывания (логический скачок);
нарушены причинно-следственные связи;
нарушена логико-композиционная структура текста;
имеется сопоставление несопоставимого.

Можно привести примеры логических ошибок в разных частях текста.

Неудачный зачин может характеризоваться тем, что первое предложение содержит отсылку на контекст, который перед вступлением, разумеется, отсутствует. Например, когда текст начинается словами: «В данном произведении…».

В основной части текста могут оказаться сближены в одном предложении разнородные понятия, например: Простакова издевалась над крепостными и вынуждена была заботиться о том, чтобы дать сыну достойное образование.

К логическим ошибкам в центральной части высказывания относится и неправильная последовательность предложений, когда, например, высказывается одна мысль, потом другая, потом осуществляется возврат к первой.

Нарушение причинно-следственных связей тоже наблюдается, чаще всего, в основной части текста.

Неудачной концовкой экзаменаторы сочтут вывод, продублированный в двух предложениях.

Виды фактических ошибок

Фактические ошибки связаны с искажением информации. Обычно эти ошибки встречаются при ссылке на произведения, которые школьник анализирует в своей творческой работе.

К фактическим ошибкам относятся:

искажение содержания произведения, в корне неверное его толкование, неудачно выбранный пример;
перефразирование цитаты, неточность в ней, приписывание высказывания другому автору;
приведение фактов, не соответствующих действительности (в том числе исторических);
искажение фамилий и имен писателей, героев, названий литературных произведений.

Фактические ошибки могут заключаться также в явном преувеличении или преуменьшении события или явления, на которое ссылается автор творческой работы.

Фактические ошибки не относятся к языковым ошибкам.

Этические ошибки

К неязыковым ошибкам относятся также этические. Они связаны с проявлением речевой агрессии. Она может быть не только прямой, характеризующейся использованием оскорбительной лексики, но и скрытой. В последнем случае она выражается некорректной критикой, безапелляционными выводами.

Важное замечание

В рамках школьной программы изучаются основные правила русского языка, но не все. Если ошибка допущена по правилу, которое учащиеся не проходили, она исправляется, но при оценивании работы не учитывается. Аналогичным образом учитель должен поступить с графическими ошибками (явными опечатками, описками). Подробнее о том, как оцениваются письменные работы по русскому языку, за какие ошибки снижается отметка и на сколько баллов, а какие оплошности не учитываются, мы поговорим подробнее чуть позже. Цель данной статьи заключалась в том, чтобы помочь вам разобраться, какие ошибки бывают в русском языке, к какому типу относятся те из них, которые учитель обнаружил в конкретной работе. Надеюсь, с поставленной перед собой задачей я справилась.

источники:

http://gramota.ru/biblio/research/rubric_370/rubric_388/

http://literaturus5.ru/oshibki-v-russkom-yazyke-vidy/

Источник

Логические
погрешности текста возникают по различным
причи-нам: это и нечеткость мышления, и
неоформленность темы, и про-стой
недосмотр, и неучет нежелательных
побочных ассоциаций и интерпретаций
[40. С. 294].

Логики
выделяют три причины логических ошибок:
1) пси-хические нарушения, 2) сокращенное
умозаключение и 3) плохое владе-ние
языком. Первые две причины порождают
ошибки в умозаключе-ниях, а третья —
ошибки в речи, ведущие к нарушениям
логики [4. С. 164]. А. Н. Беззубов делит
логические ошибки на два класса:

1)
ошибки собственно логические, ошибки
мышления, ошиб-ки плана содержания;

2)
ошибки речи, ошибки плана выражения,
вторичные логиче-ские ошибки [4. С. 165].

Такая
классификация, на наш взгляд, совершенно
оправдана. Первый тип ошибок связан с
нарушением четырех законов формальной
логики, о чем мы писали выше, второй тип
— с нарушением языковой, стилевой нормы.

А.
Н. Беззубов выделяет лексиче-ские и
синтаксические речевые ошибки. Лексические
ошибки он рассматривает в разде-ле
«Нормативно-языковые ошибки», отмечая,
что они возникают по двум причинам: или
из-за незнания значения сло-ва, или из-за
небрежного словоупотребления, но в
любом случае они создают некую логическую
неувязку, часто комического свойства: Он
облокотился спиной на холодную батарею (В.
Катаев). Облокотиться можно только
локтем, а спиной прислониться. Этот
пример А. Н. Беззубов приводит как
типичный случай сме-шения словосочетаний,
относя его к ошибкам по небрежности, по
невнимательности, а не по незнанию.

Исследователь
замечает, что небрежность, приблизительность
словоупотребления — час-тое явление в
газете, которое распространяется и на
газетную метафору. Он упоминает старый
термин — «ломаная
метафора»,
— обо-значающий логическую несочетаемость
двух метафор: Пусть
акулы империализма не протягивают к
нам свои лапы (Из
газет 20-х годов).

К
логическим дефектам речи А. Н. Беззубов
относит и речевые излишества на
основе плеоназма,
многие из которых выглядят достаточно
безобидно: самый
лучший, толпа людей, сжатый кулак, идти
пешком, в общем и целом и
т. д. Они стали штампами, и не так-то
просто доказать иному автору необходимость
редактирования таких словосочетаний.
Однако возможен и комический эф-фект,
понятный любому: Он
был в берете, напяленном на правое ухо
головы(газета), Приемный
пункт по приему стеклотары (вывеска).

По
мнению А. Н. Беззубова, особый тип
плеоназма связан с неточным знанием
значения иноязычного слова. Это уже
несомненные ошибки — и грубые: своя
автобиография (авто и
есть своя), памятный
сувенир (сувенир — подарок
на память), период
времени (период —
промежуток времени), прейску-рант
цен (прейскурант —
текущая цена)
и т. п. Отмечает автор и «узаконенные
ошибки», вошедшие в употребление и не
рассматриваемые сегодня как ошибки: пойти
ва-банк от
французского va banque — идет
банк (из
речи картежников).

Самой
грубой лексической логической ошиб-кой,
по мнению А. Н. Беззубова, является так
называемый логический
скачок.
Вот пример из литературоведческой
статьи: Сложный
и оригинальный внутренний облик Катерины
нашел свое отражение в ее языке, самом
ярком среди всех действующих
лиц «Грозы». Язык
оказался среди действующих лиц: автор
соединил понятия из разных логических
рядов, это и есть логиче-ский скачок.

Разновидностью
логического скачка считает А. Н. Беззубов
и неправиль-ное употребление конструкций
с предлогами «кроме», «наряду», «вместе»,
«помимо» и подобными. Например: (брачное
объявление в германской газете
(перевод)):Ищу
мужа. Я еще молода. Рост высокий, талия
тон-кая. В хозяйстве, кроме того, имеется
трактор.

Отмечает
исследователь и ошибку, которую предлагает
назвать повествовательным
алогизмом.
Чаще всего это связано с тем, что
повествователь (писатель или журналист)
отличается такой небрежностью, что не
помнит, что он написал в предыдущей
фразе. В
лесу было тихо. Рядом пела звонким
голосом лирическую песню, перелетая с
дерева на дерево, иволга. Где-то далеко
куковала невидимая кукушка (Газета).
Не очень-то тихо было в лесу.

Одним
из частных случаев логических ошибок
можно считать амфиболию. Амфиболия (от
греч. ?мцйвплЯб — двусмысленность,
неясность) — двойственность или
двусмысленность, получающаяся от того
или иного расположения слов или от
употребления их в различных смыслах,
смешение понятий.

Классический
пример амфиболии — фраза «Казнить нельзя
помиловать», где смысл меняется в
зависимости от места паузы после или
перед словом «нельзя». Многочисленные
примеры амфиболий дают греческие легенды
об оракулах. Амфиболия может возникнуть
при таком построении предложения, когда
подлежащее в именительном падеже трудно
отличить от прямого дополнения в
винительном падеже.

Вид ошибки	Ошибочное употребление:
1.Утверждение взаимоисключающих понятий	Всем особенно понравился дуэт баянистов Манюгина, Кузьмина, Торопова.
2.Смешение плана изложения	В семье Татьяну Ларину не понимали. Она часто сидела у окна.
3.Смешение логически неоднородных понятий	Кругом, кроме трупов, ни живой души.
4.Неверное установление причинных связей	Отсутствие спортивных площадок приводит к тому, что некоторые подростки портят стены
5.Неправильный выбор средств связи — между частями высказывания — между высказываниями	Сейчас в Москве 14-16 градусов, а в Санкт-Петербурге тоже 14-16; Человечеству удастся избежать ядерной войны. Но защита природы, помощь малоразвитым государствам все же необходима.

Мы
считаем, что примеры, показанные в
таблице, можно классифицировать как
первичные логические ошибки:

1.
Закон противоречия — дуэт баянистов,
но перечисляется три
фамилии.
Тогда трио баянистов;

2.
Закон тождества — Татьяну Ларину не
понимали, поэтому она сидела у окна?;

3.
Языковая, стилевая ошибка, т.е. «ломаная
метафора» — трупы не живые души;

4.
Закон достаточного основания — почему
из-за отсутствия спортивных площадок
подростки портят стены?;

5.
Закон достаточного основания предлог а в
первом примере и предлог но во
втором примере не делает выводов.

Логичность
как общее коммуникативное качество
свойственно текстам любых функциональных
стилей. Но проявляется это речевое
качество весьма

специфично
— в зависимости от конкретных условий
коммуникации. Требования, предъявляемые
речи со стороны ее логичности, особенно
высоки в научном стиле, однако и при
создании текстов публицистического
стиля, призванных выполнять информирующую
и воздействующую функции, необходимо
строго соблюдать законы логики. В
противном случае задачи журналиста
будут не выполнены.

