Ошибка апелляции к природе

Натуралистическая ошибка или апелляция к природе это логическая ошибка, суть которой состоит в том, что естественные явления объявляются благоприятными, а неестественные — негативными лишь на основании их наличия в природе. Креационисты часто допускают данную ошибку в отношении естественного отбора («выживание сильнейших») в рамках непрекращающейся антиэволюционной пропаганды. В природе слабейшие (менее приспособленные) умирают, следовательно, натуралистическая ошибка призывает отменить благотворительность и здравоохранение, позволить бедным и больным людям умереть, или даже истребить слабых.

Данная ошибка также используется в аргументах против генной инженерии, в аргументах за натуральные продукты (которые, кстати, таковыми не являются, будучи подвергнутыми искусственному отбору) и за нетрадиционную медицину. Также часто встречается при обсуждении гомосексуальности и других альтернативных образов жизни.

Примеры

• Клонирование и генная инженерия ошибочны, потому что они неестественны.
• Моральные аргументы в пользу вегетарианства необоснованны, так как в природе животные часто питаются другими животными.
• Гомосексуальность это (не-) хорошо потому что это (не-) естественно.
• Вакцина от оспы это неестественно и, значит, плохо, оспа — это естественно и, значит, хорошо.

Креационисты часто утверждают, что эволюция…

• …приводит к социальному дарвинизму
• …является основой аморального мировоззрения
• …поощряет распущенность и похоть
• …учит, что человек — животное и что можно вести себя соответственно
• …является расизмом
• …утверждает, что поведение и мысли человека продиктованы его биологией и окружающей средой
• …и выживание наиболее приспособленных подразумевают возможность вершить самосуд
• …приводит к одобрению гомосексуализма

См. также

• Аргумент к последствиям

Внешние ссылки

• Страница ЭвоВики данной ошибки [1].

From Wikipedia, the free encyclopedia

For the claim that something is good or right because it is natural (or bad or wrong because it is unnatural), see Appeal to nature.

In philosophical ethics, the naturalistic fallacy is the claim that any reductive explanation of good, in terms of natural properties such as pleasant or desirable, is false. The term was introduced by British philosopher G. E. Moore in his 1903 book Principia Ethica.^[1]

Moore’s naturalistic fallacy is closely related to the is–ought problem, which comes from David Hume’s A Treatise of Human Nature (1738–40). However, unlike Hume’s view of the is–ought problem, Moore (and other proponents of ethical non-naturalism) did not consider the naturalistic fallacy to be at odds with moral realism.

The naturalistic fallacy should not be confused with the appeal to nature, which is exemplified by forms of reasoning such as «Something is natural; therefore, it is morally acceptable» or «This property is unnatural; therefore, this property is undesirable.» Such inferences are common in discussions of medicine, sexuality, environmentalism, gender roles, race, and carnism.

Different common uses[edit]

The is–ought problem[edit]

The term naturalistic fallacy is sometimes used to describe the deduction of an ought from an is (the is–ought problem).^[2] This usually takes the form of saying that If people do something (e.g., eat three times a day, smoke cigarettes, dress warmly in cold weather), then people ought to do that thing. It becomes a naturalistic fallacy when the is–ought problem («People eat three times a day, so it is morally good for people to eat three times a day») is justified by claiming that whatever practice exists is a natural one («because eating three times a day is pleasant and desirable»).

In using his categorical imperative, Kant deduced that experience was necessary for its application. But experience on its own or the imperative on its own could not possibly identify an act as being moral or immoral. We can have no certain knowledge of morality from them, being incapable of deducing how things ought to be from the fact that they happen to be arranged in a particular manner in experience.

Bentham, in discussing the relations of law and morality, found that when people discuss problems and issues they talk about how they wish it would be, instead of how it actually is. This can be seen in discussions of natural law and positive law. Bentham criticized natural law theory because in his view it was a naturalistic fallacy, claiming that it described how things ought to be instead of how things are.

Moore’s discussion[edit]

According to G. E. Moore’s Principia Ethica, when philosophers try to define good reductively, in terms of natural properties like pleasant or desirable, they are committing the naturalistic fallacy.

…the assumption that because some quality or combination of qualities invariably and necessarily accompanies the quality of goodness, or is invariably and necessarily accompanied by it, or both, this quality or combination of qualities is identical with goodness. If, for example, it is believed that whatever is pleasant is and must be good, or that whatever is good is and must be pleasant, or both, it is committing the naturalistic fallacy to infer from this that goodness and pleasantness are one and the same quality. The naturalistic fallacy is the assumption that because the words ‘good’ and, say, ‘pleasant’ necessarily describe the same objects, they must attribute the same quality to them.^[3]

In defense of ethical non-naturalism, Moore’s argument is concerned with the semantic and metaphysical underpinnings of ethics. In general, opponents of ethical naturalism reject ethical conclusions drawn from natural facts.

Moore argues that good, in the sense of intrinsic value, is simply ineffable: it cannot be defined because it is not a natural property, being «one of those innumerable objects of thought which are themselves incapable of definition, because they are the ultimate terms by reference to which whatever ‘is’ capable of definition must be defined».^[4] On the other hand, ethical naturalists eschew such principles in favor of a more empirically accessible analysis of what it means to be good: for example, in terms of pleasure in the context of hedonism.

That «pleased» does not mean «having the sensation of red», or anything else whatever, does not prevent us from understanding what it does mean. It is enough for us to know that «pleased» does mean «having the sensation of pleasure», and though pleasure is absolutely indefinable, though pleasure is pleasure and nothing else whatever, yet we feel no difficulty in saying that we are pleased. The reason is, of course, that when I say «I am pleased», I do not mean that «I» am the same thing as «having pleasure». And similarly no difficulty need be found in my saying that «pleasure is good» and yet not meaning that «pleasure» is the same thing as «good», that pleasure means good, and that good means pleasure. If I were to imagine that when I said «I am pleased», I meant that I was exactly the same thing as «pleased», I should not indeed call that a naturalistic fallacy, although it would be the same fallacy as I have called naturalistic with reference to Ethics.

