опубликовано: 06.06.2019, 09:11 | изменено: 06.06.2019, 09:11
Технические и реестровые ошибки: в чем отличие и как исправить
Согласно действующему законодательству, ошибки в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) делятся на два вида.
1. Техническая ошибка — описка, опечатка, грамматическая или арифметическая ошибка либо подобная ошибка, допущенная органом регистрации прав и приведшая к несоответствию сведений, содержащихся в ЕГРН, сведениям, содержащимся в документах, на основании которых вносились сведения в ЕГРН.
В результате такой ошибки сведения о недвижимости не соответствуют данным в документах, на основании которых сведения вносились в ЕГРН. Например, в техническом плане здания указана одна площадь, а в ЕГРН — другая.
2. Реестровая ошибка — воспроизведенная в ЕГРН ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы.
Чтобы узнать, какая ошибка допущена, нужно сравнить сведения об объекте недвижимости в выписке из ЕГРН и указанных выше документах. Если они отличаются, то вам нужно исправить техническую ошибку. Орган регистрации прав может исправить ошибку самостоятельно, если сам ее обнаружит.
Реестровая ошибка исправляется сложнее.
Такая ошибка будет исправлена государственным регистратором только в том случае, если поступят документы, которые свидетельствуют о наличии ошибки и содержат сведения, необходимые для ее исправления, либо решение суда, вступившее в законную силу.
Поэтому вам нужно:
1) сначала исправить ошибку в документах, в которых она допущена. Для этого вам необходимо обратиться:
* к кадастровому инженеру, в госорганы (органы местного самоуправления) или иному лицу, которое допустило ошибку в документах, и исправить ее;
* в суд, если исправить ее первым способом не представляется возможным;
2) после этого подать заявление в орган регистрации прав и приложить к нему исправленные документы. Реестровая ошибка исправляется путем внесения изменений в ЕГРН, поэтому нужно оформить заявление о гос. регистрации прав на недвижимость и кадастровом учете.
Заявление и необходимые документы можно подать лично в многофункциональном центре, а также в электронном виде на сайте Росреестра.
частнопрактикующий юрист, эксперт Экспертного
центра «Общественная Дума»
Технические ошибки – описки, опечатки, пропуски слов или, наоборот, лишние слова – нередко встречаются в кадровых документах по разным причинам. Как реагируют на них суды: когда ссылку на техническую ошибку суд примет, а когда она может быть истрактована как смысловая и сыграть против работодателя? Рассматриваем интересные споры, в которых работники пытались истолковать допущенные работодателями ошибки в документах в свою пользу, и делаем выводы, как работодателю минимизировать риски. Рассказываем, как доказать свою правоту при незначительных опечатках в кадровых документах; каких ошибок нужно любыми способами избегать в связи с угрозой их квалификации как показателя халатности сотрудника кадровой службы или поспешности наказания работника.
Из статьи узнаете, как суды относятся к ситуациям, когда работодатель допустил опечатку в дате представления работником письменного объяснения; неправильно указал номер трудового договора в соглашении о его расторжении; допустил указание разных периодов отсутствия сотрудника на рабочем месте в акте об отсутствии и приказе об увольнении; забыл включить в трудовой договор с работником условие об испытании (а в приказе о приеме на работу и других документах оно расписано), о сроке договора; когда в договор ошибочно включили условие о дополнительном оплачиваемом отпуске (в одном случае суд поддержал работодателя, а в другом – нет, все зависело от поведения сторон и конкретных обстоятельств дела), записали не ту зарплату (тут тоже суды по-разному отнеслись к такому факту с учетом поведения сторон трудовых отношений) и др.
Ошибка не равно нарушению трудовых прав
Как показывает практика, суды достаточно лояльно относятся к мелким техническим ошибкам. И это вполне логично. Хотя трудовое законодательство и отличается особой любовью к процедурности, формализм в правоприменении недопустим. Потому самих по себе технических ошибок в отсутствие доказательств нарушения процедуры недостаточно для вывода о нарушении работодателем трудового законодательства.
Причем ошибки могут быть разными. Пропущенное слово в приказе, неверно указанная дата, ошибка в номере договора, неверные ссылки на приказы и пр.
Судебная практика
Работница обратилась в суд с иском о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда. В обоснование требований пояснила, что работодатель привлек ее к дисциплинарной ответственности в виде предупреждения о неполном служебном соответствии и лишил по итогам квартала премии. Однако в приказе отсутствует указание на меру дисциплинарного взыскания. Следовательно, работодатель применил к ней не указанную в законе меру и тем самым нарушил порядок привлечения к дисциплинарной ответственности.
В ходе рассмотрения дела суды установили, что в резолютивной части приказа пропущено слово «предупреждение», но исходя из пояснений ответчика, иных доказательств по делу, пришли к выводу о наличии технической ошибки в приказе. А это не означает, будто к истцу применили непредусмотренную законом меру дисциплинарной ответственности. Приказ основан на материалах служебной проверки, сроки и процедура привлечения к ответственности соблюдены, потому исковые требования суды отклонили (определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 22.03.2021 № 88-5723/2021).
Судебная практика
В ином деле ГИТ по жалобе работника предписала предприятию отменить приказ об объявлении выговора из-за нарушения в процедуре: не было своевременно истребовано письменное объяснение с работника, в кадровых документах ошибки. Суд признал незаконным предписание ГИТ: из объяснительной записки членов комиссии предприятия следует, что в акте о непредоставлении работником объяснительной записки допущена опечатка, и вместо 8 апреля ошибочно указано 7. Работнику была предоставлена возможность с 4 по 9 апреля (дата, когда сотруднику был объявлен выговор) представить письменное объяснение, сроки и процедура привлечения к ответственности соблюдены (определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 21.04.2020 № 88а-10419/2020 по делу № 2а-1539/2019).
В деле выше в пользу работодателя сыграло то, что приказ о наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора был вынесен позже акта с ошибочной датой и крайней датой для представления объяснений. Если бы выговор работнику был объявлен 8 апреля, а не 9, возможно, суд не был бы так лоялен к ошибке работодателя и заподозрил бы его в подтасовке документов.