В
следующей главе мы рассмотрим логические
ошибки, мешающие восприятию текста,
обнаруженные нами при анализе районных
газет.

22.
Классификация логических ошибок

Логические
ошибки (Л) –
связаны с нарушением логической
правильности речи. Они возникают в
результате нарушения законов логики,
допущенного как в пределах одного
предложения, суждения, так и на уровне
целого текста.

№	Вид ошибки	Примеры
Л1	Сопоставление (противопоставление) двух логически неоднородных (различных по объему и по содержанию) понятий в предложении, тексте	На уроке присутствовали директор, библиотекарь, а также Анна Петровна Иванова и Зоя Ивановна Петрова;Он облокотился спиной на батарею; За хорошую учебу и воспитание детей родители обучающихся получили благодарственные письма от администрации школы.
Л2	Нарушение причинно-следственных отношений	В последние годы очень много сделано для модернизации образования, однако педагоги работают по-старому, так как вопросы модернизации образования решаются слабо.
Л3	Пропуск звена в объяснении, «логический скачок».	Людской поток через наш двор перекрыть вряд ли возможно. [?] А как хочется, чтобы двор был украшением и школы, и поселка.
Л4	Перестановка частей текста (если она не обусловлена заданием к сочинению или изложению)	Пора вернуть этому слову его истинный смысл! Честь… Но как это сделать?
Л5	Неоправданная подмена лица, от которого ведется повествование (например, сначала от первого, затем от третьего лица)	Автор пишет о природе, описывает природу севера, вижу снега и просторы снежных равнин.
Л6	Сопоставление логически несопоставимых понятий	Синтаксис энциклопедических статей отличен от других научных статей.
Композиционно-текстовые ошибки
Л7	Неудачный зачин	Текст начинается предложением, содержащим указание на предыдущий контекст, который в самом тексте отсутствует, наличием указательных словоформ в первом предложении, например: В этом тексте автор…
Л8	Ошибки в основной части	а). Сближение относительно далеких мыслей в одном предложении. б). Отсутствие последовательности в изложении; бессвязность и нарушение порядка предложений. в). Использование разнотипных по структуре предложений, ведущее к затруднению понимания смысла.
Л9	Неудачная концовка	Дублирование вывода, неоправданное повторение высказанной ранее мысли.

Работа
редактора над фактическим материалом:
определение поняия факт в редактировании;
основные функции фактов; оценка
значимости фактов.

Факт –
предмет журналистского исследования.
Теоретики журналистики рассматривают
факт с позиций теории познания как
фрагмент действительности и метафорически,
наблюдая, как осваивается в процессе
журналистского творчества его отвлечённое
значение, как происходит его типизация,
даётся образная трактовка. Для
журналиста факт всегда соотнесён с
суждением о событии, служащим
утверждению истинности или ложности
определённых положений, выяснению
связей и отношений между явлениями,
между предметом и его свойствами.¹

Фактический
материал может быть привлечён журналистом
как собственно
информация, как аргумент в процессе
логического доказательства и основание
для общих утверждений и, наконец, как
иллюстрация, дополняющая то или иное
наблюдение. Приёмы
изложения всегда обусловлены
функциональным назначением фактического
материала.

Любая
неясность в журналистском тексте
неприемлема. Поэтому так важна
правильность передачи информации,
сквозная оценка и точная разработка
фактического материала. Наблюдения
над газетной практикой убеждают в том,
насколько важна для автора помощь
редактора.

Уместно
напомнить, что именно «горячий» материал,
когда времени на детальную выверку
сведений нет, требует от редактора
профессионального навыка выделить
из текста фактический материал, подлежащий
проверке, и сделать это быстро и
чётко. Профессиональное контролирующее
мышление редактора должно быть нацелено
на соотнесение данных внутри текста
и оценку их достоверности. Если бы это
требование было выполнено, вряд ли бы
мы прочитали в одной и той же заметке:
«несколько вагонов, в том числе цистерна»,
а чуть ниже: «четыре вагона и три
цистерны».

Не
менее важно для контролирующего мышления
редактора умение конкретно представить,
как происходили события, о которых
говорится в тексте.

Не
была достигнута при редактировании и
терминологическая точность, необходимая
в информационном материале.

Работая
над материалами публицистики, редактор
должен представлять сложность
диалектических отношений между мыслью
и фактом в журналистском творчестве,
когда непосредственный контакт с
действительностью стимулирует развитие
мысли, а сформировавшееся суждение
предопределяет отбор фактов и разработку
деталей и фактический материал входит
в текст как элемент логического
построения, основание для вывода.

Еще
В.Г. Белинский говорил, что не нужно
выдумывать факты, стоит только обратить
внимание преимущественно на те факты,
которые подтверждают заранее составленное
мнение, закрывая глаза на те, что
противоречат этому мнению. Факты можно
искажать и не выдумывая лжи. Предпринимая
расследование, журналист не претендует
на бесспорность своих выводов, но он
всегда привлекает внимание к найденным
им фактам, к судьбам людей, их поступкам
и отношениям между ними. Форма, в которую
суждения журналиста облечены, приёмы,
к которым он прибегает, конструируя эти
суждения, должны быть оценены редактором
не только с узкопрофессиональных, но и
с более широких, этических, позиций.

Насколько
тесно связаны в журналистском творчестве
проблемы литературного мастерства
и этики при обработке фактического
материала – убеждают многие публикации.

Фактический
материал в функции иллюстрации –
относительно свободный элемент
текста. Его включение в текст не
обусловлено требованиями логической
конструкции. Он дополняет, уточняет
смысловую основу материала, часто
рассчитан на эмоциональное воздействие,
пробуждение читательского интереса. И
тем не менее связь фактов-иллюстраций
с содержанием текста должна быть для
читателя очевидной. «Описательство»
как явление не характерно для публицистики
наших дней, тем не менее очерк, подобный
тому, отрывок из неотредактированного
варианта которого мы приводим ниже,
может встретиться редактору и сегодня.

Проверка
фактического материала

Традиционное
суждение по поводу обязанностей редактора
состоит в том, что он должен устранить
фактические ошибки, однако эта
очевидная и элементарная, на первый
взгляд, задача часто вынуждает его
провести самостоятельное исследование,
которое заставляет мысленно повторить
весь путь автора в его работе над фактом.
Ответственность редактора за точность
и достоверность публикуемого
фактического материала не вызывает
сомнений. Редакционная практика даёт
нам много примеров того, как остро
реагирует читатель на любую фактическую
неточность.

Известно,
например, как ревниво относятся люди к
рассказу о своей профессии, и если
журналист проявит здесь малейшую
неосведомлённость, это воспринимается
как неуважение к ней.

Для
редактора не существует неточностей
больших и малых, ошибок значительных и
незначительных. Все неточности и ошибки
надо вовремя заметить и устранить. И
пусть иногда ошибка кажется совсем
безобидной, не угрожает смыслу, но
читатель всегда проверит нас. Малейшая
небрежность в передаче факта создаст
психологическую предпосылку для сомнения
в истинности суждений автора. Даже
опытный и творчески работающий редактор
не может сравняться по эрудиции с автором
– специалистом в своей области. Тем
большее значение для редактора
приобретает методика профессиональной
работы с фактическим материалом: умение
быстро и точно найти нужную справку,
проверить правильность данных, знание
широкого круга справочных пособий,
навык ориентироваться в них, владение
приёмами анализа текста.

Пособия
по методике редактирования рекомендуют три
вида проверки фактического материала:
внутреннюю проверку, сличение с
авторитетным источником, официальное
подтверждение.

Методика
внутренней проверки основывается на
соотнесении фактического материала в
пределах редактируемого текста и его
конкретизации. Для выбора авторитетного
источника существуют специальные
правила. Так, при работе с опубликованными
данными фактический материал проверяют
только по изданиям, из которых он
заимствован. Источников косвенных
следует избегать. При необходимости
обратиться к справочным пособиям
предпочитают издание, последнее по
времени. Энциклопедии представляют
систематизированную информацию по всем
отраслям знания. Отраслевые пособия –
отраслевые энциклопедии, справочники
по специальностям, справочно-информационные
издания, официальные материалы –
содержат сведения по одной отрасли
знания и практической деятельности.

В
том случае, когда ни сличение с авторитетным
источником, ни внутренняя проверка не
дают возможности убедиться в достоверности
и точности фактического материала,
прибегают к консультации авторитетных
специальных учреждений. Их официальное
подтверждение – достаточное основание
для публикации оригинального фактического
материала.

Приёмы
поверки и обработки различных типов
фактического материала.

Что
вообще должно быть в ответе: РАБОТА
РЕДАКТОРА С ФАКТИЧЕСКИМ МАТЕРИАЛОМ
ТЕКСТА, ПРИЕМЫ ПРОВЕРКИ И ОБРАБОТКИ
(ТОЧНОСТЬ НОМИНАЦИИ, ИСТОРИЧЕСКИХ И
БЫТОВЫХ ФАКТОВ, СИТУАЦИЙ СОВРЕМЕННОЙ
ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ; ПРАВИЛЬНОСТЬ ЦИФР,
ССЫЛОК И ЦИТАТ). Техника сверки цитат с
первоисточником. Оформление ссылок на
источники. Принципы единообразия и
написания имен, фамилий, дат, географических
названия, наименования и терминов.

