Все кто любят концерты этого великого музыканта приехали к обсерватории ошибка

Холодным январским утром на одной из станций метро Вашингтона появился мужчина со скрипкой и начал играть. За 45 минут он исполнил 6 произведений. Был час пик, и за это время мимо него прошло более 1000 человек, большинство из которых спешили на работу. Только 6 человек за эти 45 минут ненадолго остановились и послушали, а ещё 20 бросили, не останавливаясь, деньги. За 45 минут музыкант заработал 32 доллара.

Никто из торопившихся по своим делам людей и не догадывался, что скрипач в метро — Джошуа Белл, один из лучших музыкантов в мире. Исполнял он самые сложные из когда-либо написанных музыкальных произведений, а в руках у него была скрипка Страдивари, стоимостью $3,5 миллиона.

Всего за 2 дня перед этим выступлением в подземке он дал концерт в Бостоне, средняя стоимость билета на который составляла 100 долларов, и при этом концерт прошёл с аншлагом.

Выступление Джошуа Белла в метро было часть социального эксперимента газеты Washington Post о восприятии, вкусе и приоритетах людей. Главными вопросами эксперимента были: в будничной среде в неподходящий момент ощущаем ли мы красоту? Остановимся ли чтобы оценить ее? Распознаем ли талант в неожиданной обстановке?

Один из выводов из этого эксперимента может быть следующим: Если мы не можем найти время на то что бы ненадолго остановиться и послушать лучшие из когда-либо написанных музыкальных произведений в исполнении одного из лучших музыкантов планеты; если темп современной жизни настолько всепоглощающий, что мы становимся слепы и глухи к таким вещам — тогда что же еще мы упускаем?

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Основное о сервисе

Текстовод Пунктуация расставляет заглавные буквы, запятые и другие знаки препинания на нескольких языках (выбирайте язык текста под окном ввода).

Для работы без рекламы и в отдельной очереди используйте PRO версию, повышайте удобство и скорость работы с программой.

Результаты хранятся в истории 7 дней.

Разметка результатов:

• красным цветом обозначаются ненужные знаки препинания,

• оранжевым цветом выделяются слова, в которых поставлена заглавная буква,

• желтым цветом указываются новые знаки,

• зеленый цвет означает, что знаки стоят по правилам и исправление не требуется.

При клике по выделенным знакам препинания, их можно заменить или убрать.

Немного цифр

Вы зашли, не зарегистрировались и хотите расставить знаки. Для вас доступна 1000 знаков.

Вы зашли, прошли быстрый процесс регистрации и теперь можете проверять текст размером в 1500 символов.

Вы зашли, зарегистрировались и приобрели PRO версию. Для вас открыто 100k знаков, а также, отключен просмотр рекламы и выделена отдельная очередь на проверку.

Порядок работы программы.

1. Введите в рабочее окно проверяемый тест. Не забывайте, что буквы е и ё — это разные буквы русского алфавита.

2. Если хотите воспользоваться PRO версией, поставьте соответствующую галочку. Язык устанавливается автоматически, либо вы можете скорректировать его сами.

3. Нажмите «Расставить».

4. Удалите красные знаки. Для этого просто щёлкните по ним.

5. Проверьте верно ли добавлены жёлтые.

6. Оставьте на месте зелёные знаки.

Учтите, что программа автоматически онлайн расставляет 80% знаков препинания, остальные 20% вам придётся поставить вручную.

Важная роль знаков препинания.

Правильно расставленные знаки препинания помогают верно понять вашу письменную речь.

Благодаря пунктуации, мы делаем нужные акценты на важных деталях.   

Если написать текст, совсем не используя знаки препинания, получится каша.

Паузы (запятые, точки, многоточия), эмоции (восклицательный и вопросительный знаки), сомнения    — вот короткий список чувств, выражаемых с помощью пунктуации.