In §7, Moore argues that a property is either a complex of simple properties, or else it is irreducibly simple. Complex properties can be defined in terms of their constituent parts but a simple property has no parts. In addition to good and pleasure, Moore suggests that colour qualia are undefined: if one wants to understand yellow, one must see examples of it. It will do no good to read the dictionary and learn that yellow names the colour of egg yolks and ripe lemons, or that yellow names the primary colour between green and orange on the spectrum, or that the perception of yellow is stimulated by electromagnetic radiation with a wavelength of between 570 and 590 nanometers, because yellow is all that and more, by the open question argument.

Bernard Williams called Moore’s use of the term naturalistic fallacy, a «spectacular misnomer», the question being metaphysical, as opposed to rational.^[5]

Appeal to nature[edit]

Some people use the phrase, naturalistic fallacy or appeal to nature, in a different sense, to characterize inferences of the form «Something is natural; therefore, it is morally acceptable» or «This property is unnatural; therefore, this property is undesirable.» Such inferences are common in discussions of medicine, homosexuality, environmentalism, and veganism.

The naturalistic fallacy is the idea that what is found in nature is good. It was the basis for social Darwinism, the belief that helping the poor and sick would get in the way of evolution, which depends on the survival of the fittest. Today, biologists denounce the naturalistic fallacy because they want to describe the natural world honestly, without people deriving morals about how we ought to behave (as in: If birds and beasts engage in adultery, infanticide, cannibalism, it must be OK).

Criticism[edit]

Some philosophers reject the naturalistic fallacy and/or suggest solutions for the proposed is–ought problem.

Bound-up functions[edit]

Ralph McInerny suggests that ought is already bound up in is, insofar as the very nature of things have ends/goals within them. For example, a clock is a device used to keep time. When one understands the function of a clock, then a standard of evaluation is implicit in the very description of the clock, i.e., because it is a clock, it ought to keep the time. Thus, if one cannot pick a good clock from a bad clock, then one does not really know what a clock is. In like manner, if one cannot determine good human action from bad, then one does not really know what the human person is.^{[7][page needed]}

Irrationality of anti-naturalistic fallacy[edit]

Certain uses of the naturalistic fallacy refutation (a scheme of reasoning that declares an inference invalid because it incorporates an instance of the naturalistic fallacy) have been criticized as lacking rational bases, and labelled anti-naturalistic fallacy.^{[8][page needed]} For instance, Alex Walter wrote:

«The naturalistic fallacy and Hume’s ‘law’ are frequently appealed to for the purpose of drawing limits around the scope of scientific inquiry into ethics and morality. These two objections are shown to be without force.»^[9]

The refutations from naturalistic fallacy defined as inferring evaluative conclusions from purely factual premises^[10] do assert, implicitly, that there is no connection between the facts and the norms (in particular, between the facts and the mental process that led to adoption of the norms).

Effects of putative necessities[edit]

The effect of beliefs about dangers on behaviors intended to protect what is considered valuable is pointed at as an example of total decoupling of ought from is being impossible. A very basic example is that if the value is that rescuing people is good, different beliefs on whether or not there is a human being in a flotsam box leads to different assessments of whether or not it is a moral imperative to salvage said box from the ocean. For wider-ranging examples, if two people share the value that preservation of a civilized humanity is good, and one believes that a certain ethnic group of humans have a population level statistical hereditary predisposition to destroy civilization while the other person does not believe that such is the case, that difference in beliefs about factual matters will make the first person conclude that persecution of said ethnic group is an excusable «necessary evil» while the second person will conclude that it is a totally unjustifiable evil. The same is also applicable to beliefs about individual differences in predispositions, not necessarily ethnic. In a similar way, two people who both think it is evil to keep people working extremely hard in extreme poverty will draw different conclusions on de facto rights (as opposed to purely semantic rights) of property owners depending on whether or not they believe that humans make up justifications for maximizing their profit, one who believes that people do concluding it necessary to persecute property owners to prevent justification of extreme poverty while the other person concludes that it would be evil to persecute property owners. Such instances are mentioned as examples of beliefs about reality having effects on ethical considerations.^[11][12]

Inconsistent application[edit]

Some critics of the assumption that is-ought conclusions are fallacies point at observations of people who purport to consider such conclusions as fallacies do not do so consistently. Examples mentioned are that evolutionary psychologists who gripe about «the naturalistic fallacy» do make is-ought conclusions themselves when, for instance, alleging that the notion of the blank slate would lead to totalitarian social engineering or that certain views on sexuality would lead to attempts to convert homosexuals to heterosexuals. Critics point at this as a sign that charges of the naturalistic fallacy are inconsistent rhetorical tactics rather than detection of a fallacy.^[13][14]

Universally normative allegations of varied harm[edit]

A criticism of the concept of the naturalistic fallacy is that while «descriptive» statements (used here in the broad sense about statements that purport to be about facts regardless of whether they are true or false, used simply as opposed to normative statements) about specific differences in effects can be inverted depending on values (such as the statement «people X are predisposed to eating babies» being normative against group X only in the context of protecting children while the statement «individual or group X is predisposed to emit greenhouse gases» is normative against individual/group X only in the context of protecting the environment), the statement «individual/group X is predisposed to harm whatever values others have» is universally normative against individual/group X. This refers to individual/group X being «descriptively» alleged to detect what other entities capable of valuing are protecting and then destroying it without individual/group X having any values of its own. For example, in the context of one philosophy advocating child protection considering eating babies the worst evil and advocating industries that emit greenhouse gases to finance a safe short term environment for children while another philosophy considers long term damage to the environment the worst evil and advocates eating babies to reduce overpopulation and with it consumption that emits greenhouse gases, such an individual/group X could be alleged to advocate both eating babies and building autonomous industries to maximize greenhouse gas emissions, making the two otherwise enemy philosophies become allies against individual/group X as a «common enemy». The principle, that of allegations of an individual or group being predisposed to adapt their harm to damage any values including combined harm of apparently opposite values inevitably making normative implications regardless of which the specific values are, is argued to extend to any other situations with any other values as well due to the allegation being of the individual or group adapting their destruction to different values. This is mentioned as an example of at least one type of «descriptive» allegation being bound to make universally normative implications, as well as the allegation not being scientifically self-correcting due to individual or group X being alleged to manipulate others to support their alleged all-destructive agenda which dismisses any scientific criticism of the allegation as «part of the agenda that destroys everything», and that the objection that some values may condemn some specific ways to persecute individual/group X is irrelevant since different values would also have various ways to do things against individuals or groups that they would consider acceptable to do. This is pointed out as a falsifying counterexample to the claim that «no descriptive statement can in itself become normative».^[15][16]