Что
ещё есть в книге. Факт – предмет
журналистского исследования. Теоретики
журналистики рассматривают факт с
позиций теории познания как фрагмент
действительности и метафорически,
наблюдая, как осваивается в процессе
журналистского творчества его отвлечённое
значение, как происходит его типизация,
даётся образная трактовка. Для журналиста
факт всегда соотнесён с суждением о
событии, служащим утверждению
истинности или ложности определённых
положений, выяснению связей и отношений
между явлениями, между предметом и его
свойствами.1

Теория
редактирования предлагает свою трактовку
этой важнейшей для журналистского
творчества проблемы, исследуя то, как
факт воплощён в тексте литературного
произведения, как он передан средствами
языка. Понятие фактический материал,
которое принято в редактировании,
охватывает все опорные для текста
элементы, передающие смысл и предметные
отношения.2 При правке текста они не
должны подвергнуться изменениям или
выпасть. Фактический материал может
быть привлечён журналистом как собственно
информация, как аргумент в процессе
логического доказательства и основание
для общих утверждений и, наконец, как
иллюстрация, дополняющая то или иное
наблюдение. Любая неясность в журналистском
тексте неприемлема. Поэтому так важна
правильность передачи информации,
сквозная оценка и точная разработка
фактического материала. Что в подобной
ситуации зависело от литературного
редактора? Ведь на месте событий он не
был, оснований заведомо не верить
корреспонденту у него нет. И всё же
уместно напомнить, что именно «горячий»
материал, когда времени на детальную
выверку сведений нет, требует от редактора
профессионального навыка выделить из
текста фактический материал, подлежащий
проверке, и сделать это быстро и
чётко. Профессиональное контролирующее
мышление редактора должно быть нацелено
на соотнесение данных внутри текста и
оценку их достоверности. Не менее важно
для контролирующего мышления редактора
умение конкретно представить, как
происходили события, о которых говорится
в тексте. Редактор должен предусмотреть
и возможность субъективной трактовки
читателем фактов, представленных
автором, следить за тем, чтобы картина
действительности не была разрушена, а
смысловые связи не были искажены. Пусть
ситуация подана журналистом как
случайная, прогнозировать, как она может
быть истолкована читателем, необходимо

Пособия
по методике редактирования рекомендуют
три вида проверки фактического
материала: внутреннюю
проверку, сличение с авторитетным
источником, официальное подтверждение.

Методика
работы редактора над текстом не
безразлична к тому, что представляет
собой фактический материал: имена и
фамилии людей, географические наименования,
факты истории, реалии действительности,
цитаты, цифры, даты.

Оценка
элементов номинации. Причиной ошибок
номинации может послужить недостаточная
осведомлённость автора, неадекватность
действительности его представлений,
бедность языка, техническая неточность
воспроизведения текста. Требование
точности номинации в первую очередь
определяет работу редактора над именами
собственными, терминами и в широком
смысле охватывает оценку точности
словоупотребления в целом.

Факты
истории. Прошлое и настоящее всегда
взаимосвязаны, и дело публициста –
сделать эту связь зримой для современников.
Публикации, сообщающие факты истории,
могут послужить примером того, как важна
помощь редактора при оценке точности
фактического материала, приёмов его
разработки и включения в текст. Неумелое
его использование разрушает конструкцию
текста, препятствует точной передаче
последовательности событий, перегружает
текст сведениями, не делающими суждения
автора более убедительными.

Оценка
ситуаций современной действительности.
Основа журналистского выступления –
это, прежде всего, факты действительности,
события современности, разнообразие и
характер которых предусмотреть заранее
невозможно, а сверить часто не с чем. Да
и всё ли надо проверять? Точнее, всё ли
может проверить редактор? По всей
вероятности, нет. Ведь если допустить,
что сведения, не проверенные нами, не
могут быть сообщены читателю, огромное
количество материалов никогда не попало
бы в печать, приток информации значительно
бы сократился. И тем большая ответственность
ложится на редактора: он должен определить,
какую смысловую нагрузку несут факты.

Умение
оценить, правильно осмыслить явления
и события редактору необходимо в не
меньшей мере, чем автору, но объектом
редакторской оценки является не только
сам факт действительности, но и то, как
эта действительность автором изображена.
Поэтому редакторский анализ фактического
материала идёт всегда в двух направлениях.
Определяя, насколько точен был автор,
строя фактическую основу материала,
редактор своим опытом, профессиональными
знаниями, своим восприятием первого
читателя проверяет автора. Рассматривая
роль факта в общей структуре журналистского
выступления как литературного
произведения, редактор судит о способах
разработки и подачи фактического
материала, он оценивает приёмы и
литературное мастерство автора. Оставляя
за автором право сообщить свои наблюдения,
редактор разделяет с ним ответственность
за те выводы, которые предлагаются
читателю. Новизна сообщения, быстрота
редакции не снимают ни с автора, ни с
редактора ответственность за серьёзность
каждого сообщения. Оно должно
соответствовать современному уровню
знаний о предмете. Оперативность не
может служить оправданием при появлении
на страницах газеты сенсаций, способных
ввести читателя в заблуждение.

В
небрежно отредактированном материале
факты нередко предстают перед читателем
в искажённом виде, логические связи
нарушены, выводы автора необоснованы.

Вправе
ли журналист домысливать факты, писать
о том, что могло бы произойти, но чего в
действительности не было? В какой степени
в своём стремлении найти в единичном
отражение всеобщего журналист может
реконструировать действительность? И
если домысел возможен, каковы его
границы?

На
эти вопросы обычно отвечают так: если
журналист говорит о конкретных ситуациях,
называет имена и фамилии реальных людей,
домысел недопустим, если в публикации
представлены лишь обобщённые,
«безадресные» суждения, – домысел
ситуаций и эпизодов не противопоказан.

Цифры
в тексте. Цифра – символ иной, чем слово,
знаковой системы. Как обозначению числа
ей изначально присуща точность, обобщение,
концентрированность информации. Этот
сложный для редактирования материал
требует особого внимания редактора.
Начать следует с того, чтобы убедиться,
легко ли прочитать текст вслух. Так,
заголовок «1 100 000 000-й гражданин» наверняка
представит трудности для многих
читателей. Конструктивные возможности
имён числительных, которыми в языке
передаются значения количества, в
некоторых случаях оказываются
ограниченными, и мы неизбежно сталкиваемся
с трудностями словообразования. Многие
порядковые числительные, числительные
в составе сложных слов, сочетания
числительного со словами, употребляющимися
только в форме множественного числа, –
далеко не полный перечень таких
затруднений (22 сутки экспедиция провела
в горах.., …вчера в очередь записался
36 124 человек). Мы встречаем словообразование
«71-летний старик», но никто не скажет:
«однолетний ребёнок», «однолетний
отпуск».

Издательская
практика выработала специальные
рекомендации для обозначения чисел в
тексте.4 Числа от 1 до 9 включительно
принято обозначать словом, когда они
не имеют при себе единиц измерения и
стоят в косвенном падеже. Это необходимо,
чтобы избежать остановки при прочтении
цифры, которая воспринимается первоначально
всегда в форме именительного падежа.
(Сравните: с четырьмя книгами – с 4
книгами; у пяти студентов – у 5 студентов).
Словом обозначаются числа при стечении
нескольких цифровых обозначений
(семнадцать 19-летних военнослужащих
оказались на больничных койках), но
лучшим вариантом в этом случае будет
изменение фразы, позволяющее избежать
стечения количественных понятий. Словом
обозначают количественное числительное,
когда им начато предложение. В противном
случае границы между предложениями
стираются. Цифрой принято обозначать
однозначные числа, когда они находятся
в одном ряду с многозначными, а также
когда они имеют при себе единицы
измерения. Цифровая форма предпочтительна
для многозначных чисел. Она более
отчётлива и лучше воспринимается.

Выбор
между цифровой и различными вариантами
словесной формы для обозначения
количества зачастую приобретает для
редактора принципиальное значение.
Перед ним может встать вопрос, что
предпочесть: «25%», «одна четвёртая
часть»; «четверть» или конкретное
обозначение количества цифрой, например:
«Общая протяжённость топливных артерий
достигает в республике более шести
тысяч километров. К концу нынешнего
года она увеличится на четверть». Был
ли прав редактор, когда обозначил
количество существительным «четверть»?
Очевидно, текст выиграл в выразительности,
но проиграл в точности (сравните:
«протяжённость … увеличится на 1500 км»).
Выбор между цифрой и словом каждый раз
должен быть мотивирован.

Включение
цифр в текст – одно из наиболее
рациональных средств сообщения информации
и действенное средство убеждения.
Печатая сводки, экономические обозрения,
материалы изучения общественного
мнения, предоставляя слово экономистам,
статистикам, социологам, политикам,
специалистам промышленности и сельского
хозяйства, журналист разговаривает с
читателем языком цифр.

Цифра
всегда останавливает на себе внимание.
Строго определённое её значение как
знака математического предопределяет
первое и главное требование редактора
к этому виду фактического материала.
Цифра в тексте должна быть точна
независимо от того, какую функцию –
информации, аргумента или иллюстрации
– она выполняет. Редактору важно знать
основные критерии выбора необходимых
и выразительных цифр, способы аналитической
их обработки и специфические приёмы
редакторской оценки и обработки
статистического материала, полезно
выработать навык соотнесения числовых
значений, владеть методикой построения
системных рядов, знать правила округления
величин, уметь проверить вычисления.