Судебная практика
В третьем споре работник требовал признать недействительным трудовой договор, ссылался на то, что положенный экземпляр договора ему не вручали, допсоглашение к договору заключено по истечении срока основного договора, в договоре есть опечатки. Суды отказали в иске, сославшись на то, что трудовой договор гражданско-правовой сделкой не является. В силу специфики предмета и метода регулирования, а также с учетом невозможности возвращения сторон в первоначальное положение после исполнения условий трудового договора полностью или частично, в трудовом законодательстве отсутствуют нормы о недействительности трудового договора, трудовое законодательство РФ не содержит механизма признания трудового договора недействительным. К трудовому договору неприменимы правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные гл. 9 ГК РФ. Подписи в договоре и допсоглашении выполнены истцом. Он это не отрицает. Техническая ошибка (описка) в нумерации трудового договора при изготовлении его текста, а также заключение допсоглашения по истечении срока действия трудового договора сами по себе об их недействительности свидетельствовать не могут (определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 06.04.2021 по делу № 88-4163/2021).
Схожие выводы сделал суд и другом споре: ошибка в номере трудового договора в соглашении о расторжении трудового договора не свидетельствует о незаконности увольнения (определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 30.04.2020 по делу № 88-9816/2020).
Вы видите 20% этой статьи. Выберите свой вариант доступа
Купить эту статью
за 500 руб.
Подписаться на
журнал сейчас
Получать бесплатные
статьи на e-mail
Читайте все накопления сайта по своему профилю, начиная с 2010 г.
Для
этого оформите комплексную подписку на выбранный журнал на полугодие или год, тогда:
- его свежий номер будет ежемесячно приходить к вам по почте в печатном виде;
- все публикации на сайте этого направления начиная с 2010 г. будут доступны в течение
действия комплексной подписки.
А удобный поиск и другая навигация на сайте помогут вам быстро находить ответы на свои
рабочие вопросы. Повышайте свой профессионализм, статус и зарплату с нашей
помощью!
Рекомендовано для вас
- Свежие
- Посещаемые
Уважительные и неуважительные причины для прогула
Практика показывает, что после длительных
новогодних каникул дисциплина труда у работников начинает, мягко говоря, хромать. Нередко дело доходит и до постановки работодателем вопроса об увольнении злостных прогульщиков. В статье анализируем причины, которые закон и суды могут трактовать как уважительные или неуважительные применительно к возможности уволить за прогул. Рассказываем и о позиции Роструда по спорным моментам. Наша подборка различных оснований для квалификации отсутствия сотрудника на работе в качестве прогула поможет вам взвесить все риски увольнения нарушителя трудовой дисциплины, принять правильное решение и заручиться аргументами в свою пользу на случай конфликтной ситуации.
Алексей Каблучков
юрисконсульт ООО «Торговый Дом Авто Ресурс»,
канд. юрид. наук
Об уважительных для работников причинах
Трудовое законодательство в некоторых
нормах ссылается на уважительность причин и обстоятельств, которые должны учитываться при регулировании трудовых отношений. Как и любое другое оценочное суждение, понятие «уважительность» прямо в законе не раскрывается, его содержание наполняется определенным смыслом с учетом конкретных обстоятельств спора, поэтому лучше всего обратиться к анализу судебной практики по делам со схожими обстоятельствами. Наша подборка поможет вам сориентироваться как в типичных, так и нестандартных ситуациях, выбрать правильное решение в случае конфликта, избежать штрафов от проверяющих за нарушение трудового законодательства и изначально проигрышных судебных дел.
Александр Бычков
директор юридического департамента ООО
«Пимпэй Касса»
На что обращает внимание суд при увольнении по соглашению сторон
В кризисной ситуации все больше работодателей
задумываются о том, как наиболее безопасно увольнять сотрудников. Практически все основания, связанные с инициативой работодателя, являются опасными с точки зрения возможности оспорить законность и обоснованность их применения, а также влекут большие финансовые и временные издержки. Однако для таких ситуаций существует ст. 78 ТК РФ, устанавливающая возможность расторжения трудового договора по соглашению сторон. Данная норма довольно лаконична, но как показывает практика, некоторые работодатели применяют даже ее некорректно, из-за чего конфликты с работниками доходят до судов. Автор статьи – практикующий адвокат – разбирает алгоритм правильных действий работодателя, а также выделяет основные спорные моменты с акцентом на судебную практику. В частности, рассказывает, как правильно оформить соглашение об увольнении, как осуществить выплаты при увольнении по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, а также выделяет самые распространенные случаи споров, отмечая ошибки работодателей. Зная их, вы в это непростое время сможете расстаться с сотрудниками без риска их восстановления на работе.
Ксения Михайличенко
адвокат, руководитель практики трудового
права МКА «Солдаткин, Зеленая и Партнеры»
Разглашение персональных данных: за что можно уволить работника
Каждый день работодателю и его сотрудникам
приходится обрабатывать большое количество персональных данных как собственных кадров, так и сотрудников контрагентов, а также клиентов, иных третьих лиц. Количество споров об увольнениях за разглашение персональных данных с каждым годом увеличивается. На наш взгляд, это связано, во-первых, с возросшей ответственностью бизнеса в этой сфере, а также с тем, что работодатели стали более грамотными в вопросах установления порядка работы с персданными и начали принимать локальные нормативные акты, которые регулируют порядок работы с ними, и требовать выполнения правил от персонала. Одновременно с этим появились новые возможности «вычислить» лицо, которое подлежит привлечению к ответственности, возросло использование различных компьютерных программ по контролю распространения и передачи данных сотрудниками. Анализируем судебную практику за последние годы по вопросам увольнения сотрудников за разглашение персональных данных, чтобы вы могли использовать выводы из нее в своей работе.