See also[edit]

Notes[edit]

References[edit]

• Moore, George Edward (1903). Principia Ethica. Cambridge: Cambridge University Press. ISBN 0-334-04040-X.

Further reading[edit]

• Frankena, W. K. (1939). «The Naturalistic Fallacy». Mind. XLVIII (192): 464–77. doi:10.1093/mind/XLVIII.192.464. JSTOR 2250706.
• Curry, Oliver (2006). «Who’s afraid of the naturalistic fallacy?». Evolutionary Psychology. 4: 234–47. doi:10.1177/147470490600400120.
• Walter, Alex (2006). «The anti-naturalistic fallacy: Evolutionary moral psychology and the insistence of brute facts». Evolutionary Psychology. 4: 33–48. doi:10.1177/147470490600400102.
• Wilson, David Sloan; Dietrich, Eric; Clark, Anne B. (2003). «On the inappropriate use of the naturalistic fallacy in evolutionary psychology». Biology and Philosophy. 18 (5): 669–81. doi:10.1023/A:1026380825208. S2CID 30891026.

External links[edit]

• Principia Ethica Archived 2021-04-12 at the Wayback Machine
• Zalta, Edward N. (ed.). «G.E. Moore». Stanford Encyclopedia of Philosophy.
• Zalta, Edward N. (ed.). «Moral non-naturalism». Stanford Encyclopedia of Philosophy.
• Appeal to Nature entry in The Fallacy Files

From Wikipedia, the free encyclopedia

For the claim that something is good or right because it is natural (or bad or wrong because it is unnatural), see Appeal to nature.

In philosophical ethics, the naturalistic fallacy is the claim that any reductive explanation of good, in terms of natural properties such as pleasant or desirable, is false. The term was introduced by British philosopher G. E. Moore in his 1903 book Principia Ethica.^[1]

Moore’s naturalistic fallacy is closely related to the is–ought problem, which comes from David Hume’s A Treatise of Human Nature (1738–40). However, unlike Hume’s view of the is–ought problem, Moore (and other proponents of ethical non-naturalism) did not consider the naturalistic fallacy to be at odds with moral realism.

The naturalistic fallacy should not be confused with the appeal to nature, which is exemplified by forms of reasoning such as «Something is natural; therefore, it is morally acceptable» or «This property is unnatural; therefore, this property is undesirable.» Such inferences are common in discussions of medicine, sexuality, environmentalism, gender roles, race, and carnism.

Different common uses[edit]

The is–ought problem[edit]

The term naturalistic fallacy is sometimes used to describe the deduction of an ought from an is (the is–ought problem).^[2] This usually takes the form of saying that If people do something (e.g., eat three times a day, smoke cigarettes, dress warmly in cold weather), then people ought to do that thing. It becomes a naturalistic fallacy when the is–ought problem («People eat three times a day, so it is morally good for people to eat three times a day») is justified by claiming that whatever practice exists is a natural one («because eating three times a day is pleasant and desirable»).

In using his categorical imperative, Kant deduced that experience was necessary for its application. But experience on its own or the imperative on its own could not possibly identify an act as being moral or immoral. We can have no certain knowledge of morality from them, being incapable of deducing how things ought to be from the fact that they happen to be arranged in a particular manner in experience.

Bentham, in discussing the relations of law and morality, found that when people discuss problems and issues they talk about how they wish it would be, instead of how it actually is. This can be seen in discussions of natural law and positive law. Bentham criticized natural law theory because in his view it was a naturalistic fallacy, claiming that it described how things ought to be instead of how things are.

Moore’s discussion[edit]

According to G. E. Moore’s Principia Ethica, when philosophers try to define good reductively, in terms of natural properties like pleasant or desirable, they are committing the naturalistic fallacy.

…the assumption that because some quality or combination of qualities invariably and necessarily accompanies the quality of goodness, or is invariably and necessarily accompanied by it, or both, this quality or combination of qualities is identical with goodness. If, for example, it is believed that whatever is pleasant is and must be good, or that whatever is good is and must be pleasant, or both, it is committing the naturalistic fallacy to infer from this that goodness and pleasantness are one and the same quality. The naturalistic fallacy is the assumption that because the words ‘good’ and, say, ‘pleasant’ necessarily describe the same objects, they must attribute the same quality to them.^[3]

In defense of ethical non-naturalism, Moore’s argument is concerned with the semantic and metaphysical underpinnings of ethics. In general, opponents of ethical naturalism reject ethical conclusions drawn from natural facts.

Moore argues that good, in the sense of intrinsic value, is simply ineffable: it cannot be defined because it is not a natural property, being «one of those innumerable objects of thought which are themselves incapable of definition, because they are the ultimate terms by reference to which whatever ‘is’ capable of definition must be defined».^[4] On the other hand, ethical naturalists eschew such principles in favor of a more empirically accessible analysis of what it means to be good: for example, in terms of pleasure in the context of hedonism.