Включённая
в словесный текст, цифра входит в систему
существующих в нём смысловых связей,
её надо уметь вписать в него. Цифра,
неумело включённая в текст, создает
лишь иллюзию точной информации. Редактор
не только оценивает реальное значение
каждой цифры, но и соотносит его со
значением других элементов текста: дата
должна быть не только проверена, но и
соотнесена с обозначением события и
отдельных реалий, числа осознаны в ряду
определённых закономерностей. Это
поможет избежать досадных ошибок и
неточностей, которые всегда вызывают
резкую и справедливую реакцию читателей.
Обилие цифр и дат никогда не идёт на
пользу газетной публикации. Перегружать
ими текст нельзя, необходимость каждой
должна быть очевидна. И, наконец, приём
конкретизации цифры, очень важный для
работы над публицистическим материалом.
Он заключается в том, чтобы, пусть в
общих чертах, представить реальное
значение цифры. Затруднения неизбежно
возникнут, если цифра включена в текст
необдуманно, механически перенесена в
него из статистического отчёта.
Попробуйте, например, конкретизировать
цифру, входящую в количественно-именное
сочетание 20,5 коровы! («На сто гектаров
угодий хозяйство имеет 54 головы крупного
рогатого скота, в том числе 20,5 коровы»).
Эта цифра нелепо выглядит на газетной
полосе в журналистской публикации.
Правда, Глеб Успенский один из своих
очерков назвал «Четверть лошади», но
если в очерке Успенского число – образ,
в приведённом нами отрывке – это
результат небрежной обработки редактором
статистического материала.

Обработка
таблиц. Таблица – форма обобщения
фактического (главным образом,
статистического) материала, традиционная
для экономики, статистики, точных наук.
Благодаря приёмам группировки по общим
признакам, показатели таблицы выглядят
рельефно, их легко сравнивать, достигается
возможность наглядно представить
операции с данными. Они располагаются
в таблице по вертикальным колонкам —
графам, снабжённым заголовками и
отделённым друг от друга вертикальными
линейками (при публикации в газете
вертикальные линейки часто опускают).
Основные части таблицы: тематический
заголовок, головка, боковик, прографка.
Если таблиц несколько, они могут иметь
также нумерационный заголовок.

При
воспроизведении текста высокой печатью
газеты редко публиковали таблицы,
требовавшие по условиям технологического
процесса ручного набора. Современная
полиграфическая техника расширила
возможности графического оформления
фактического материала. Таблицы стали
часто появляться на газетной полосе.

Таблицы
различаются по своим целям. Справочные
— это так называемые рабочие таблицы
или таблицы сведений. Газеты регулярно
печатают таблицы курса валют, результатов
и дат спортивных состязаний, таблицы
выигрышей. Задача редактора в этом
случае – проверить правильность данных
и облегчить читателю пользование
таблицей: сведения должны быть расположены
в определённом порядке, например, по
алфавиту, во временной последовательности,
в порядке возрастания или убывания
величин.

Аналитические
таблицы – итог счётной и статистической
работы. Такая таблица сводит воедино
данные по нескольким объектам наблюдений,
фиксирует результат классификации
данных, их группировки, подсчётов,
вычислений, выявляет и делает очевидными
связи между явлениями. Для журналиста
включение в текст аналитической таблицы
– экономный и выразительный способ
представить сложный фактический
материал.

Эти
данные показательны для читателей
журнала, представляют они интерес и для
специалистов – историков печати и
социологов, но построение таблицы нельзя
назвать удачным. Если рассматривать её
только как справочную, найти нужные
сведения удастся не сразу: названия
изданий расположены беспорядочно. Никак
не помогает таблица и анализу ситуации,
несмотря на то, что работа, необходимая
для этого, была проведена: в таблицу
включены не только абсолютные цифровые
значения (количество подписчиков за
два года), но и процентное отношение
этих данных. Читателю трудно зрительно
сопоставить цифры. Наиболее красноречивые
данные теряются в ряду менее показательных.
Ни расположением их, ни средствами
графики отношения меньше – больше не
выявлены. Нарушено и важнейшее для
всякой аналитической таблицы требование
сопоставимости величин. Объединять в
одной графе сведения об изданиях разных
типов – газетах и журналах, среди которых
даже один толстый литературно-художественный
журнал, неправомерно. О небрежности
оформления таблицы свидетельствуют
пустая графа в головке таблицы,
формулировка её тематического заголовка,
оформление размерности показателей.

Перестроенная
таблица выявляет тенденции, которые
нашли своё развитие в дальнейшем. Через
год, комментируя предварительные данные
о подписке уже на 1991 г., еженедельник
АиФ констатировал не только всеобщее
снижение тиражей, причиной которого
послужило повышение цен на газеты и
журналы, но и то, что многих читателей
перестало удовлетворять качество
информации, её направленность, оценка
событий и фактов. Подписка на центральные
издания сократилась, перестали практически
пользоваться спросом многие партийные
коммунистические газеты и журналы –
все эти процессы способны отразить
цифры, сведённые в таблицу.

Обычно,
обращаясь к таблицам, журналист имеет
дело с фактами, уже обработанными
специалистом и сгруппированными
определённым образом. Такие таблицы
подробны, содержат много данных,
группировка которых продиктована
специальными задачами. Для журналиста
– это лишь исходный материал, но тем не
менее надо уметь прочитать любую, даже
самую сложную, таблицу, сопоставляя
данные друг с другом, выявляя логические
связи между величинами, понять принцип
их группировки. Это необходимо, чтобы
помочь автору упростить таблицу,
освободить её от лишних данных и правильно
оформить. Редактор проверяет достоверность,
существенность, сопоставимость
показателей, точность формулировок,
оценивает построение и оформление
таблицы, судит о том, насколько наглядно
представлены в ней данные и связи между
ними.9

В
основе логической структуры таблицы
лежит суждение. Её цель – выявить
логические связи между его субъектом
и предикатом, между величинами и их
характеристикой. Если данных в таблице
немного и она проста по построению, в
газете её включают в текст после двоеточия
в виде вывода (без линеек). В других
случаях таблица сохраняет свою
традиционную форму, но никогда в
журналистском материале основной текст
не должен повторять таблицу, он лишь
комментирует её, формулирует выводы,
следующие из данных, которые в этом
случае играют роль аргументов.

Чтобы
проверить содержание таблицы, рекомендуется
провести выборочную проверку величин,
оценить авторитетность источника, из
которого заимствованы данные, убедиться
в строгости следования избранному
принципу группировки данных. Важно,
чтобы общие признаки, на основании
которых ведётся группировка, были
найдены правильно. Следует проверить,
сопоставимы ли данные по существу и по
их количественному значению, специально
обращая внимание на единицы измерения
и их написание, на то, сопоставимы ли
отрезки времени, в течение которых
велось наблюдение.

Таблица
должна наглядно проявить для читателя
взаимозависимость величин. Полезно
знать, что сравнивать их легче, когда
они расположены по вертикали, причём
напомним, как важно точно расположить
цифры – разряд под разрядом. Простой,
но эффективный способ выявить взаимосвязь
величин, стоящих в боковике, – система
отступов. В таблице не должно быть
повторов, пустых граф – они свидетельствуют
о непродуманности построения таблицы:
комбинация вертикальных граф и
горизонтальных строк наглядно проявляет
смысл суждений. В таблице не должно быть
лишних граф и строк (например, графы «№
по порядку»), нумерации граф, строк,
содержащих итоги вычислений («Всего…»,
«Итого…») Примечания должны быть
вынесены вниз таблицы отдельной строкой.

Сложный,
содержащий большое количество данных,
табличный материал, оформленный как
вывод, воспринимается с трудом. Если по
техническим причинам вертикальные
линейки поставить нельзя, пробелы между
графами следует увеличить. Теряет в
наглядности таблица, завёрстанная в
газете с переходом на другую полосу,
трудно прочитать головку таблицы, когда
строки в ней расположены по вертикали.

Даже
при публикации официальных статистических
данных, уже представленных в исходных
материалах в виде таблиц, в которых
редактор не вправе что-либо изменить
по существу, необходимо обработать
их с учётом особенностей восприятия
читателем газетного текста, требований
наглядности и технических возможностей
газетной вёрстки.

Работа
с литературными цитатами. Для журналиста
обращение к цитатам – экономный и
убедительный приём, позволяющий
представить читателю факты, обобщить
их, подтвердить своё мнение ссылкой на
авторитетный источник. В публицистическом
тексте это средство не только убеждения,
но и эмоционального воздействия. Как
один из видов фактического материала,
цитаты должны удовлетворять предъявляемым
к нему общим требованиям, на первом
месте среди которых стоит требование
точности. Цитата – по известному
определению – дословно приведённая
выдержка из текста. Требование точности
воспроизведения цитаты охватывает не
только слова, но и знаки препинания,
шрифтовое оформление.10 Это в равной
мере относится к выдержке из официального
документа, несущей читателю содержательную
информацию, и к эмоционально насыщенной
цитате из художественного произведения.
В газете не принято давать подробные
ссылки на источник цитаты, читатель
принимает её на веру, и редактор полностью
ответственен за то, чтобы в тексте не
было искажений. Поэтому он обязан
тщательно выверить цитату, не передоверяя
это техническим работникам.

Известно,
что автор иногда цитирует по памяти.
Редактор не должен позволять себе этого.
Авторитет публикации может подорвать
даже незначительная ошибка. Если она
пройдёт незамеченной, текст может
быть истолкован неверно. Даже признанный
в своей области специалист не застрахован
от ошибок при цитировании по памяти.

Точность
цитирования трактуется редактированием
широко. Она предусматривает оценку
цитаты по существу, правомерность её
выбора, оценку приёмов, которыми она
введена в текст. Редактор должен уточнить,
из какого источника цитата извлечена,
кем, когда, в связи с какими обстоятельствами
создан цитируемый текст. Это особенно
существенно потому, что объём журналистского
материала невелик и не допускает
включения большого количества пространных
цитат. Отбор их должен быть обоснованным,
а обработка текста цитаты, которую нет
возможности привести полностью, требует
особой тщательности: каждый пропуск в
цитате следует обозначить, сокращения
не должны исказить смысл. Чтобы решить,
допустимо ли сокращение, предложенное
автором, редактор должен восстановить
текст цитаты, и только после этого,
сравнив полный и сокращённый варианты,
он определяет, допустимы ли сделанные
автором купюры. Особого внимания требуют
цитаты из художественной литературы.
Если эти цитаты удачно найдены и точно
вписаны в текст журналистского материала,
они способны обогатить его, открыть для
читателя новые стороны явления.