Марина Дячук
ведущий юрист компании «Лексфорт», UBL Group
Когда суд восстановит на работе при увольнении по собственному желанию
Казалось бы, если работник сам написал
заявление об увольнении, то работодатель может быть спокоен и волноваться об обращении уже бывшего сотрудника в суд, как и о возможном восстановлении на работе, не стоит. Но не тут-то было, судебная практика знает немало примеров, когда после расставания с работником по его же собственной инициативе сторонам приходилось вновь встречаться в суде. Что может к этому привести и как этого не допустить? В статье проанализированы ситуации, когда работники ссылаются на давление и принуждение уволиться со стороны руководства; при приеме на работу кадровики требуют сразу написать заявление об увольнении с открытой датой; работодатель отказывается вернуть на работу беременную, не соглашается с отзывом сотрудником ранее поданного им заявления об увольнении по собственному желанию. Рассказываем, как кадровым службам реагировать на заявления со следующими формулировками: «прошу уволить по собственному желанию… в связи с нарушением трудовых прав со стороны руководства», «…по причине создания невыносимых условий труда», «.. в связи с ухудшением состояния здоровья в результате полученной на производстве травмы» и пр. А также что делать, если отправка работником отзыва ранее поданного им заявления об увольнении по почте произойдет до истечения срока предупреждения об увольнении, а письмо с отзывом придет работодателю уже после того, как оформлено увольнение работника.
Николай Яковлев
юрист практики трудового права юридической
фирмы «WatersOAG»
Уважительные и неуважительные причины для прогула
Практика показывает, что после длительных
новогодних каникул дисциплина труда у работников начинает, мягко говоря, хромать. Нередко дело доходит и до постановки работодателем вопроса об увольнении злостных прогульщиков. В статье анализируем причины, которые закон и суды могут трактовать как уважительные или неуважительные применительно к возможности уволить за прогул. Рассказываем и о позиции Роструда по спорным моментам. Наша подборка различных оснований для квалификации отсутствия сотрудника на работе в качестве прогула поможет вам взвесить все риски увольнения нарушителя трудовой дисциплины, принять правильное решение и заручиться аргументами в свою пользу на случай конфликтной ситуации.
Алексей Каблучков
юрисконсульт ООО «Торговый Дом Авто Ресурс»,
канд. юрид. наук
Судебные расходы в трудовых спорах
В ходе судебного разбирательства стороны
обычно несут расходы на ведение дела: оплата государственной пошлины за подачу иска и суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителей, иные траты. По общему правилу стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы (ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ). Однако не все работодатели в курсе, что это правило не распространяется на дела с участием граждан, обратившихся за защитой трудовых прав, даже если решение суда будет вынесено не в их пользу (ст. 393 ТК РФ). Согласно нормам трудового законодательства, при обращении в суд по любым трудовым спорам работники освобождаются от уплаты госпошлины и других судебных расходов. Это правило действует на всех стадиях обращения работника в судебные инстанции. Такой подход объясняется тем, что трудящийся считается наиболее уязвимым участником трудовых отношений. А потому ему предоставлены законом различные гарантии и льготы, в том числе и в рамках судебных процессов. В итоге может оказаться, что суд обойдется совсем не дешево. В статье рассказываем о том, всегда ли работники освобождаются от судебных расходов, в т. ч. как быть в ситуации, когда факт трудовых отношений так и не был доказан; может ли взыскавший с работника материальный ущерб работодатель требовать компенсировать ему судебные издержки, а также вправе ли работодатель заявить о взыскании с сотрудника госпошлины, уплаченной при подаче иска о компенсации расходов на обучение. Приводим руководящие постановления Пленума ВС РФ, а также текущую практику судов общей юрисдикции (в ряде вопросов она до сих пор неоднозначна). Разъясняем спорные ситуации, связанные с размерами госпошлины и порядком оплаты экспертизы. Узнаете, почему работодателю придется оплатить стоимость судебной экспертизы, назначенной по инициативе работника, даже если он проиграет в итоге дело.
Алексей Каблучков
юрисконсульт ООО «Торговый Дом Авто Ресурс»,
канд. юрид. наук
Мировое соглашение в трудовых спорах: в чем выгода и как заключить
Пандемия принесла в трудовые конфликты
одну особенность – суды стали все чаще настаивать на заключении мировых соглашений. Разберем, что из себя представляет мировое соглашение в трудовом споре с точки зрения процессуального законодательства, какие действия необходимо осуществить для его заключения, а также на конкретных кейсах рассмотрим случаи, когда работодателю намного выгоднее инициировать процедуру заключения мирового соглашения, чем ждать вынесения решения судом.
Ксения Михайличенко
адвокат, руководитель практики трудового
права МКА «Солдаткин, Зеленая и Партнеры»
За последние несколько лет законодательство РФ претерпело значительные изменения, которые связаны с упрощением многих важных процедур. В 2017 году вступил в силу новый Федеральный закон N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», ставший заменой сразу для двух Федеральных законов — N 122-ФЗ и N 221-ФЗ. Появился Единый государственный реестр недвижимости (ЕГРН), объединивший реестры со сведениями о кадастровом учете и о правах на недвижимое имущество. Данный закон в статье 61 подробно регламентирует порядок исправления возможных ошибок, выделяя различные виды ошибок: технические и реестровые.
В процессе осуществления государственной регистрации прав или кадастрового учета недвижимости сотрудник органа государственной регистрации при вводе данных об объектах недвижимости может случайно допустить опечатку или совершить другую ошибку (арифметическую, грамматическую и др.). В подобной ситуации считается, что произошла техническая ошибка, которая четко прописана в статье 61 Федерального закона N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости». Совершение подобных ошибок приводит к тому, что в Единый государственный реестр недвижимости вносят сведения, которые не соответствуют изначальной информации.
Tехнической ошибкой является описка, опечатка, грамматическая или арифметическая ошибка либо подобная ошибка, допущенная органом, осуществляющим государственную регистрацию прав при государственной регистрации права и приведшая к несоответствию сведений, внесенных в Единый государственный реестр прав, сведениям в документах, на основании которых вносились сведения в Единый государственный реестр прав.
В отличие от технической, реестровая ошибка свидетельствует о том факте, что межевой план, акт обследования или другой важный документ, информация из которого была внесена в ЕГРН, является первоначальным источником проблемы. Если перефразировать вышесказанное, то используемый документ уже содержал ошибку, которую продублировали в Единый государственный реестр недвижимости.