That «pleased» does not mean «having the sensation of red», or anything else whatever, does not prevent us from understanding what it does mean. It is enough for us to know that «pleased» does mean «having the sensation of pleasure», and though pleasure is absolutely indefinable, though pleasure is pleasure and nothing else whatever, yet we feel no difficulty in saying that we are pleased. The reason is, of course, that when I say «I am pleased», I do not mean that «I» am the same thing as «having pleasure». And similarly no difficulty need be found in my saying that «pleasure is good» and yet not meaning that «pleasure» is the same thing as «good», that pleasure means good, and that good means pleasure. If I were to imagine that when I said «I am pleased», I meant that I was exactly the same thing as «pleased», I should not indeed call that a naturalistic fallacy, although it would be the same fallacy as I have called naturalistic with reference to Ethics.

In §7, Moore argues that a property is either a complex of simple properties, or else it is irreducibly simple. Complex properties can be defined in terms of their constituent parts but a simple property has no parts. In addition to good and pleasure, Moore suggests that colour qualia are undefined: if one wants to understand yellow, one must see examples of it. It will do no good to read the dictionary and learn that yellow names the colour of egg yolks and ripe lemons, or that yellow names the primary colour between green and orange on the spectrum, or that the perception of yellow is stimulated by electromagnetic radiation with a wavelength of between 570 and 590 nanometers, because yellow is all that and more, by the open question argument.

Bernard Williams called Moore’s use of the term naturalistic fallacy, a «spectacular misnomer», the question being metaphysical, as opposed to rational.^[5]

Appeal to nature[edit]

Some people use the phrase, naturalistic fallacy or appeal to nature, in a different sense, to characterize inferences of the form «Something is natural; therefore, it is morally acceptable» or «This property is unnatural; therefore, this property is undesirable.» Such inferences are common in discussions of medicine, homosexuality, environmentalism, and veganism.

The naturalistic fallacy is the idea that what is found in nature is good. It was the basis for social Darwinism, the belief that helping the poor and sick would get in the way of evolution, which depends on the survival of the fittest. Today, biologists denounce the naturalistic fallacy because they want to describe the natural world honestly, without people deriving morals about how we ought to behave (as in: If birds and beasts engage in adultery, infanticide, cannibalism, it must be OK).

Criticism[edit]

Some philosophers reject the naturalistic fallacy and/or suggest solutions for the proposed is–ought problem.

Bound-up functions[edit]

Ralph McInerny suggests that ought is already bound up in is, insofar as the very nature of things have ends/goals within them. For example, a clock is a device used to keep time. When one understands the function of a clock, then a standard of evaluation is implicit in the very description of the clock, i.e., because it is a clock, it ought to keep the time. Thus, if one cannot pick a good clock from a bad clock, then one does not really know what a clock is. In like manner, if one cannot determine good human action from bad, then one does not really know what the human person is.^{[7][page needed]}

Irrationality of anti-naturalistic fallacy[edit]

Certain uses of the naturalistic fallacy refutation (a scheme of reasoning that declares an inference invalid because it incorporates an instance of the naturalistic fallacy) have been criticized as lacking rational bases, and labelled anti-naturalistic fallacy.^{[8][page needed]} For instance, Alex Walter wrote:

«The naturalistic fallacy and Hume’s ‘law’ are frequently appealed to for the purpose of drawing limits around the scope of scientific inquiry into ethics and morality. These two objections are shown to be without force.»^[9]

The refutations from naturalistic fallacy defined as inferring evaluative conclusions from purely factual premises^[10] do assert, implicitly, that there is no connection between the facts and the norms (in particular, between the facts and the mental process that led to adoption of the norms).

Effects of putative necessities[edit]

The effect of beliefs about dangers on behaviors intended to protect what is considered valuable is pointed at as an example of total decoupling of ought from is being impossible. A very basic example is that if the value is that rescuing people is good, different beliefs on whether or not there is a human being in a flotsam box leads to different assessments of whether or not it is a moral imperative to salvage said box from the ocean. For wider-ranging examples, if two people share the value that preservation of a civilized humanity is good, and one believes that a certain ethnic group of humans have a population level statistical hereditary predisposition to destroy civilization while the other person does not believe that such is the case, that difference in beliefs about factual matters will make the first person conclude that persecution of said ethnic group is an excusable «necessary evil» while the second person will conclude that it is a totally unjustifiable evil. The same is also applicable to beliefs about individual differences in predispositions, not necessarily ethnic. In a similar way, two people who both think it is evil to keep people working extremely hard in extreme poverty will draw different conclusions on de facto rights (as opposed to purely semantic rights) of property owners depending on whether or not they believe that humans make up justifications for maximizing their profit, one who believes that people do concluding it necessary to persecute property owners to prevent justification of extreme poverty while the other person concludes that it would be evil to persecute property owners. Such instances are mentioned as examples of beliefs about reality having effects on ethical considerations.^[11][12]

Inconsistent application[edit]

Some critics of the assumption that is-ought conclusions are fallacies point at observations of people who purport to consider such conclusions as fallacies do not do so consistently. Examples mentioned are that evolutionary psychologists who gripe about «the naturalistic fallacy» do make is-ought conclusions themselves when, for instance, alleging that the notion of the blank slate would lead to totalitarian social engineering or that certain views on sexuality would lead to attempts to convert homosexuals to heterosexuals. Critics point at this as a sign that charges of the naturalistic fallacy are inconsistent rhetorical tactics rather than detection of a fallacy.^[13][14]

Universally normative allegations of varied harm[edit]