Цитата
может быть представлена одним или
несколькими предложениями, частью
предложения, даже одним словом. Но во
всех случаях это «чужой» фрагмент в
структуре текста. Войдя в него, став его
частью, цитата продолжает сохранять
содержательные и экспрессивные качества,
которые были присущи ей в тексте,
послужившем источником цитирования.
Так возникает своеобразная перекличка
двух литературных произведений, их
внутренних миров, открывающая широкие
возможности для образного освоения
публицистом действительности. И в то
же время двойственная природа цитаты
может послужить причиной досадных
редакторских просчётов.

В
публицистическом тексте цитатам
отводится особая роль, возрастает
значение комментария, содержащего
авторскую оценку цитаты. Между цитатой
и комментарием возникают своеобразные
типы связи. Опытный редактор знает, как
важен в этом случае выбор приёмов
комментирования и как серьезны могут
быть последствия любой небрежности при
обработке такого текста.

Только
точный и глубокий комментарий может
сообщить современное звучание цитатам
из классической литературы, к которым
часто обращаются журналисты. Достичь
этого, включая ту или иную цитату в текст
просто как подходящую к случаю, невозможно.
Ни привлекательность цитируемых строк,
ни доверительный тон комментария не
помогут скрыть поверхностность
рассуждений журналиста.

Острым
публицистическим выступлениям свойственна
полемичность, активное отношение к
своему материалу. Особенности
комментирования цитат зачастую
определяются противопоставлением
двух позиций – автора и его оппонента.
Цитаты представляют в этом случае
суждения оппонента, комментарий содержит
авторскую оценку этих суждений. Он может
предшествовать цитате или идти после
неё, может быть введён внутрь цитаты,
но никогда не должен сводиться к её
пересказу. В нём может быть дана оценка
содержания цитаты, её литературной
формы, уточнены смысловые акценты,
выявлены намерения автора. Цитата –
материал исследования публициста,
комментарий – инструмент этого
исследования. Приспосабливать цитату
к комментарию, разрывая её – приём
недобросовестный. Так называемый
«монтажный метод», когда взятые в кавычки
части цитаты включаются в авторский
текст, сливаясь с ним, создаёт лишь
видимость достоверного цитирования.
Целостность цитаты разрушается, исчезают
границы между мыслями автора и его
оппонента, и оппонент лишается слова.
Вырвав из текста одну фразу, нельзя
спешить со своими выводами и обобщениями,
на которые приведённая цитата права не
даёт. Распространённым явлением в
литературной практике журналистов
стало включение в текст так называемых
«раскавыченных цитат» – графически не
выделенных фрагментов текста литературных
произведений. Особенно часто к этому
приёму прибегают в заголовках. Точность
цитирования при этом не преследуется.
Цитату «приспосабливают» к новому
контексту, изменения при этом могут
быть значительными: сокращения, при
которых выпадают даже существенные для
мысли автора части, изменения и замена
слов. Лингвисты склонны рассматривать
цитирование без кавычек в ряду явлений,
характерных для демократизации языка,
как элемент некой «игры», присущей
мироощущению современного человека,
как путь к формированию нового класса
речений, который занимает промежуточное
положение между крылатыми словами и
обычными свободными сочетаниями слов.

Другой
тип освоения литературной цитаты –
полное её подчинение новому контексту.
В последнее время газетные публикации
часто включают строку из стихотворения
А. Ахматовой «Творчество». Напомним
текст стихотворения:

Когда
б вы знали, из какого сора

Растут
стихи, не ведая стыда,

Как
жёлтый одуванчик у забора,

Как
лопухи и лебеда.

Приведём
газетный текст, в который включена
цитата без кавычек: «Когда б вы знали,
из какого сора творит Зайцев высокую
моду. Из габардина фабрики П. Алексеева».
Эта же строка послужила заголовком к
заметке в другой газете о том, как в
Петропавловске-Камчатском местные
умельцы шили кожаные куртки из обложек
к партбилетам. Оторванная от первичного
контекста стихотворная строка потеряла
свои поэтические свойства. Остался лишь
отголосок ритма, а те, кто знает
стихотворение, ощутят бестактность
подобного обращения с поэтическим
текстом. Это не содержащее смысла и не
завершённое по форме высказывание не
станет пословицей, не будет причислено
к крылатым словам. Оно на наших глазах
превращается в речевой штамп.

Оценить
конкретное цитатное вкрапление можно
только исходя из анализа текста, вновь
создаваемого и первичного, того, откуда
цитата взята. Это правило цитирования,
известное каждому редактору, остаётся
в силе и тогда, когда он имеет дело с
«раскавыченными цитатами». Сегодня
журналист имеет практически неограниченные
возможности обращаться к разнообразным
литературным источникам – от Библии
до произведений новейших литературных
школ и направлений. Встреча с новым,
часто нетрадиционным материалом требует
от редактора точных знаний, понимания
процессов, происходящих в языке,
ответственного отношения к слову.

25.Таблица
как с вид фактического материала, как
способ оформления статистических
данных.

Таблицы

Распространённой
формой представления фактических
цифровых данных являются таблицы,
которые могут использоваться как в
тексте работы, так и в приложении к ней.

Таблица
является формой систематизации
фактического материала, включающей
главным образом цифровые данные. Следует
помнить о назначении таблиц, которые
подразделяются на справочные и
аналитические: первые включают сведения,
расположенные в определённом порядке
с целью облегчения поиска информации,
вторые – классифицированные данные,
являющиеся результатом анализа связей
между явлениями и группирующие наблюдения
по нескольким объектам.

Следует
помнить, что таблицу не рекомендуется
перегружать сведениями, словесные
формулировки должны быть лаконичными
и ясными.

Наконец,
основное правило использования таблиц
заключается в том, что основной текст
работы комментирует таблицу, формулирует
на её основании выводы, но ни в коем
случае не повторяет таблицу.

Для
схем, диаграмм и других видов графического
материала применимы те же правила.

26.Цитаты
как с вид фактического материала.

.
Цитаты и цитирование

Своеобразным
видом фактического материала, как уже
отмечалось, являются цитаты — части
текста, выписанные из другой книги или
статьи без всяких изменений. Трудно
назвать такой вид литературы, в котором
не использовались бы цитаты.

При
редакторском анализе цитат приходится
решать две задачи.

Во-первых,
надо установить, нужны ли цитаты для
разработки темы, нет ли возможности
сократить число приведенных высказываний,
какие из них надо обязательно оставить.

Обильное
цитирование не всегда оправдано
интересами дела, иногда оно продиктовано
мотивами, весьма далекими от научной
принципиальности. Вот характерный
диалог между редактором и автором,
приводимый работником белорусского
издательства «Народна асвета»:

«—
Зачем Вы обильно цитируете? Ведь у самого
есть ценный материал, удачные исследования.
Вы полшага сделаете самостоятельно и
тут же торопитесь стать в чужой след,
оставленный «маститой ногой»,
пересказываете мысли «великих». Зачем
же тогда нужна Ваша книга?

— Ну,
ладно, — идет на уступку автор, — ссылку
на Рубинштейна снимите: его нет в живых,
не обидится. А вот Щукину, пожалуйста,
оставьте. И Люблинскую тоже, и Божович,
и Менчинскую, пожалуй. Еще подумают, что
я не признаю их работ, и мою книгу
раздраконят…».

Во-вторых,
редактор должен установить, соответствуют
ли цитаты источнику, не допущены ли
ошибки в ходе цитирования.

Решая
первую задачу, естественно, надо учитывать
характер текста. Различают цитаты
иллюстративные, т. е. подтверждающие
какую-либо мысль, и аналитические,
составляющие часть анализируемого
материала. Во многих случаях число
иллюстративных цитат без ущерба для
содержания может быть сокращено.
Относительно аналитических цитат такой
вывод был бы неправильным. Например, в
работах, посвященных разбору конкретных
произведений — художественных, научных,
публицистических, цитирование этих
сочинений в широких масштабах не только
возможно, но и обязательно. Вместе с тем
и здесь редактор нередко встречает
случаи, когда несколько цитат подтверждают
одно и то же положение и, значит, можно
без труда их число сократить. Бесспорно,
что цитата не нужна и там, где положение
аксиоматично, очевидно само по себе.

Вторая
задача состоит в том, чтобы установить,
правильно ли цитирует автор, не допускает
ли он искажения мысли, содержащейся в
источнике.

Бывают
случаи, когда положения, взятые в
авторитетном источнике, искажаются,
так сказать, несознательно, вследствие
непонимания того, как надо цитировать.
Факты такого рода, к сожалению, не так
уж редки.

Немало
ошибок связано, например, с тем, что в
качестве цитаты дается произвольно
взятая часть фразы.

Наконец,
встречается и такой ошибочный прием —
высказывание по конкретному поводу
рассматривается как всеобъемлющее, ему
придается весьма широкий смысл.

Из
сказанного ясно, что простой сверки
процитированных слов с текстом, откуда
они взяты, совсем недостаточно для
ответа на вопрос, правильно ли цитирует
автор. Здесь необходим анализ не только
самих цитат, но и всего контекста, а
также сопоставлениезаконченного
раздела рукописи с первоисточником,
частью которого является цитата.

Например,
во время суда над бывшим президентом
Югославии Слабоданом Милошевичем,
подсудимый в качестве обвинения
американцев во всём происходящем в
Сербии использовал материалы немецкой
кинохроники, которые сами немцы приводили
для доказательства преступной деятельности
Милошевича. Создалась весьма любопытная
ситуация, когда один и тот же материал
служил и в качестве обвинения, и в
качестве оправдания в зависимости от
трактовки.