Техническая ошибка в записях исправляется по решению государственного регистратора прав с момента их обнаружения или получения от любого заинтересованного лица в письменной форме заявления об этом в трехдневный срок после обнаружения указанной ошибки. С письменным заявлением об исправлении технической ошибки в записях может обратиться любое заинтересованное лицо.
Данное заявление можно будет подать любым из предложенных способов:
1. Представить документы в многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг (МФЦ);
2. Отправить нотариально заверенные документы почтовым отправлением с описью вложения и уведомлением о вручении в офис Кадастровой палаты по месту нахождения объекта недвижимости.
3. На сегодняшний день заявление об исправлении технической ошибки в записях может быть подано заинтересованным лицом в форме электронного документа, заверенного усиленной квалифицированной электронной подписью заявителя или его представителя, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети «Интернет», включая единый портал государственных и муниципальных услуг.
После исправления технической ошибки в трехдневный срок орган, осуществляющий государственную регистрацию прав, информирует соответствующих участников отношений, возникающих при государственной регистрации прав в тот же срок об исправлении технической ошибки в записях.
Исправление технической ошибки в записях, допущенной при государственной регистрации прав, осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение, переход зарегистрированного права на объект недвижимого имущества. В ситуациях, когда существуют основания полагать, что исправление технической и реестровой ошибки может причинить вред или нарушить законные интересы правообладателей или третьих лиц, которые полагались на соответствующие записи, содержащиеся в ЕГРН, такое исправление производится только по решению суда. В суд с заявлением об исправлении технической и реестровой ошибки также вправе обратиться орган регистрации прав.
Таким образом, при обнаружении лучше исправить ошибку в Реестровых записях как можно раньше. И если проанализировать все возможные ситуации, когда техническая или реестровая ошибка сможет определенным образом навредить собственнику любого типа недвижимости, то легко прийти к вполне логичному выводу: законные владельцы недвижимого имущества больше всех заинтересованы в своевременном исправлении обнаруженных ошибок. А это значит, что они являются основными инициаторами обращения в суд или в государственные органы, занимающиеся регистрацией прав и кадастровым учетом недвижимости.
Оксана Воропаева, ведущий специалист-эксперт Межмуниципального Усть-Абаканского отдела Управления Росреестра по РХ
Н.
Д. Голев
Ошибка
или описка — что хуже? (к основаниям
теории функциональной орфографии
русского языка)
В
одной из предыдущих статей [1] нами был
поставлен и обоснован экспериментально1
довольно острый вопрос о помехообразующих
способностях ошибки и описки. Острота
этого вопроса заключается в том, что,
несмотря на очевидную более высокую
способность описок создавать помехи,
они рассматриваются как в обыденном,
так и в теоретическом сознании как менее
грубые (по сравнению с ошибками) нарушения
норм письменной речи; в соответствии с
этими представлениями опискам уделяется
мало внимания в методике и практике
преподавания русского языка в школе.
Коммуникативно-прагматическая постановка
вопроса резко противостоит основным
презумпциям традиционной концепции
русской орфографии и представлениям о
предназначенности орфографической
теории.
В
настоящей статье мы продолжаем, во-первых,
общетеоретическое обсуждение основных
аспектов очерченного противостояния
(в частности, в объективистскую картину
русской орфографии вводим когнитивный
параметр, предполагающий изучение того,
как орфографическая сфера письменной
речи отражается в языковом сознании
носителей русского языка) и, во-вторых,
— конкретное экспериментальное
исследование поставленных проблем,
входящих в сферу функциональной
орфографии русского языка (см.: [1-4]).
Наши
функциональные исследования принадлежат
к объективистскому направлению изучения
языка, в котором язык (и орфография, в
частности) во всех своих проявлениях
(и нормативном в том числе) рассматривается
как образование, существующее объективно
и функционирующее по законам
самоорганизующихся систем; такие законы
являются «вещью в себе» и подлежат
конкретно-исследовательскому изучению.
В
традиционной теории русской орфографии
сложилось столь много само собой
разумеющихся представлений о предназначении
и устройстве орфографической системы,
что весьма полезной для нее становится
такая исходная исследовательская
установка, при которой исследователь
как бы еще не знает, каковы орфографические
нормы обыденной письменной речи и чем
они обусловливаются; что такое принцип
орфографии, что такое основной принцип
орфографии и какой принцип орфографии
является основным в русском языке?2.
Объективистская модальность противостоит
модальности долженствования, характерной
для традиционной орфографической
теории. С позиций последней известный
спор об основном принципе орфографии
в сущности оказывается спором не о том,
какой принцип «есть», объективно
существует в русском языке, а о том,
какой принцип является в принципе
(априори!) «наилучшим», и, следовательно,
это спор, о том, какой принцип «должен
быть» в русской орфографии3. Априорным
утверждениям о том, что более всего
подходит пишущим на русском языке в
«орфографических» позициях:
фонетическое, фонематическое или
морфематическое письмо, на наш взгляд,
может быть противопоставлен подход,
при котором на эмпирическом материале
выясняется, как реально пишут и читают
рядовые носители языка в обыденных
ситуациях: пофонемно, поморфемно,
пословно и т.д.
И
такой подход к единицам, нормам, алгоритмам
письменной речи, по сути, мало чем
отличается от аналогичной постановки
вопроса по отношению к единицам (нормам,
алгоритмам) речи звуковой. Например,
вопрос о морфеме как «кванте речевой
деятельности» (А.А. Леонтьев) является
до сих пор открытым, и это обстоятельство
существенным образом способствует
развитию науки о языке, стимулируя
постановку принципиальных вопросов. К
примеру, Б.А. Гаспаров в своей новой
книге, написанной с позиций лингвистики
существования, еще раз подверг сомнению
«само собой разумеющиеся» положения
о том, что различительные свойства фонем
в реальной речи имею существенное
значение, что в речи активную роль играет
алгоритм производства и восприятия
слов «по морфемам» [5, с.51-64], автор
полагает, что подлинным квантом речевой
деятельности являются более крупные,
чем фонема, морфема или даже слово.
Возможно, это далеко не бесспорные
утверждения4. Однако, «свежий»
взгляд на самые общие и глубинные
проблемы, не осложненный «образами»
«неуместных» вопросов или
«самоочевидных» ответов, необходим
для нормальной жизнедеятельности любой
лингвистической концепции5. На этом
фоне достаточно явственно предстает
тот факт, что традиционная теория
орфографии «стремится» стать
исключением в этом аспекте.