A criticism of the concept of the naturalistic fallacy is that while «descriptive» statements (used here in the broad sense about statements that purport to be about facts regardless of whether they are true or false, used simply as opposed to normative statements) about specific differences in effects can be inverted depending on values (such as the statement «people X are predisposed to eating babies» being normative against group X only in the context of protecting children while the statement «individual or group X is predisposed to emit greenhouse gases» is normative against individual/group X only in the context of protecting the environment), the statement «individual/group X is predisposed to harm whatever values others have» is universally normative against individual/group X. This refers to individual/group X being «descriptively» alleged to detect what other entities capable of valuing are protecting and then destroying it without individual/group X having any values of its own. For example, in the context of one philosophy advocating child protection considering eating babies the worst evil and advocating industries that emit greenhouse gases to finance a safe short term environment for children while another philosophy considers long term damage to the environment the worst evil and advocates eating babies to reduce overpopulation and with it consumption that emits greenhouse gases, such an individual/group X could be alleged to advocate both eating babies and building autonomous industries to maximize greenhouse gas emissions, making the two otherwise enemy philosophies become allies against individual/group X as a «common enemy». The principle, that of allegations of an individual or group being predisposed to adapt their harm to damage any values including combined harm of apparently opposite values inevitably making normative implications regardless of which the specific values are, is argued to extend to any other situations with any other values as well due to the allegation being of the individual or group adapting their destruction to different values. This is mentioned as an example of at least one type of «descriptive» allegation being bound to make universally normative implications, as well as the allegation not being scientifically self-correcting due to individual or group X being alleged to manipulate others to support their alleged all-destructive agenda which dismisses any scientific criticism of the allegation as «part of the agenda that destroys everything», and that the objection that some values may condemn some specific ways to persecute individual/group X is irrelevant since different values would also have various ways to do things against individuals or groups that they would consider acceptable to do. This is pointed out as a falsifying counterexample to the claim that «no descriptive statement can in itself become normative».^[15][16]

See also[edit]

Notes[edit]

References[edit]

• Moore, George Edward (1903). Principia Ethica. Cambridge: Cambridge University Press. ISBN 0-334-04040-X.

Further reading[edit]

• Frankena, W. K. (1939). «The Naturalistic Fallacy». Mind. XLVIII (192): 464–77. doi:10.1093/mind/XLVIII.192.464. JSTOR 2250706.
• Curry, Oliver (2006). «Who’s afraid of the naturalistic fallacy?». Evolutionary Psychology. 4: 234–47. doi:10.1177/147470490600400120.
• Walter, Alex (2006). «The anti-naturalistic fallacy: Evolutionary moral psychology and the insistence of brute facts». Evolutionary Psychology. 4: 33–48. doi:10.1177/147470490600400102.
• Wilson, David Sloan; Dietrich, Eric; Clark, Anne B. (2003). «On the inappropriate use of the naturalistic fallacy in evolutionary psychology». Biology and Philosophy. 18 (5): 669–81. doi:10.1023/A:1026380825208. S2CID 30891026.

External links[edit]

• Principia Ethica Archived 2021-04-12 at the Wayback Machine
• Zalta, Edward N. (ed.). «G.E. Moore». Stanford Encyclopedia of Philosophy.
• Zalta, Edward N. (ed.). «Moral non-naturalism». Stanford Encyclopedia of Philosophy.
• Appeal to Nature entry in The Fallacy Files

Иногда люди говорят что-то, что по форме похоже на аргумент, но на самом деле им не является. Такие высказывания называются псевдоаргументами и содержат логическую ошибку. Иногда используется термин «софизмы» или английский вариант — fallacy.

Примеры логических ошибок[править]

Апелляция к традиции[править]

Суть: считать что-либо правильным, исходя из традиционности.

Примеры: «Женщины должны сидеть дома и заниматься хозяйством, потому что так было всегда», «Люди всегда верили в Бога, это значит, что он существует».

См. также: Принцип Юма.

Апелляция к природе[править]

Суть: считать что-то правильным исходя из того, что это естественно. То есть, доказывать, что все, что естественно, не безобразно, и даже правильно, неизбежно и хорошо.

Примеры: «ГМО нужно запретить, потому что модифицируя растения мы идем против природы», «Однополые браки — это противоестественно».

Тренировка[править]

Если хотите потренироваться замечать свои ошибки в спорах и бороться с чужими — подписывайтесь на бот в твитере.
Этот бот постит логические ошибки с хорошими примерами, а в комментариях вы можете написать свои примеры.

Автор Женя Софронов, участник LW СПб

Еще есть настольная игра про логические ошибки: Fallacymania

Критика[править]

Бельгийский философ и скептик Мартен Боудри критикует саму идею логических ошибок. Он утверждает, что при рассмотрении логических ошибок мы сталкиваемся с проблемой: либо мы рассматриваем их как дедуктивные аргументы (например: «Я принял лекарство Х, а после мне полегчало. „После“ значит „вследствие“. Значит, мне полегчало из-за лекарства Х»), либо мы можем их рассматривать как некие свидетельства неопределённой силы. При этом, практически никто из использующих то, что можно назвать «логической ошибкой», не стал бы считать их дедуктивными аргументами — практически никто не согласится, что всегда «после» значит «вследствие», что всегда авторитеты правы и так далее. Если же мы рассматриваем «логические ошибки» как апелляцию к свидетельствам, то форма аргумента не поможет нам установить его истинность. Пример с лекарством по форме высказывания мало чем отличается от примера: «Я собрал в лесу грибы и съел их. Теперь меня тошнит. Наверное, это из-за грибов».

Таким образом, по форме аргумента мы никак не можем сделать вывод, стоит ли больше доверять этому аргументу или меньше. Люди, которые используют терминологию логических ошибок, заранее (на основе каких-то других свидетельств) уверены в ложности используемого аргумента.

Подробно идеи Боудри изложены в статье: Boudry, Maarten, Fabio Paglieri, and Massimo Pigliucci. 2015. «The Fake, the Flimsy, and the Fallacious: Demarcating Arguments in Real Life.» Argumentation 29 (4):431-456. doi: 10.1007/s10503-015-9359-1. В популярном виде их можно найти в его блоге: The Fallacy Fork: Why It’s Time to Get Rid of Fallacy Theory и Escaping The Fallacy Fork? Straw-manning and circular reasoning.