Когда необходимо ставить знаки препинания:

Запятые:

• Разделение независимых предложений внутри сложного, а также, придаточных в составе главного.

• Между главным и придаточным предложениями.

• Для обозначения границ однородных членов.

• Во время перечня объектов, вещей, процессов, событий, операций или повторяющихся предметов.     

• Для обозначение сравнительных, определительных и обстоятельственных оборотов.

• При выделении слов или их групп, ограничивающих, поясняющих или уточняющих другие слова в одном предложении.

• Для определения границ междометий, обращений, вводных слов.

Двоеточия:

• Для оформления списков.

• В начале перечисления однородных слов.

• Для оформления прямой речи.

• В других ситуациях.

Тире:

• В случаях замены «а именно» перед пояснением в конце предложения.

• Для того, чтобы указать пространственные пределы (в случае замены «от и до»).

• Когда в предложении отсутствуют союзы, а второе предложение содержит итог первого. Или 1-е предложение имеет значение времени или условия.

• В прямой речи.

• Для отделения пояснительных и дополнительных членов.

• Для связи подлежащего со сказуемым, являющимся существительным.

• Перед обобщающим словом в конце перечисления однородных членов.

Точка с запятой:

• Для отделения простых предложений в составе сложносочинённого в случае, когда уже присутствуют другие знаки препинания.

• В бессоюзном, сложном предложении, содержащим много запятых, внутри простых предложений, не соединённых смысловым значением.

• Для разделения простых предложений, соединённых союзами, но имеющих различный смысл.

• При необходимости разделения фрагментов предложения для конкретизации определённой мысли.

8 апреля 2007 года воскресное приложение к ведущей американской газете The Washington Post опубликовало большой материал о том, как суперзвезда классической музыки скрипач Джошуа Белл играл 45 минут в вашингтонском метро. Из тысячи с лишним прохожих он был узнан лишь одной женщиной. В статье «Жемчуга перед завтраком» журналисты рассуждают о феномене «искусства без рамы». Lenta.ru публикует сокращенный перевод статьи.

Он вышел из метро на станции L’Enfant Plaza и встал у стены, сразу за мусорным баком. Почти по всем меркам внешность его была незапоминающаяся: моложавый белый мужчина, одет в джинсы, спортивную рубашку с длинными рукавами и бейсболку с логотипом команды Washington Nationals. Вынув из футляра скрипку, он поставил его у ног, предусмотрительно бросив в него несколько долларовых бумажек и монет — в качестве «стартового капитала». Развернув футляр в сторону пешеходов, он начал играть.

Время: 7:51 утра, пятница 12 января, самая середина утреннего часа пик. За следующие 43 минуты мимо скрипача, исполнившего шесть классических произведений, прошли 1097 человек. Почти все они спешили на работу, следовательно, почти все — в государственные учреждения. Станцию L’Enfant Plaza окружают здания федеральных ведомств США, и эти пешеходы, в массе своей, были бюрократами средней руки, занимающими должности с неопределенными и взаимозаменяемыми названиями: специалист, консультант, посредник, менеджер проекта, координатор…

Каждому проходившему мимо нужно было сделать выбор, с которым часто сталкиваются горожане, пользующиеся общественным транспортом и время от времени сталкивающиеся с уличными музыкантами. Вы остановитесь и послушаете? Или пробежите мимо со смешанным чувством вины и раздражения, сознавая собственную скупость и досадуя на непрошенное поползновение на ваши время и деньги? Бросите ли вы доллар просто из вежливости? Зависит ли ваше решение от того, что музыкант по-настоящему плохой? А если он замечательно играет? Есть ли у вас время на красоту? А должно быть? Какова моральная математика происходящего?