Орфографическая
сфера языка как его объективное
образование определяется тем
обстоятельством, что она обеспечивает
прежде всего взаимопонимание участников
письменной коммуникации. С этих позиций
естественным становится следующее
предположение (требующее
конкретно-исследовательского
подтверждения): все, что находится за
пределами простого, удобного и достаточного
для взаимопонимания общения имеет
тенденцию становиться нерелевантным
для естественной письменной речи;
настаивание на априорно установленных
нормах и алгоритмах, не подтвержденных
заранее установленными потребностями
письменного общения, могут превратить
достижение декларируемых требований
в орфографическую «самоцель»6.
Взаимопонимание
предполагает признание фундаментальной
роли в орфографической деятельности
позиции читающего, ради коммуникативных
удобств которого в обычных условиях
пишущий и прибегает к орфографическим
алгоритмам7. Если что-либо из созданного
пишущим не замечается пишущим, то это
означает, что речевые усилия первого
были коммуникативно невостребованными
(=нерелевантными для данного коммуникативного
акта, а в перспективе — по отношению к
соответствующим орфограммам — и для
всей орфографической системы). В этом
смысле для функциональной объективистской
орфографии принципиально значим
следующий тезис: «Пока мы не замечаем
той или иной стороны языка, можно быть
уверенным, что построение ее соответствует
нормам употребления» [7, с.63]. Ср. в этой
связи следующую важную в данном аспекте
оппозицию письменной речи — ошибок и
описок. «Описка отличается от
орфографической ошибки, и очень резко.
Если человек сделал ошибку, то он может
десятки раз спокойно перечитать текст,
видеть свою ошибку — и все же не заметить
и не исправить. Или исправить, лишь
припомнив орфографическое правило,
иногда с трудом. Описку при внимательном
чтении сам пишущий замечает без всяких
правил» (выделено нами. — Н.Г.) [8, с.73].
Квалификация данного факта в рамках
функциональной орфографии предполагает
существенно другую модальность: то, что
мы не замечаем ошибок — свидетельствует
об их меньшей помехообразующей силе и
меньшем противоречии нормативному
письму; в некотором смысле ошибки даже
предполагаются языковой системой, так
как связаны с системно слабыми позициями,
допускающими варьирование без особых
помех для взаимопонимания; описки
нарушают сильные позиции, и потому они
более грубые (см. об этом [2, c. 53-54]).
Принцип
«замечаемости» вообще мало изучается
в современной лингвистике. Нетрудно
предположить, что помимо указанной
причины «незамечаемости», связанной
с востребованным, нормальным, нормативным,
спонтанно-автоматическим действием
языко-речевого механизма, может иметь
место и противоположная причина: то или
иное явление не замечается в силу
коммуникативной невостребованности.
Традиционная теория орфографии,
обслуживающая идею (можно сказать — и
идеал) обязательного для всех видов
письменной речи единообразия тех или
иных написаний, исходит из посылки
«замечания» всех «ошибкоопасных»
позиций: без этого система орфографических
правил, обеспечивающая названный идеал,
была бы недействующей, недейственной.
Такая теория оставляет без внимания то
обстоятельство, что «замечаемость»
разных неправильных написаний (слов,
морфем, типов слов и морфем) весьма
различна и что масса случаев, приближающихся
к полюсу «незамечаемости», составляет
отнюдь не периферию орфографической
деятельности.
Традиционная
теория орфографии, уверенная в
необходимости обеспечить идеал
«стопроцентного» единообразия
написаний, мало интересуется реальными
речевыми процессами письменной
деятельности в ее орфографическом
блоке. Модальность долженствования,
вытесняющая модальность реального
бытия, делает избыточным
конкретно-исследовательские (в том
числе экспериментальные) решения
принципиальных вопросов обыденной
орфографической деятельности, тогда
как без них развитие «объективистской
орфографии» принципиально невозможно.
В первую очередь это касается
социолингвистического, психолингвистического
и когнитивного аспектов функциональной
орфографии.
Далее
мы представляем результаты
социолингвистического эксперимента,
поставленного нами в рамках заочного
тура краевой олимпиады для выпускников
средних школ. Среди прочих заданий было
следующее. Чем по существу отличается
описка от ошибки? Почему к описке
отношение снисходительное, а к ошибке
— нет? Проанализируйте различия описки
и ошибки с точки зрения их большей или
меньшей способности создавать помехи
взаимопониманию между автором текста
и его адресатом. Найдите в тексте заданий
описки.
Теоретическая
«преамбула» задания очерчена выше:
описки, небрежности в каллиграфии и
плохой почерк обладают значительно
большими помехообразующими способностями
при восприятии текста, чем орфографические
ошибки, хотя отношение к ним в школьной
и вузовской практике (например, при
проверке абитуриентских сочинений и
изложений) достаточно снисходительное.
Описки в большей мере нарушают важнейшие
коммуникативные требования письменной
речи, они существенно мешают восприятию
(идентификации) слов. Описка нарушает
языковые правила (внутренний код языка),
а ошибка нарушает метаязыковые правила,
именно по отношению к ним описка
оценивается как нечто негрубое,
оправданное, требующее понимания и
снисходительности к пишущему, а ошибка
рассматривается как явление недопустимое.
Как представляется, такое отношение
проявлено и в приводимом выше высказывании
М. В. Панова о различии ошибок и описок
по их свойству быть замеченными и о
необходимости для замечания ошибок
знания правил. По сути, такие оценки
возникают на морально-пуристической
шкале, тогда как коммуникативно-прагматический
параметр оценки не востребован в теории
орфографии, а через нее — и в орфографической
практике. Данные соображения «навеяли»
данное задание в олимпиаде.