Таким
образом, предметом редакторского
внимания на этой стадии работы должны
стать не только сами цитаты, но и их
текстовое обрамление, а также приемы
цитирования. Анализ цитат и фактического
материала в целом есть важная составная
часть разбора содержания рукописи; он
позволяет оценить существенные аспекты
разработки темы.

Цифра
как вид фактического материала и
элемент текста.

Цифры
в тексте

Факт
– предмет журналистского исследования.

Для
журналиста факт всегда соотнесён с
суждением о событии, служащим
утверждению истинности или ложности
определённых положений, выяснению
связей и отношений между явлениями,
между предметом и его свойствами

Понятие
фактический материал, которое принято
в редактировании, охватывает все опорные
для текста элементы, передающие смысл
и предметные отношения.2 При правке
текста они не должны подвергнуться
изменениям или выпасть. Фактический
материал реализуется в текстовых
конструкциях, которые обозначают не
только события, но и «кусочки
действительности» – вещные элементы
предметного ряда, свойства, качества,
состояния, наименования лиц, отношений,
количества.

Любая
неясность в журналистском тексте
неприемлема. Поэтому так важна правильность
передачи информации, сквозная оценка
и точная разработка фактического
материала. Наблюдения над газетной
практикой убеждают в том, насколько
важна для автора помощь редактора.

Поверхностность
суждений непростительна для журналиста,
и редактору следует особенно внимательно
отнестись к выигрышным, на первый взгляд,
материалам.

Издательская
практика выработала специальные
рекомендации для обозначения чисел в
тексте.4 Числа от 1 до 9 включительно
принято обозначать словом, когда они
не имеют при себе единиц измерения и
стоят в косвенном падеже. Это необходимо,
чтобы избежать остановки при прочтении
цифры, которая воспринимается первоначально
всегда в форме именительного падежа.Цифрой
принято обозначать однозначные числа,
когда они находятся в одном ряду с
многозначными, а также когда они имеют
при себе единицы измерения. Цифровая
форма предпочтительна для многозначных
чисел. Она более отчётлива и лучше
воспринимается.Выбор между цифровой и
различными вариантами словесной формы
для обозначения количества зачастую
приобретает для редактора принципиальное
значение. Перед ним может встать вопрос,
что предпочесть: «25%», «одна четвёртая
часть»; «четверть» или конкретное
обозначение количества цифрой.

Значения
меньше – больше, ближе – дальше, раньше
– позже и т. п. должны быть подтверждены
в тексте.

Обилие
цифр и дат никогда не идёт на пользу
газетной публикации. Перегружать ими
текст нельзя, необходимость каждой
должна быть очевидна. Даты, не связанные
по смыслу с предметом публикации, не
следует включать в текст.

Существенно,
чтобы перевод количественных понятий
в разряд конкретных представлений был
по силам читателю. Прежде всего, это
касается обозначения больших количеств
и приблизительных величин. Когда в
погоне за эффектом авторы злоупотребляют
ими, кроме самого общего представления,
запёчатлённого в сознании как много,
мало, хорошо, плохо, читатель никакой
другой информации из текста не извлекает.
Редактору следует помнить, что имена
существительные со значением числа,
такие как тысяча, миллион, миллиард,
которыми мы пользуемся для обозначения
больших количеств, мыслятся, прежде
всего, как предметно-собирательные
значения множества, и конкретизации их
в тексте следует уделить специальное
внимание.

И,
наконец, приём конкретизации цифры,
очень важный для работы над публицистическим
материалом. Он заключается в том, чтобы,
пусть в общих чертах, представить
реальное значение цифры. Затруднения
неизбежно возникнут, если цифра включена
в текст необдуманно, механически
перенесена в него из статистического
отчёта.

Источник

Одна из ключевых сфер, в которых наш разум систематически ошибается – это вероятности, их вычисление и сравнение. Наш разум, действительно, имеет свойство давать неверные ответы на целый ряд вопросов о вероятностях. А целый ряд эвристик (например, эвристика репрезентативности) и когнитивных искажений (например, кластерная иллюзия, игнорирование априорной вероятности, ошибка конъюнкции) являются, по сути, именно формой некомпетентности человеческого разума в оценке вероятностей и при осуществлении статистического вывода.

Причем ошибаются в сфере вероятностей не только обыватели, но даже специалисты, знакомые с теорией вероятности и математической статистики.

И, пожалуй, лучшей иллюстрацией тут может служить так называемый «парадокс Монти Холла».

Что это за парадокс?

Давайте разберемся.

В популярном американском журнале «Парад» была авторская колонка под названием «Спросите Мэрилин» (такого рода авторские колонки достаточно обычны для США). Вела колонку, конечно, не Мэрилин Монро, а Мэрилин вос Савант. Почему именно она? Потому что она занесена в «Книгу рекордов Гиннеса», как обладательница самого высокого в мире коэффициентом интеллекта (IQ) – целых 228! Эта колонка работала просто: люди присылали Мэрилин вос Савант вопросы, а она отвечала.

И вот однажды (это был сентябрь 1990 года) ей прислали вопрос, по-видимому, навеянный телевикториной «На что спорим», которую вел Монти Холл. Это телеведущий позже и «подарил» свое имя рассматриваемому парадоксу.

Вопрос, присланный Мэрилин, был примерно таков:

«Дорогая Мэрилин,

Вот Вам задача, соответствующая Вашему феноменальному интеллекту.

Вы участвуете в телевикторине. Перед Вами три двери, и Вам надо выбрать одну из них. За одной дверью находится новенькая красная «Феррари», а за двумя другими дверями стоят живые козлы (Вы не слышите, как они блеют или стучат копытами).

Вы выбрали одну из дверей.

И тут ведущий делает неожиданное – он открывает одну из дверей, которую Вы не выбрали. За ней оказывается козел.

И затем хитрый шоумен говорит Вам:

«Мэрилин! Это Ваш шанс! Вы можете поменять свое решение и выбрать другую дверь. Сейчас или никогда!»

Так вот, стоит ли Вам поддаться ведущему и поменять свой первоначальный выбор или нет?

С наилучшими пожеланиями,
искренне Ваш,
Аноним»

Я думаю, будет полезно, если вы, уважаемый читатель, тоже ответите на этот вопрос.

Если вы не знаете, что такое парадокс Монти Холла, не разбираетесь в теории вероятностей, то вы, скорее всего, ответите, что менять свой первоначальный выбор и выбирать другую дверь не стоит, так как это не меняет ваших шансов на выигрыш. Кроме того, скорее всего, вам будет неприятна сама идея о том, чтобы изменить ваше первоначальное решение под влиянием, например, иллюзии контроля.

Но факт (и этот факт парадоксален) состоит в том, что если вы выберите другую дверь, то ваши шансы возрастут. Поэтому лучше свой первоначальный выбор изменить.

Если вы ответили неправильно – не расстраивайтесь. Когда Мэрилин вос Савант ответила правильно (стоит выбрать другую дверь), ее буквально завалили письмами, в которых упрекали ее в некомпетентности, глупости, незнании теории вероятностей. Причем, обратите внимание, критические письма ей писали даже специалисты-математики!

Да, не зря задачу с тремя дверьми называют парадоксом: действительно, трудно поверить, что надо поменять свое первоначальное решение и выбрать другую дверь.

Но с точки зрения теории вероятности тут все довольно просто. Давайте порассуждаем.

Какова вероятность того, что вы с первого раза выбрали дверь, за которой стоит новенькая красная «Феррари»?

Машина находится за одной из трех дверей. Следовательно, вероятность того, что вы угадали, за какой именно дверью находится машина, составляет 1/3 – один шанс из трех. Другими словами, если вы сыграете в эту игру много раз, то машина за выбранной Вами дверью окажется в одном случае из трех. Обратите внимание! Вы угадаете не каждый третий раз, а в одном случае из трех. Т.е. из ста попыток вы угадаете в примерно тридцати трех случаях. Причем мы не знаем, как будут распределены эти случаи: возможно, угадывания и промахи будут чередоваться равномерно, или же вы сначала будете угадывать, а потом начнется полоса неудач, или же, наоборот, полоса неудач сменится чередой угадываний.

Итак, вероятность того, что вы угадали, составляет 1/3.

Но вероятность того, что вы не угадали, составляет 2/3. Вероятность того, что вы не угадали, выше, не правда ли?

Но это означает, что выше и вероятность того, что машина находится за другой дверью, за дверью, которую вы не выбрали.

Далее. Если бы ведущий не выводил из игры заведомо невыигрышную дверь, ваши шансы при смене решения так и остались бы на уровне «один из трех». Но ведущий открывает дверь с козлом, он исключает ее из ваших дальнейших попыток.

Соответственно, есть один шанс из трех, что выбранная вами дверь выигрышная и два шанса из трех, что машина стоит за другой дверью.

Поэтому вам выгоднее поменять свое решение, выбрать другую дверь.

Конечно, существует вероятность, что вы сразу угадали. И в этом случае при смене двери вы проиграете. Но такая вероятность в два раза ниже, чем вероятность того, что поменяв дверь, Вы выиграете. Вот и все. Это и есть пример того, как надо применять теорию вероятностей на практике.

Меняйте свой выбор и выигрывайте!

Если вы до сих пор не верите, то, как говорится, возьмите и проверьте.

Для проверки вам понадобится надежный человек и три туза: один – черный и два – красных. Пусть ваш приятель сыграет роль ведущего. Пусть он тасует эти три карты, так, чтобы вы не видели. Потом пусть раскладывает их на столе так, чтобы он знал, какая из них черный туз. А когда вы выберите карту, пусть ваш приятель откроет одного из красных тузов.