Думаю, что все видели современные магазины “органических продуктов”, ставшие в последнее время очень популярными и в России, но особенно в США и в Европе. Обычно они характеризуются двумя особенностями: кругленькими суммами на ценниках и широким разнообразием зеленых этикеток на товаре: “натуральный продукт”, “сертифицированный органик”, “не содержит ГМО”, “100 % БИО”, “ЗДОРОВЬЕ”, “эко- продукт” и так далее. Журналист Леонид Каганов однажды описал, как боязнь новых технологий должна была выглядеть в прошлом.

Поморская артель “Ломоносовъ”. Только кони! Мы доставляем рыбу

в столицу, не используя паровозъ!

В основе многих мифов о еде лежит тезис, что все натуральное, существующее в природе, по определению полезно, а все “искусственное”, созданное человеком, несет потенциальную угрозу здоровью. Эту логическую ошибку апелляции к природе, или так называемую натуралистическую ошибку, достаточно легко продемонстрировать.

В Соединенных Штатах Америки ежегодно возникает более 40 миллионов случаев пищевых отравлений, из-за которых более ста тысяч людей попадают в больницу и более трех тысяч погибают. Думаю, что в России с количеством пищевых отравлений на душу населения дела обстоят не лучше, хотя надежной статистики я не нашел. В подавляющем большинстве случаев отравления связаны с совершенно натуральными болезнетворными вирусами и микроорганизмами, которые попадают в наш желудочнокишечный тракт вместе с немытыми овощами, зеленью, сырой рыбой или мясом. Давайте назовем некоторых “друзей”, которых можно подцепить из еды.

Клостридии, вырабатывающие альфа-токсин и ботулотоксин, патогенные штаммы (болезнетворные разновидности) кишечной палочки, сальмонелла, листерия, шигелла, устойчивый ко многим антибиотикам золотистый стафилококк, вирус гепатита А, норовирусы, энтеровирусы, ротавирусы, патогенные амебы, аскариды и другие круглые черви, а также паразитические плоские черви. Это далеко не полный список совершенно натуральных, встречающихся в природе патогенных организмов, “не содержащих ГМО”. Натуральная сальмонелла обнаруживается в натуральных подгнивших продуктах и вызывает натуральный понос, а иногда и натуральную смерть. С другой стороны, “искусственные” консерванты — вещества, угнетающие рост микроорганизмов, предохраняют продукт от плесени и образования токсинов микробного происхождения.

Компания Odwalla, производившая непастеризованные натуральные соки, оказалась в центре скандала, когда в 1996 году ее продукцией отравилось 67 человек, один из которых умер. Яблочный сок содержал патогенный штамм кишечной палочки. Но отказ от пастеризации (одноразового нагревания жидкости с целью убить микробов) использовался как маркетинговый ход, направленный на любителей “натуральной пищи”.

Анализ ДНК патогенного штамма кишечной палочки показал, что у этой бактерии есть два гена, делающих ее опасной для человека. Благодаря одному гену кишечная палочка вызывает длительный, но не смертельный понос. Другой ген кодирует так называемый токсин Шиги, который вызывает кровавый понос и гемолитико-уремический синдром, характеризующийся болью в животе, рвотой, острой почечной недостаточностью, лихорадкой, а также сонливостью, судорогами и другими признаками повреждений нервной системы. Отравление токсином Шиги смертельно опасно для человека.

Оказывается, что некоторые штаммы кишечной палочки, производящие токсин Шиги, живут в коровах. Коровы, как правило, не чувствительны к токсину, но бактерии, несущие опасные гены, кодирующие токсин, оказываются в навозе. Эти гены могут перенестись в другие виды бактерий, в том числе заражающие людей. Такому переносу генов способствуют вирусы бактерий — бактериофаги. Навоз особенно часто используется на органических фермах в качестве натурального удобрения. Видимо, на органической ферме случилось смешение генов двух бактерий, и получился весьма неприятный для человека патогенный штамм.

Согласитесь, из этого могла бы получиться отличная страшилка. Представьте заголовок в какой-нибудь популярной желтой газете: “Ученые обнаружили в органических продуктах родственницу чумной палочки!” В статье можно привести правдивые и одновременно наводящие панику и вводящие в заблуждение утверждения: “Как высокое разнообразие микробов в органических продуктах питания скажется на здоровье потребителя, до конца не изучено, и это нужно проверить на нескольких поколениях!” Но попробуем сохранить объективность.

Механизмы защиты от врагов отличаются у растений и животных. Если животные могут попробовать убежать или защититься с помощью рогов или клыков, то растения такой возможности не имеют. Поэтому они специализируются на других приспособлениях — на колючках, а также химическом и биологическом оружии. Самая обычная картошка или соя может содержать вещества, нарушающие работу (ингибиторы) трипсина — важного пищеварительного фермента. Трипсин производится поджелудочной железой и попадает в кишечник, где он расщепляет белки, поэтому его ингибиторы нарушают переваривание пищи.

Долгое время среди органических фермеров пользовался популярностью ротенон — сложное органическое соединение, которое можно получать из корней некоторых растений семейства бобовых. Ротенон — натуральный пестицид, чрезвычайно ядовитый для насекомых и рыб. Оказалось, что ротенон индуцирует болезнь Паркинсона у млекопитающих, разрушая нервные клетки. Кроме того, это вещество токсично для клеток плазмы крови человека, причем бывали случаи, когда в продуктах содержание ротенона превышало предельно допустимые значения. Сейчас многие страны начали отказываться от этого натурального пестицида.

В действительности по весу более 99 % пестицидов, употребляемых нами в пищу, имеют абсолютно натуральное происхождение — производятся растениями для защиты от вредителей в естественной среде обитания. Некоторые из этих пестицидов безопасны в небольших количествах (и даже используются в кулинарии), другие — сильно ядовиты. Алкалоид капсаицин, придающий перцу остроту, — эффективный инсектицид. В листьях, плодах, стеблях и клубнях картофеля и других пасленовых часто содержится соланин и другие токсичные алкалоиды.