Ответы
на предложенные в олимпиаде вопросы
содержат информацию двоякого рода:
онтологическую (отражение узуальных
норм и алгоритмов обыденной письменной
речи) и гносеологическую (представление
говорящих о русском языке, его нормах,
их предназначении и т.п.). Далее мы
проанализируем гносеологическую сторону
вопроса. Предметом анализа при таком
подходе становится когнитивный план
орфографической деятельности, в
частности, метаязыковой компонент
обыденного языкового сознания. В ходе
его анализа выясняется,, каким образом
в языковом сознании рядовых носителей
языка отражаются представлении,
во-первых, о назначении орфографии, ее
устройстве и функционировании и, во
вторых, о влиянии орфографии на
представлении о русском языке. В последнем
случае наибольший интерес представляет
такой уникальный феномен, как
офрографоцентризм обыденного метаязыкового
сознания носителей русского языка.
Коммуникативно-прагматический
акцент в представленном олимпиадном
задании весьма «жесток». Это
потребовало от испытуемых более
осознанного отношения к функциональной
значимости графики и орфографии.
Большинство школьников вполне осознанно
склонялось к тому, что описка значительно
более мешает восприятию и пониманию
текста, чем орфографическая ошибка. Вот
несколько характерных суждений. «Описки
служат серьезной преградой в понимании
того или иного слова в тексте. Описка,
как правило, нелепа и ставит читателя
в тупик. Например, вместо слова УТКА
можно написать ДТКА. Понять, что хотел
сказать автор, очень трудно. Ошибки же
создают меньшие помехи взаимопониманию
автора и адресата, они не нарушают смысла
слов, хотя бывают и исключения». Многое
здесь подмечено верно, хотя вряд ли речь
должна идти о нарушениях именно смысла.
«Сравним: 1) Но ни красота ее ни молость
не принесли ей счастья (описка) и 2) Но
ни красота ее не моладость не принесли
ей счастья (ошибка). В первом случае
можно лишь по смыслу всего предложения
угадать смысл слова, во втором смысл
слова не искажен» И здесь точнее было
бы говорить об искажении формы, а не
смысла. «Описки в большей мере способны
создавать помехи во взаимопонимании
автора и адресата, так как при описке
нарушается звуковой облик слов. Ошибки
же произношение практически не меняют..»
Думается, что это справедливое наблюдение;
если его продолжить, то получится: через
произношение слово легко угадывается.
Впрочем, это, скорее гипотеза, нуждающаяся
в экспериментальной проверке.
Тем
не менее понимание высоких помехообразующих
способностей описок не мешало учащимся
согласиться, с одной стороны, с традиционно
снисходительным отношением к ним и тем,
кто их делает. «Описка не характеризует
грамотности учащихся, поэтому отношение
к описке снисходительнее» Именно так
— узко и догматично, или — иначе —
орфографоцентристски, понимается
грамотность, культура речи в школе;
современные представления о ценностях
устной и письменной речи значительно
шире и содержательнее (см. об этом,
например [9]). Но самые емкие определения
описки в этом аспекте, пожалуй, такие —
«невинная случайность» и «простительная
небрежность» — так сказать, милый
пустячок. Любопытна следующая защитительная
речь по отношению к описке: «Описка
— процесс неосознанный, без участия
нашего мышления, а все, что делается
бессознательно, не подвергается
наказанию. Например, преступления
совершенные преступниками психически
больными, не наказываются. Невозможно
обвинить человека в описке. Чего не
скажешь об ошибке» И лишь в одной
работе автор сурово осудил именно
описки: «Читатель теряет уважение к
автору, видя описки. Значит текст написан
торопясь, без души».
С
другой стороны, старшеклассники дружно
осуждали ошибки и ошибающихся, но уже
с других позиций. Эта смена регистра
логики, конечно, обусловлена сильным и
многолетним давлением установок
школьного курса русского языка с его
преувеличенным вниманием к орфографическим
ценностям, поддерживаемым вузовской
практикой вступительных экзаменов и
т.п. Именно в школьном курсе ослабленная
функциональная мотивация необходимости
орфографически единообразного написания
слов компенсируется мощной общегуманитарной
риторикой. Это и отражают суждения,
высказанные при выполнении олимпиадного
задания. Уже не результат (коммуникативный
успех или неуспех), а причины (мотивы)
генезиса противопоставляют описку и
ошибку на аксиологической шкале, полюса
которой составляют такие причины
(мотивы), как «невнимательность»
(описка) и «незнание» (ошибка). Отсюда
склонность к морально-пуристическим
оценкам ошибки. «Конечно, смысл слова
будет понятен, но (в этом «но» вся
суть! — Н.Г.) ведь возникнет некоторая
напряженность в доверии к человеку,
который допускает такие непростительные
ошибки» (речь шла о написании РЕМЕНЬ
через И)8.
Нужно
отметить и другие аспекты оппозиции
ошибки и описки, отмечаемые участниками
олимпиады, например, аспект «случайное
— закономерное»: «Ошибка совершается
всегда, постоянно, описка — только один
или два раза»; «Кто-то написал САС
вместо САД, но в следующий раз он напишет
это слово правильно». «Описка
делается случайно, поэтому отношение
к ней снисходительное». Действительно,
слабая позиция является причиной того,
что на ней регулярно «спотыкаются»,
что и делает ошибку в написании
определенных (или типовых) слов, морфем
повторяющейся. «Описки искажают
графический облик слова, а орфографические
ошибки нарушают нормы правописания».
Каждое в отдельности суждение понятно,
но их оппозиция здесь, кажется, «неуместна».
Отклонение
от единого функционального основания
ведет к разнице критериев оценки и часто
сопровождается мало нелогичными,
эклектическими суждениями, в которых
противопоставляются, скажем, рассеянность
(описка) и неправильность (ошибка) или
трансформируются причинно следственные
связи планов выражения и содержания.
Вот типичный пример рассуждений по
поводу необходимости быть требовательным
к ошибке («доказывает грамотность»)
и описки («просто техническая
оплошность, поэтому к ней снисходят»).
«Например, Иван стал приемником
Василия. В предложении допущена ошибка
в написании приставки. Автор не знает,
что приставка ПРИ в этом слове (ПРИЕМНИК)
придает лексическое значение принимать
сигналы из эфира. Допущенная ошибка
меняет смысл всей фразы. Описка в слове
ДЕКАБРЯ, например, ДЕАБРЯ не вносит
никаких смысловых затруднений» —
здесь мы видим еще одни пример на тему
гипертрофирования интерпретационной
функции русского правописания (см. о
ней: [1, с.38-42; 4]) и ее отражения в обыденном
метаязыковом сознании, порожденном все
тем же «орфографоцентризмом».