В описываемую январскую пятницу все эти частные вопросы получили необычные публичные ответы. Никто не знал, что скрипач, стоявший у стены в переходе, — один из лучших классических музыкантов современности, игравший изысканнейшие произведения на одной из самых дорогих скрипок в мире. Его выступление организовала газета The Washington Post как эксперимент с контекстом, восприятием и приоритетами, а заодно как попытку беспристрастной оценки общественного вкуса: может ли красота преодолеть повседневность обстановки и неудобное время?

Музыкант не играл популярные мелодии, узнаваемость которых смогла бы вызвать интерес сама по себе. Эксперимент был в другом. Он исполнял написанные для соборов и концертных залов шедевры, пережившие века. Акустика в метро, кстати, оказалась вполне приемлемой… Звук скрипки, говорят, напоминает человеческий голос, и в руках этого музыканта она рыдала, плакала и пела…

Так что же произошло на станции L’Enfant Plaza? Спросим эксперта.

Мы задали вопрос Леонарду Слаткину, музыкальному директору Национального симфонического оркестра. Что, по его мнению, могло случиться — гипотетически — если бы один из величайших скрипачей мира выступил инкогнито перед тысячью спешащих горожан?
— Допустим, его не узнали и приняли за одного из уличных музыкантов. Все-таки, едва ли его совсем не заметят… В Европе, конечно, он привлек бы больше слушателей … Ну, скажем, из тысячи человек 35-40 обратят внимание на то, как он хорошо играет, а 75-100 остановятся, чтобы послушать.
— То есть, толпу он соберет?
— Да, конечно.
— А сколько денег ему дадут?
— Долларов 150.
— Спасибо, маэстро. Но это был не гипотетический вопрос. Это произошло на самом деле.
— То есть? Кто был этим музыкантом?
— Джошуа Белл.
— НЕТ!!!

Джошуа Белл начинал как вундеркинд, а в 39 лет он уже давно виртуоз мирового масштаба. За три дня до выступления в вашингтонском метро он играл в Бостоне, где собрал полный зал, хотя приличные места там стоили около ста долларов. Три недели спустя он дал другой концерт — в Стратморе. Аудитория была столь деликатна, что никто не кашлянул до перерыва между частями произведений. Но в ту январскую пятницу Джошуа Белл оказался одним из попрошаек, что ищут внимания занятых людей, спешащих на работу.

… Белл играл в полную силу… Только через три минуты после начала его концерта хоть что-то произошло. Мужчина средних лет замедлил шаг и обернулся в сторону музыканта. Еще через тридцать секунд женщина опустила купюру в футляр. Через шесть минут кто-то остановился. За 45 минут выступления семь человек задержались, чтобы послушать музыканта. 27 бросили ему деньги, и почти все сделали это на бегу. Итого — 32 доллара с мелочью. Остальные 1070 прошли мимо. Нет, господин Слаткин, толпа не собралась, ни на одну секунду…

Если великий музыкант играет великую музыку, но ее никто не слышит … Действительно ли он так хорош? Это — старый философский спор о природе красоты. Можно ли ее измерить (Готфрид Лейбниц)? Или это лишь мнение (Дэвид Юм)? Или это сумма того и другого, пропущенная через непосредственное восприятие наблюдателя (Иммануил Кант)? Нам ближе версия Канта: она кажется самой верной и более всего подходящей к случаю Белла.

Сам Белл рассказывал, смеясь, как его поразило, что люди его игнорируют. «В концертном зале меня может расстроить кашель кого-то из слушателей или сигнал сотового телефона… Но здесь мне пришлось ловить любые знаки внимания… Я был странно польщен, когда кто-то положил в футляр купюру, а не монеты». И это говорит человек, который может получить тысячу долларов в минуту… «Когда я играю перед аудиторией в концертном зале, мне не надо добиваться признания. Но здесь я стал опасаться: «Что, если я им не нравлюсь? Что, если их возмущает мое присутствие?».

Он оказался, попросту говоря, «искусством без рамы».