Соланин вызывает разложение эритроцитов, тошноту, головную боль, понос, повышение температуры, а в тяжелых случаях судороги, делирий (помраченное сознание) и кому. К счастью, человечество освоило искусственные методы, позволяющие сделать картофель безопасным, — термическую обработку. Любопытно, что содержание соланина в картофеле зависит от условий выращивания и хранения, причем последние факторы нередко играют большую роль, чем гены растения. Например, если клубни картофеля оставить на солнечном свете, они зеленеют и в них накапливается больше соланина, то есть один и тот же сорт картофеля может оказывать разное воздействие на организм.

В 1968 году методами классической селекции была выведена картошка “Ленапе” (Lenape), но спустя пару лет после успешного выхода этого сорта на рынок оказалось, что в нем сильно повышено содержание соланина, поэтому его коммерческое выращивание прекратили. В конце XX века история повторилась со шведским сортом “Магнум Бонум” (Magnum Bonum). При создании гибридов двух разных сортов картофеля непредсказуемым образом может меняться не только количество алкалоидов, но и их состав. Могут появляться и совсем новые алкалоиды. Это лишь несколько примеров возможных негативных последствий обычной селекции, в результате которой получаются продукты, считающиеся “натуральными” и (ошибочно) безопасными.

Некоторые полагают, что природа “мудра” и не терпит вмешательства, однако именно эта “мудрость” породила описанные выше угрозы для человеческой жизни и нежелательные изменения растительных геномов. У природы нет никакого “плана”, который мы могли бы нарушить. Порой (и временами заслуженно) она хочет нас убить, а мы защищаемся как умеем — с помощью интеллекта, технологий и изобретений. Жители глухих африканских деревень на своем горьком опыте знают, насколько “хорошо” людям живется в условиях, приближенных к естественной среде обитания человека: рядом с натуральным малярийным комаром, вирусом Эбола и ВИЧ. Интеллект — наша главная адаптация к меняющимся и нередко враждебным условиям окружающей среды. Интеллект позволяет нам производить средства защиты от вредных микроорганизмов: так, искусственная вакцина от оспы спасала нас от оспы натуральной. Интеллект позволяет нам производить растения более высокого качества. Благодаря достижениям научно-технического прогресса, которые многие так пренебрежительно характеризуют термином “искусственное”, продолжительность жизни человека выросла в развитых странах с тридцати до семидесяти — восьмидесяти лет.

Сам термин “натуральность” мы используем неправильно. Человек и его творения как бы противопоставляются природе, хотя человек тоже является ее частью, продуктом биологической эволюции. Почему продукты, произведенные человеком, не натуральны, а продукты, произведенные пчелами и более нигде в природе не встречающиеся, например мед, — натуральны? Почему, когда люди занимаются генной инженерией — это плохо, но когда ею занимаются бактерии, живущие в почве и переносящие свои гены в растения, или вирусы, встраивающие свои генетические последовательности в геномы всевозможных живых организмов, — это считается естественным и безопасным?

Современных “натуральных” продуктов не существовало бы, если бы человек не вмешивался в эволюционные процессы и не направлял их. Кукуруза, капуста, арбуз, дыня — все это результаты селекции, искусственного отбора, который на протяжении многих поколений менял растения и их наследственную информацию, чтобы те могли стать растениями культурными. На самом деле генетически модифицированные организмы — такие же натуральные, как селекционные сорта растений. Это не повод считать их абсолютно безопасными, ведь и натуральное может представлять угрозу для здоровья, но это повод относиться к ним так же, как к обычным организмам, без двойных стандартов. Почему ГМО натуральны, станет понятно по мере ознакомления с основами работы генетического аппарата клеток в последующих главах книги.

Сумма Биотехнологии. Глава 4. Натуралистическая ошибка

Где приобрести
Отзывы, оглавление

Ой, да любимые «аргументы» очень многих спорщиков 🙂 Особенно переход на личности, «после — значит, вследствие», доведение до абсурда, апелляция к природе и «скользкий уклон».
_____________________________________________________

Ad hominem — это латинское выражение, буквально означающее «к человеку». Эта логическая ошибка (часто именуемая атакой ad hominem) происходит, когда оппонент, не имея возможности атаковать сам аргумент, атакует человека его выдвигающего. Так как ошибки этого типа не имеют никакого отношения к теме спора, у них полностью отсутствует какое-либо влияние на сами выдвигаемые аргументы. Это верно даже когда атака верна — два плюс два равно четырём даже когда утверждающий это является самым ужасным человеком когда-либо видевшим свет.

Argumentum ad populum (лат. аргумент к народу; обращение к большинству) — это логическая ошибка, основанная на мнении, что, если нечто популярно, оно является верным. Несомненно, многие популярные взгляды верны, но верность не является необходимым атрибутом популярности. Несмотря на инфантильную природу аргумента, он часто используется людьми, которым должно быть виднее, в частности теми, кто пытается навязать другим людям свои взгляды.

Non sequitur — это латинское выражение означающее «не следствие». Это означает, что достигнутое заключение не следует из предпосылок. Non sequitur это очень распространённая логическая ошибка и хоть в большинстве случаев аргументы такого типа до неприличия бессвязны и легко опознаваемы, иногда они менее очевидны, так что нужно быть настороже. Причина, по которой такие аргументы ошибочны, должна быть очевидна.

«Post hoc, ergo propter hoc» — это латинское выражение означающее «после этого, значит вследствие этого». Этот термин относится к риторической ошибке, заявляющей, что потому что два события произошли в последовательности, предшествующее событие вызвало последующее событие.
При обращении к этому аргументы важно помнить что, отождествлять корреляцию и причинность неверно.
Магическое мышление является вариантом этой ошибки, когда формируются суеверия из-за кажущихся шаблонов в серии случайностей. Например, «это мои счастливые брюки. Иногда со мной происходят хорошие вещи, когда я их надеваю».

«Tu quoque» («А сам какой!?») — это разновидность ошибки ad hominem, и подразумевает ошибочность аргумента, если его источник выражался или действовал не в соответствии с ним.