СТ 29.12.1 КоАП РФ
1. Судья, орган, должностное лицо, вынесшие постановление, определение по делу об административном правонарушении, по заявлению лиц, указанных в статьях 25.1 — 25.5.1, 25.11 настоящего Кодекса, судебного пристава-исполнителя, органа, должностного лица, исполняющих постановление, определение по делу об административном правонарушении, или по своей инициативе вправе исправить допущенные в постановлении, определении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения содержания постановления, определения.
2. Исправление описок, опечаток и арифметических ошибок в постановлении, решении, принятых по результатам рассмотрения жалоб, протестов на постановление, решение по делу об административном правонарушении, производится в порядке, установленном настоящей статьей.
3. Исправление описки, опечатки или арифметической ошибки производится в виде определения.
4. Копия определения об исправлениях, внесенных в постановление, определение по делу об административном правонарушении, копия определения об исправлениях, внесенных в постановление, решение, принятые по результатам рассмотрения жалоб, протестов на постановление, решение по делу об административном правонарушении, в течение трех дней со дня вынесения соответствующего определения направляются лицам, указанным в статьях 25.1 — 25.5.1, 25.11 настоящего Кодекса, судебному приставу-исполнителю, органу, должностному лицу, исполняющим постановление, определение по делу об административном правонарушении, в случае подачи ими соответствующего заявления.
5. Копия вынесенного судьей определения об исправлениях, внесенных в постановление по делу об административном правонарушении, направляется должностному лицу, составившему протокол об административном правонарушении, в течение трех дней со дня вынесения соответствующего определения.
Комментарий к Ст. 29.12.1 Кодекса об Административных Правонарушениях РФ
1. Комментируемая статья является важной гарантией законности вынесенных судьей, органом, должностным лицом постановлений и определений при рассмотрении дела об административном правонарушении. Положения данной статьи также непосредственным образом обеспечивают правильное и своевременное исполнение вынесенных постановлений и определений по каждому делу об административном правонарушении.
Аналогичные правовые механизмы предусмотрены и давно действуют в рамках гражданского (ст. 200 ГПК РФ), арбитражного (ст. 179 АПК РФ) и уголовного (п. 15 ст. 397 УПК РФ) судопроизводств. Важным условием при этом является внесение исправлений в постановление или определение без изменения их содержания, т.е. исправление носит технический характер и не затрагивает изменения правовых выводов, а также не касается фактических обстоятельств дела об административном правонарушении. При исправлении описок, опечаток и арифметических ошибок не могут быть внесены изменения в описание фактических обстоятельств дела, в оценку доказательств, в указания о применении или неприменении законов или иных нормативных правовых актов, в мотивы признания виновности или невиновности лица, в результаты разрешения ходатайств участников производства по делу об административном правонарушении.
2. С инициативой об исправлении описок, опечаток и арифметических ошибок могут выступать три группы субъектов:
Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
1) лица, непосредственно участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, к ним относятся: лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении (ст. 25.1 КоАП РФ), потерпевший (ст. 25.2 КоАП РФ), законные представители физического лица (ст. 25.3 КоАП РФ), законные представители юридического лица (ст. 25.4 КоАП РФ), защитники и представители (ст. 25.5 КоАП РФ), Уполномоченный при Президенте РФ по защите прав предпринимателей (ст. 25.5.1 КоАП РФ), прокурор (ст. 25.11 КоАП РФ);
2) лица, исполняющие постановление или определение по делу об административном правонарушении, к ним относятся: судебный пристав-исполнитель, должностные лица, на которых законом возлагается обязанность по исполнению постановлений и определений по делу об административном правонарушении;
3) судья, орган, должностное лицо, вынесшие постановление и определение по данному делу об административном правонарушении.
3. Согласно процедуре, установленной в ч. 1 комментируемой статьи, лица, непосредственно участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, судебный пристав-исполнитель, должностные лица, исполняющие постановление, определение по делу об административном правонарушении, должны обратиться с заявлением к судье, в коллегиальный орган, к должностному лицу, рассматривавшим дело об административном правонарушении. В заявлении указываются судья, орган, должностное лицо, вынесшие постановление, определение по делу об административном правонарушении, процессуальный статус заявителя и ошибки (описки, опечатки), подлежащие исправлению.
4. Ввиду того что КоАП РФ не предусматривает сроков обращения к судье, в коллегиальный орган, к должностному лицу с заявлением об исправлении ошибок, опечаток и арифметических ошибок, то после фактического исполнения постановления, определения по делу об административном правонарушении или истечения срока на принудительное исполнение постановления в данных действиях нет необходимости, следовательно, указанный способ устранения неполноты постановления, определения может быть применен до этих моментов.
5. В правоприменительной практике встречаются случаи, когда судья, орган, должностное лицо, вынесшие постановление, определение, на момент обращения с заявлением уже не исполняют полномочия (в связи с переходом на другую работу, на другую территорию или местность, увольнением, длительным пребыванием в отпуске и т.п.). В этом случае необходимо обратиться с заявлением к тому судье, должностному лицу, которые замещают полномочия выбывшего должностного лица (судьи) либо на которых возложено временное исполнение полномочий данного должностного лица, судьи. Аналогичным образом следует поступать и в случае реорганизации государственного органа исполнительной власти.
6. Необходимо четко и правильно применять термины, указанные в комментируемой статье.
Под термином «описка», как правило, понимается техническая ошибка, допущенная при подготовке рукописного текста постановления, определения, рукописного заполнения бланка постановления, определения.
Под термином «опечатка», как правило, понимается неправильное написание слова, названия, цифры или неверная постановка знака препинания, допущенные при изготовлении постановления, определения с помощью технических средств.
Арифметические ошибки, как правило, могут быть связаны с неправильным совершением арифметического действия при сложении, вычитании, умножении, делении цифр, носят явный характер и обнаруживаются при повторном подсчете при тех же исходных данных.