Марк Лейтхаузер держал в руках больше великих произведений искусства, чем любой из королей, пап или членов семейства Медичи. Старший куратор Национальной галереи искусств, он занимается оформлением полотен. Лейтхаузер уверен, что понимает суть произошедшего с Беллом в метро. «Допустим, я вынул из рамы классический шедевр абстракционизма, скажем, работу Эллсворта Келли. Картина стоит пять миллионов. Я принес ее в ресторан, где собираются трудолюбивые ребята из Коркоран-Скул [единственный в Вашингтоне вуз, ориентированный на искусство и дизайн. — Прим. Lenta.ru], и повесил на стену с ценником «150 долларов». Никто не заметит эту картину. В лучшем случае, какой-нибудь куратор скажет: «О, похоже на Эллсворта Келли. Передайте, пожалуйста, соль».

… Посмотрим еще раз на видеозапись выступления. Вот он, первый человек, остановившийся послушать музыку: белый мужчина чуть за тридцать, в полотняных брюках, кожаном пальто, с портфелем. Он — Джон Дэвид Мортенсен — работает в министерстве энергетики и спешит в офис к началу скучного рабочего дня. На пленке видно, что он не просто остановился: сначала он прошел мимо, а потом, сверившись с часами в сотовом телефоне, вернулся и посвятил Беллу три минуты. Мортенсен, в жизни не слушавший классической музыки, проходил мимо Белла тогда, когда тот исполнял знаменитую чакону Баха из партиты ре минор для скрипки соло, и застал переход минорной тональности в мажорную… «Я ничего не знаю о тональностях, но от этой музыки на меня снизошел мир», — припомнил менеджер, когда его спросили, почему он остановился в переходе…

Внимательный просмотр записи импровизированного концерта привел нас к выводу, что игнорировали музыканта все категории пешеходов независимо от пола, расы и возраста. Единственное исключение — дети. Все до единого, они пытались остановиться и послушать музыку, и всех до единого за руку уводили родители.

… Культурным героем дня 12 января оказался невысокий лысеющий мужчина по имени Джон Пикарелло, слушавший Белла целых девять минут.
— Вы никогда не видели музыкантов на станции L’Enfant Plaza?
— Таких — нет.
— Что вы хотите сказать?
— Это был феноменальный скрипач. Никогда не слышал никого, кто играл бы так профессионально. Технически очень грамотно, с отличной фразировкой. И инструмент у него был замечательный, с роскошным звуком. Я слушал его издалека, чтобы не вторгаться в его пространство.

… Выяснилось, что поклонник Белла не узнал своего кумира. В юности Пикарелло учился игре на скрипке, но бросил, поняв, что его возможности ограничены. Сейчас он работает в почтовом ведомстве. В футляр Джошуа Белла он положил скромные пять долларов и, смущенный, быстро скрылся…

Стейси Фурукава, сотрудница демографического отдела в министерстве торговли, приехала на станцию L’Enfant Plaza под занавес. За три недели до эксперимента The Washington Post она побывала на бесплатном концерте Джошуа Белла в Библиотеке Конгресса. И вот она увидела его снова — виртуоза с мировым именем, играющего ради денег. Она не поняла в чем дело, но решила, что ни за что не пропустит такое событие. Улыбаясь, она встала в трех метрах от музыканта и не покинула своего места до конца выступления. «Это было самое поразительное зрелище, виденное мною в Вашингтоне: Джошуа Белл играет посреди часа пик, а люди не останавливаются и бегут дальше, не глядя, и некоторые бросают ему четвертаки! Четвертаки! Боже мой, в каком городе я живу, как такое может быть?». По окончании концерта Стейси Фурукава представилась Беллу и положила двадцать долларов в его футляр…

К 10 апреля 2007 года Белл, неудачник L’Enfant Plaza и лучший классический скрипач Америки, вернется в Штаты из Европы, чтобы получить престижную филармоническую премию Avery Fisher Prize.

Перевод Lenta.ru