Сделайте сто проб и запишите, сколько раз вы выиграете, если будете менять свой первоначальный выбор. Затем проведите еще сто проб, но на этот раз не меняйте свой выбор. И снова запишите, в скольких случаях вы выиграете.

Затем сравните результаты.

Итак, парадокс Монти Холла – это одна из лучших иллюстраций, не только показывающих, что наш разум не разбирается в вероятностях и случайностях, но и демонстрирующая, что ему довольно сложно даже понять законы, работающие в этой сфере.

Источник

Логические ошибки – это то, что встречается у каждого из нас. В данной статье мы рассмотрим примеры логических ошибок, которые, так или иначе, встречаются в нашей повседневной жизни.

Основы логики мы рассматривали отдельно. Настоятельно рекомендуем ознакомиться с ними и узнать 4 главных закона логики. Также обратите внимание на когнитивные искажения, или распространенные ошибки мышления. Очень интересно!

Но сейчас мы будем говорить только о логических ошибках.

Подмена тезиса – это логическая ошибка в доказательстве, состоящая в том, что начав доказывать некоторый тезис, постепенно в ходе доказательства переходят к доказательству другого положения, сходного с тезисом, но имеющего совершенно иное значение.

Другая популярная логическая ошибка – «предвосхищение основания». Она заключается в том, что в качестве аргументов используются недоказанные, как правило, произвольно взятые положения: ссылаются на слухи, на ходячие мнения, высказанные кем-то предположения или даже на собственный вымысел, выдавая их за аргументы, якобы обосновывающие тезис.

В действительности же доброкачественность таких доводов лишь предвосхищается, но не устанавливается с несомненностью. Обычно подобные лже-аргументы сопровождаются фразами: «Как абсолютно всем известно…», «Кто же будет спорить с тем, что…», «Само собой разумеется, что…», «Каждому известно, что…», дабы рассеять возможные сомнения у простого слушателя.

Что такое Логическая Ошибка

Логическая ошибка – в логике, философии и прочих науках, изучающих познание, ошибка, связанная с нарушением логической правильности умозаключений.

Ошибочность обусловлена каким-либо логическим недочётом в доказательстве, что делает доказательство неверным в целом.

Логические ошибки

Если человеку, который смотрит на уходящие вдаль рельсы железной дороги, кажется, что они сходятся на горизонте в одной точке, то он ошибается. Ошибается тот, кому кажется, что падение одного зерна на землю не производит ни малейшего шума, что пушинка не имеет веса и т. д.

Можно ли назвать эти ошибки логическими? Нет. Они связаны с обманом зрения, слуха и т. д., это ошибки чувственного восприятия.

Логические же ошибки относятся к мыслям. Причем не к мыслям как таковым, а к тому, как связывается одна мысль с другой, к отношениям между различными мыслями.

Нарушение закона тождества

В нашей повседневной жизни часто приходится наблюдать нарушение одного из главных законов логики – закона тождества. Взять, например, такой разговор.

– Можно мне взять твои книги?

– Возьми.

– А я не хочу их брать.

– Тогда не бери.

– Он запретил мне брать свои книги.

Здесь в выражении «не бери» смешиваются два разных суждения: «не бери» в смысле «можешь не брать» и «не бери» в смысле «нельзя брать», в результате чего нарушается закон тождества и неизбежно возникает недоразумение.

Часто самые незначительные изменения во фразе, например, перенос ударения, могут совершенно изменить ее логический смысл.

Вспомним недоразумение, которое возникло в связи с высказыванием Исаака Ньютона: «Гипотез не сочиняю». Многих удивляло, что Ньютон, несмотря на это заявление, сам выдвигал много гипотез.

В действительности же оснований для удивления нет. И те, кто усматривает здесь противоречие, просто нарушают закон тождества. В приведенном высказывании Ньютона нужно поставить логическое ударение на слове «сочиняю». И тогда оно будет иметь смысл: «Гипотез не сочиняю, но выдвигаю их на основе фактов».

Некоторые истолковали, его иначе и, поставив логическое ударение на слове «гипотез». Вложили в это высказывание совсем иной смысл: «Гипотез не выдвигаю, то есть, не создаю их вообще». На основе этого был сделан вывод, что Ньютон – противник всяких гипотез.

Нарушение закона исключенного третьего

Также нередко встречаются логические ошибки, связанные с нарушением закона исключенного третьего. Приведем классический пример.

В одной бане, вывешено объявление следующего содержания:

В камеру хранения принимаются:

верхняя одежда,
головные уборы,
обувь,
деньги и ценные вещи.

Не принимаются на хранение:

огнестрельное и холодное оружие,
горючие вещества,
продукты,
молотки и ножи.

В баню приходит гражданин, который хочет сдать вместе с одеждой связку книг. Гардеробщица отказывается брать книги, мотивируя тем, что их нет в списке вещей, принимающихся на хранение. Гражданин настаивает, ссылаясь на то, что и в списке предметов, не принимающихся на хранение, книги не указаны.

На основании указанного объявления суждение «книги принимаются» отрицается так же, как и суждение «книги не принимаются».

Логические ошибки мышления

В рассмотренных примерах противоречие возникает между двумя разными суждениями. Но законы мышления могут быть нарушены и внутри одного суждения.

Это бывает в тех случаях, когда из одного суждения вытекает другое, ему противоречащее. Например, древнегреческие софисты выдвинули утверждение «истинных суждений не существует».

Логические ошибки

Это утверждение опроверг Аристотель следующим образом.

Утверждение «истинных суждений не существует» является суждением. Если все суждения неистинны, то неистинно также и это суждение, то есть неистинно, что истинных суждений нет. А это значит, что истинные суждения существуют.

Такого же рода внутренне противоречивое суждение высказывает Пигасов в романе Тургенева «Рудин».

– Прекрасно! – промолвил Рудин, – стало быть, по-вашему, убеждений нет?

– Нет – и не существует.

– Это ваше убеждение?

– Да.

– Как же вы говорите, что их нет? Вот вам уже одно на первый случай.

Логика Галилея

В истории науки были случаи, когда казавшиеся безусловно истинными суждения опровергались впоследствии. Путем обнаружения их внутренней логической несостоятельности.

Так, по вопросу о падении тел в физике в свое время считалась общепризнанной точка зрения. Согласно которой скорость падающих тел тем больше, чем больше вес тела. Эту точку зрения опроверг Галилео Галилей. Найдя в ней логическую ошибку. Сделал он это при помощи следующего рассуждения.

Пусть большой камень падает с какой-то определенной скоростью. Тогда другой камень, поменьше, будет падать с меньшей скоростью.

Теперь предположим, что мы сложили эти камни. С какой скоростью будет падать новый камень, вес которого равен весу двух первых?

С одной стороны, эта скорость должна быть меньше скорости первого камня, поскольку мы присоединили к нему камень, падающий с меньшей скоростью, и этим самым уменьшили скорость падения первого камня.
С другой стороны, вес камня, получившегося от сложения двух камней, больше веса каждого из них, поэтому и скорость его падения должна быть больше скорости каждого отдельного камня.
Получается противоречие: скорость двойного камня одновременно и меньше и больше скоростей каждого из двух первых камней, что противоречит закону исключенного третьего.

Чтобы устранить это противоречие, говорит Галилей, нужно сделать допущение, что все тела падают с одинаковым ускорением.

Таким образом, по неправильности суждений можно судить об их неистинности. Если два или более утверждения противоречат друг другу, то это значит, что в них заключена какая-то ложь.

К слову сказать, это обстоятельство используется на суде для уличения преступника. Запутавшись в противоречивых показаниях, преступник бывает вынужден сознаться в своем преступлении.

Софизмы

Если законы логики нарушаются умышленно, то мы имеем дело с софизмами (от греч. sophisma – «измышление, хитрость»), которые представляют собой внешне правильные доказательства ложных мыслей.

Приведем несколько популярных софизмов.

Разные числа

Числа 3 и 4 – это два разных числа, 3 и 4 – это 7, следовательно, 7 – это два разных числа.

В данном внешне правильном и убедительном рассуждении смешиваются или отождествляются различные, нетождественные вещи: простое перечисление чисел (первая часть рассуждения) и математическая операция сложения (вторая часть рассуждения); между первым и вторым нельзя поставить знак равенства, т. е. налицо нарушение закона тождества.

Женщина – не человек

Или вот еще один пример софизма, где ловко прячется простая логическая ошибка.

Любой мужчина – человек. Женщина не мужчина. Следовательно, женщина – не человек.

Знаешь то, чего не знаешь

– Знаешь ли ты, о чём я хочу тебя спросить?

– Нет.

– Знаешь ли ты, что добродетель есть добро?

– Знаю.

– Об этом я и хотел тебя спросить. А ты, выходит, не знаешь то, что знаешь.

Лекарство

Лекарство, принимаемое больным, есть добро. Чем больше делать добра, тем лучше. Значит, лекарств нужно принимать как можно больше.

Вор

Вор не желает приобрести ничего дурного. Приобретение хорошего есть дело хорошее. Следовательно, вор желает хорошего.

Как разоблачать софизмы

Для разоблачения софизма необходимо найти в рассуждении два объекта, которые умышленно и незаметно отождествляются.

При этом стоит заметить, что сделать это далеко не всегда просто. Именно поэтому так важно развивать логическое мышление.

Паралогизмы

От софизмов следует отличать паралогизмы (от греч. paralogismus – «неправильное рассуждение») – логические ошибки, допускаемые непроизвольно, в силу незнания, невнимательности или иных причин. Рассмотрим несколько примеров.

Один человек пожилого возраста доказывает, что сила его, несмотря на преклонные годы, ничуть не уменьшилась:

– В юности и молодости я не мог поднять штангу весом 200 кг. Сейчас я тоже не могу ее поднять, стало быть, сила моя осталась прежней.