Не считается арифметической ошибкой, если расчет, по существу, произведен неверно, т.е. когда избран совершенно другой принцип расчета, например, размер штрафа исчислялся не в соответствии с кратной величиной, установленной ч. 1 ст. 3.5 КоАП РФ.
По нашему мнению, нельзя квалифицировать следующие действия как исправление описок, опечаток и арифметических ошибок: изменение мотивировочной части постановления по делу об административном правонарушении; исключение правового вывода из мотивировочной части постановления, определения; замена норм права, на которые ссылается судья, орган, должностное лицо при вынесении постановления, определения; исправление резолютивной части постановления по делу об административном правонарушении, в результате которого назначается большее или меньшее административное наказание, а равно другое административное наказание; исправление опечатки, повлекшее признание «виновным» вместо «невиновным» лица, и наоборот; внесение в вводную и резолютивную части постановления, определения пропущенных фамилий должностных лиц коллегиального органа; внесение в вводную часть постановления, определения фамилий пропущенных участников производства по делу об административном правонарушении.
7. Согласно ч. 2 комментируемой статьи положения этой статьи распространяются на порядок внесения исправлений описок, опечаток и арифметических ошибок в решения и постановления, выносимые по результатам рассмотрения жалоб, протестов на постановление, решение по делу об административном правонарушении.
8. Исправление описки, опечатки или арифметической ошибки производится в виде определения. В определении об исправлении описки, опечатки или арифметической ошибки указывается, по чьей инициативе оно выносится; в чем заключается допущенная ошибка в определении, постановлении; какими документами (доказательствами) подтверждается правильность внесения исправлений в определение, постановление. В остальном оно должно соответствовать требованиям ст. 29.12 КоАП РФ.
9. Комментируемая статья не предусматривает проведение заседания для принятия определения о внесении исправлений описок, опечаток и арифметических ошибок. Вместе с тем для обеспечения законных прав и интересов участников производства по делу об административном правонарушении в ч. 4 комментируемой статьи закреплена гарантия об извещении этих лиц о вынесении подобного определения.
К сожалению, положения ч. 4 анализируемой статьи имеют не совсем ясную формулировку. С одной стороны, положения статьи говорят о том, что копия определения об исправлениях, внесенных в постановление, определение по делу об административном правонарушении, копия определения об исправлениях, внесенных в постановление, решение, принятые по результатам рассмотрения жалоб, протестов на постановление, решение по делу об административном правонарушении, в течение трех дней со дня вынесения соответствующего определения направляются участникам производства по делу об административном правонарушении только в случае подачи ими соответствующего заявления. С другой стороны, если такое определение выносится по инициативе самого судьи, органа, должностного лица, рассматривавших дело об административном правонарушении, при отсутствии извещения участников производства по делу об административном правонарушении о рассмотрении данного вопроса, то вряд ли такое положение дел должно быть признано законным, так как никто и не узнает о вынесении такого определения. Тем самым будут грубо нарушены права участников производства по делу об административном правонарушении, предусмотренные ст. ст. 25.1 — 25.5.1, 25.11 КоАП РФ.
Следовательно, по нашему мнению, копия определения об исправлениях, внесенных в определение, постановление и решение, должна в обязательном порядке направляться лицам, указанным в ст. ст. 25.1 — 25.5.1, 25.11 КоАП РФ.
Относительно других лиц: судебного пристава-исполнителя, органа, должностного лица, исполняющих постановление, определение по делу об административном правонарушении, копия определения об исправлениях, внесенных в определение, постановление и решение, должна направляться в следующих случаях:
1) по заявлению судебного пристава-исполнителя, органа, должностного лица, исполняющих постановление, определение по делу об административном правонарушении;
2) когда инициатива о вынесении такого определения исходила от судебного пристава-исполнителя, органа, должностного лица, исполняющих постановление, определение по делу об административном правонарушении;
3) в обязательном порядке, если исправление касается правильного исполнения определения, постановления, решения.
10. В соответствии с п. 5 комментируемой статьи при вынесении определения об исправлениях судьей копия этого документа в обязательном порядке в течение трех дней направляется должностному лицу, составившему протокол об административном правонарушении.
11. Статья 30.1 КоАП РФ не предусматривает право на обжалование определений об исправлениях, внесенных в постановление, определение по делу об административном правонарушении, постановление, решение, принятых по результатам рассмотрения жалоб, протестов на постановление, решение по делу об административном правонарушении.
Однако в гражданском, арбитражном и уголовном судопроизводствах подобные определения могут подлежать обжалованию путем подачи частной жалобы в вышестоящую инстанцию.
В силу ст. 18 Конституции РФ, согласно которой права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием, распространяются непосредственно как на само законодательство об административных правонарушениях, так и на соответствующие правоприменительные акты органов исполнительной власти и их должностных лиц, а также на судебные решения.
Как отмечается в п. 2 Постановления Конституционного Суда РФ от 13.07.2010 N 15-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 188 Уголовного кодекса Российской Федерации, части 4 статьи 4.5, части 1 статьи 16.2 и части 2 статьи 27.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобами граждан В.В. Баталова, Л.Н. Валуевой, З.Я. Ганиевой, О.А. Красной и И.В. Эпова», неточность, неясность и неопределенность закона порождают возможность неоднозначного истолкования и, следовательно, произвольного его применения, что противоречит конституционным принципам равенства и справедливости, из которых вытекает обращенное к законодателю требование определенности, ясности, недвусмысленности правовых норм и их согласованности в системе действующего правового регулирования; в противном случае может иметь место противоречивая правоприменительная практика, что ослабляет гарантии государственной защиты прав, свобод и законных интересов граждан.
Частью 1 ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (ч. 2 указанной статьи).
На наш взгляд, отсутствие надлежащих механизмов судебного контроля за порядком вынесения определений об исправлении вынесенных постановлений и определений в законодательстве об административных правонарушениях не исключает возможность судебной проверки жалоб на действия и решения судьи, органа, должностного лица, рассматривающих дело об административном правонарушении. Таким образом, к рассмотрению жалоб на подобные определения должен применяться порядок, установленный гл. 30 КоАП РФ.
Другой комментарий к Статье 29.12.1 КоАП РФ