В одной китайской семье родилась девочка. Когда ей исполнился год, к ее родителям пришел сосед и стал сватать девочку за своего двухлетнего сына. Отец сказал:

– Моей девочке всего год, а твоему мальчику целых два, т. е. он в два раза старше ее, значит, когда моей дочери будет 20 лет, твоему сыну будет уже 40. Зачем же мне выдавать свою дочь за старого жениха?!

Эти слова услышала жена и возразила:

– Сейчас нашей дочке год, а мальчику два, однако через год ей будет тоже два и они станут ровесниками, так что вполне можно в будущем выдать нашу девочку за соседского мальчика.

Маленький мальчик спрашивает:

– Мама, что от нас дальше – Луна или Африка?

– Конечно же Африка, ведь Луну отсюда видно, а Африку – нет!

Логические парадоксы

Также от софизмов следует отличать логические парадоксы (греч. paradoxes – «неожиданный, странный»).

Парадокс в широком смысле слова – это нечто необычное и удивительное, то, что расходится с привычными ожиданиями, здравым смыслом и жизненным опытом.

Логические ошибки

Логический парадокс – это такая необычная и удивительная ситуация, когда два противоречащих суждения не только являются одновременно истинными (что невозможно в силу логических законов противоречия и исключенного третьего), но еще и вытекают друг из друга, друг друга обуславливают.

Если софизм – это всегда какая-либо уловка, преднамеренная логическая ошибка, которую можно обнаружить, разоблачить и устранить, то парадокс представляет собой неразрешимую ситуацию.

Это своего рода мыслительный тупик, «камень преткновения» в логике: за всю ее историю было предложено множество разнообразных способов преодоления и устранения парадоксов, однако ни один из них до сих пор не является исчерпывающим.

Парадокс лжеца

Наиболее известный логический парадокс – это парадокс «лжеца». Часто его называют «королем логических парадоксов». Он был открыт еще в Древней Греции.

По преданию, философ Диодор Кронос дал обет не есть до тех пор, пока не разрешит этот парадокс. В конечном счете, он умер от голода, так и не сумев решить эту логическую головоломку. Другой мыслитель – Филет Косский впал в отчаяние от невозможности найти решение парадокса «лжеца» и покончил с собой, бросившись со скалы в море.

Существует несколько формулировок парадокса лжеца. Наиболее коротко и просто он формулируется в ситуации, когда человек произносит простую фразу: Я лжец.

Анализ этого элементарного и бесхитростного на первый взгляд высказывания приводит к ошеломляющему результату. Как известно, любое высказывание (в том числе и вышеприведенное) может быть или истинным или ложным.

Рассмотрим последовательно оба случая. В первом из которых это высказывание является истинным, а во втором – ложным.

Допустим, что фраза «Я лжец» истинна, т. е. человек, который произнес ее, сказал правду. Но в этом случае он действительно лжец, следовательно, произнеся данную фразу, он солгал.
Теперь предположим, что фраза «Я лжец» ложна, т. е. человек, который произнес ее, солгал, но в этом случае он не лжец, а правдолюб. Следовательно, произнеся данную фразу, он сказал правду.

Получается нечто удивительное и даже невозможное: если человек сказал правду, то он солгал; а если он солгал, то он сказал правду. Два противоречащих суждения не только одновременно истинны, но и вытекают друг из друга.

Парадокс деревенского парикмахера

Другой известный логический парадокс, обнаруженный в начале 20 века английским философом, логиком и математиком Бертраном Расселом, – это парадокс «деревенского парикмахера».

Представим себе, что в некой деревне есть только один парикмахер, бреющий тех ее жителей, которые не бреются сами. Анализ этой незамысловатой ситуации приводит к необыкновенному выводу.

Зададимся вопросом: может ли деревенский парикмахер брить самого себя? Рассмотрим оба варианта, в первом из которых он сам себя бреет, а во втором – не бреет.

Допустим, что деревенский парикмахер сам себя бреет, но тогда он относится к тем жителям деревни, которые бреются сами и которых не бреет парикмахер, следовательно, в этом случае, он сам себя не бреет.
Теперь предположим, что деревенский парикмахер сам себя не бреет, но тогда он относится к тем жителям деревни, которые не бреются сами и которых бреет парикмахер, следовательно, в этом случае он сам себя бреет.

Как видим, получается невероятное: если деревенский парикмахер сам себя бреет, то он сам себя не бреет; а если он сам себя не бреет, то он сам себя бреет (два противоречащих суждения являются одновременно истинными и взаимообуславливают друг друга).

Парадоксы «лжеца» и «деревенского парикмахера» вместе с другими подобными им парадоксами также называют антино́миями (греч. antinomia – «противоречие в законе»), т. е. рассуждениями, в которых доказывается, что два высказывания, отрицающие друг друга, вытекают одно из другого.

Считается, что антиномии представляют собой наиболее крайнюю форму парадоксов. Однако довольно часто термины «логический парадокс» и «антиномия» рассматриваются как синонимы.

Протагор и Эватл

Менее удивительную формулировку, но не меньшую известность, чем парадоксы «лжеца» и «деревенского парикмахера», имеет парадокс «Протагор и Эватл», также появившийся в Древней Греции.

В основе этого логического парадокса лежит незатейливая на первый взгляд история, которая заключается в том, что у софиста Протагора был ученик Эватл, бравший у него уроки логики и риторики.

Учитель и ученик договорились, что Эватл заплатит Протагору гонорар за обучение только в том случае, если выиграет свой первый судебный процесс.

Однако по завершении обучения Эватл не стал участвовать ни в одном процессе. И денег учителю, разумеется, не платил. Протагор пригрозил ему, что подаст на него в суд. И тогда Эватлу в любом случае придется заплатить.

– Тебя или присудят к уплате гонорара, или не присудят, – сказал ему Протагор, – если тебя присудят к уплате, ты должен будешь заплатить по приговору суда; если же тебя не присудят к уплате, то ты, как выигравший свой первый судебный процесс, должен будешь заплатить по нашему уговору.

На это Эватл ему ответил:

– Все правильно: меня или присудят к уплате гонорара, или не присудят; если меня присудят к уплате, то я, как проигравший свой первый судебный процесс, не заплачу по нашему уговору; если же меня не присудят к уплате, то я не заплачу по приговору суда.

Таким образом, вопрос о том, должен Эватл заплатить Протагору гонорар или нет, является неразрешимым.

Договор учителя и ученика, несмотря на его вполне невинный внешний вид. Является внутренне, или логически, противоречивым. Так как он требует выполнения невозможного действия: Эватл должен и заплатить за обучение, и не заплатить одновременно.

В силу этого сам договор между Протагором и Эватлом, а также вопрос об их тяжбе представляет собой не что иное, как логический парадокс.

Решить этот спор можно было бы лишь в том случае, если бы обе стороны соблюдали закон тождества. И в качестве основания для уплаты или неуплаты брали что-нибудь одно: либо решение суда, либо свой договор.

Как избегать логических ошибок

Как же научиться не делать логических ошибок, то есть мыслить правильно, во всех случаях, по каким угодно вопросам, знакомым или впервые встретившимся, о каких угодно предметах, привычных и непривычных?

Повседневная жизненная практика, «здравый смысл», как уже говорилось, во многих случаях помогают избежать логических ошибок. Однако отнюдь не гарантируют избавление от них.

Конечно, чем шире практика, чем с большим количеством разнообразных предметов и видов деятельности сталкивается человек, тем больше возможностей он имеет для развития у себя правильного мышления.

Расширение кругозора, углубление фактических знаний, знакомство с самыми различными рассуждениями, несомненно, способствуют развитию мышления вообще.

Широко образованный, развитой человек быстрее заметит логическую ошибку в рассуждении. Даже и тогда, когда она не касается непосредственно его специальности, его обычных, повседневных занятий.

Поэтому изучение различных наук имеет большое значение. Ведь каждая наука так или иначе, в той или иной степени связана с рассуждениями.

Использованная литература:

Авенир Уемов «Логические ошибки»,

Дмитрий Гусев «Удивительная логика».

Будем благодарны за Вашу поддержку!

Источник

Вы бы не выиграли если бы выиграли мы логическая ошибка

Вопросы для повторения

Виды ошибок. Таблица-классификатор.

Просмотр содержимого документа «Виды ошибок. Таблица-классификатор.»

Читальный зал

Исследования и монографии

О словарях, «содержащих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации»

Варианты русского литературного произношения

Динамика сюжетов в русской литературе XIX века

Художественный текст: Основы лингвистической теории и элементы анализа

К истокам Руси

О языке Древней Руси

Не говори шершавым языком

Доклад МИД России «Русский язык в мире» (2003 год)

Конкурсные публикации

Типология ошибок

Какие бывают ошибки в русском языке: виды и примеры

Классификация ошибок по русскому языку: таблица с примерами

Типы ошибок в русском языке

Виды грамматических ошибок

Виды грамматических ошибок

Виды речевых ошибок

Виды речевых ошибок

Виды логических ошибок

Виды фактических ошибок

Этические ошибки

Важное замечание

Что такое Логическая Ошибка

Нарушение закона тождества

Нарушение закона исключенного третьего

Логические ошибки мышления

Логика Галилея

Софизмы

Разные числа

Женщина – не человек

Знаешь то, чего не знаешь

Лекарство

Вор

Как разоблачать софизмы

Паралогизмы

Логические парадоксы

Парадокс лжеца

Парадокс деревенского парикмахера

Протагор и Эватл

Как избегать логических ошибок

А вот еще интересные материалы:

Просмотр содержимого документа
«Виды ошибок. Таблица-классификатор.»