Анонимный авторитет — приём является одной из вариаций апелляции к авторитету. Авторитет, к которому производится обращение, может зависеть от того, к кому адресуется утверждение: это может быть религиозный авторитет, весомая политическая фигура, учёный либо представитель другой профессии. Имя авторитета при этом не оглашается. Также при публичных дебатах может осуществляться цитирование документов, оценок экспертов, отчётов, свидетелей и прочих материалов с целью придания большей убедительности.
Примеры: «ученые на основании многолетних исследований установили…», «доктора рекомендуют…», «источник из ближайшего президентского окружения, который пожелал остаться неизвестным, сообщает…». Информация об учёных, докторах и источниках не прилагается.
Сообщаемую таким образом информацию невозможно проверить, поэтому если она ложна, то этого никак нельзя будет установить. Ссылки на несуществующий авторитет придают ей солидность и вес в глазах обывателей. При этом источник не идентифицирован и никакой ответственности за ложное сообщение утверждающий не несёт. Так что, если пассаж у утверждающего начинается словами «источники информируют» или «ученые рекомендуют», то можно ожидать, что далее будет предоставлена нерелевантная непроверяемая информация.

Апелляция к авторитету (лат. Argumentum ad verecundiam), при правильном применении, является правомерной и иногда неотъемлемой частью аргумента, требующего мнение или предоставления данных от квалифицированного или компетентного источника. Зачастую, однако, это логическая ошибка, состоящая из апелляции к авторитету, но по теме, находящейся вне пределов его квалификации или по теме, по отношению к которой авторитет не беспристрастен (т.е. предвзят).

Апелляция к традиции (лат argumentum ad antiquitatem, апелляция к распространённости) — это распространённая логическая ошибка, суть которой состоит в том, что нечто полагается верным (или лучше) ввиду своей традиционности.

Аргумент к незнанию (лат. argumentum ad ignorantiam) — это логическая ошибка, заключающаяся в объявлении предпосылки ложной из-за её недоказанности или верной из-за её неопровергнутости. Часто употребляется как выражение «отсутствие доказательств не доказательство отсутствия», которое ошибочно.

Аргумент к недоверию или аргумент к личному убеждению является подвидом данной ошибки и заключается в принятии либо отрицании верности предпосылки на основании личного доверия к ней (или же его отсутствия). Такое недоверие может происходить от незнания (в определении отсутствия знаний или опыта) или от сознательного невежества (в определении отказа от приобретения знаний). К примеру, концепция неуменьшаемой сложности полностью основана на личном недоверии конкретного человека (Майкл Бихи) к возможности естественной эволюции.

Аргумент к последствиям (лат. argumentum ad consequentiam) — это логическая ошибка, использующая последствия утверждения как причину прихода к заключению об его истинности.

Аргумент к утверждению — это логическая ошибка, происходящая, когда верность чего-либо доказывается лишь утверждением его верности, вместо предоставления данных наблюдений или аргумент в его пользу. Хоть это и звучит глупо, в реальности стать жертвой этой ловушки легко и она очень распространена.

Аргумент от ошибки — это логическая ошибка, заключающаяся в объявлении утверждения неверным из-за ошибочности аргумента в его пользу. Она принимает следующую форму:
Аргумент А поддерживает утверждение П
Аргумент А содержит логическую ошибку.
Следовательно, П неверно.

Ассоциативная ошибка — это логическая ошибка, состоящая в утверждении, что свойства одной вещи также присущи другой лишь из-за наличия у них общего качества. Иногда данная ошибка используется для продвижения определённого мнения путём изложения личных качеств определённого человека или группы, которые его придерживаются. Присваивание положительного клейма именуется ассоциативным возвышением, а отрицательного — ассоциативным обвинением, при этом они оба в равной степени ошибочны.

Бесконечная редукция — объяснение можно проиллюстрировать следующим диалогом:
— Земля покоится на трёх слонах
— А эти слоны?
— На большой черепахе.
— А эта черепаха?
— На другой черепахе, ещё больше первой.
— А на что же они все, в конце концов, опираются?
— Отстань. Там дальше так и идут одни черепахи, до самого дна.

Бог белых пятен — логическая ошибка, состоящая в том, что неизвестное замещается некоторым мифом, и более не считается неизвестным. Данный миф может несколько варьировать в зависимости от конкретной религии, но суть объяснения неизученного феномена состоит в том, что «так пожелал (сделал) бог». Очевидно, в силу определённых мировоззренческих особенностей, к этой ошибке почти исключительно тяготеют лишь верующие.

Доведение до абсурда — это приём в полемике, заключающийся в умышленном утрировании аргументов оппонента до такой степени, при которой они кажутся абсурдными (другим словами — бросание в крайности). Данный приём нередко используется как защита, при невозможности опровергнуть веские аргументы оппонента, при отсутствии собственных веских аргументов в споре. По сути своей, приём является близким высмеиванию.

Ложная дилемма — это логическая ошибка, заключающаяся в представлении двух противоположных взглядов, вариантов или исходов как единственно возможных: т.е. если один верен, то другой ложен или, что чаще встречается, если вы не принимаете один из них, то вы должны принять другой. В реальности же, в большинстве случаев, существуют множество промежуточных или альтернативных вариантов, а не только два взаимоисключающих.

Натуралистическая ошибка или апелляция к природе — это логическая ошибка, суть которой состоит в том, что естественные явления объявляются благоприятными, а неестественные — негативными лишь на основании их наличия в природе. Креационисты часто допускают данную ошибку в отношении естественного отбора («выживание сильнейших») в рамках непрекращающейся антиэволюционной пропаганды. В природе слабейшие (менее приспособленные) умирают, следовательно, натуралистическая ошибка призывает отменить благотворительность и здравоохранение, позволить бедным и больным людям умереть, или даже истребить слабых.
Данная ошибка также используется в аргументах против генной инженерии, в аргументах за натуральные продукты (которые, кстати, таковыми не являются, будучи подвергнутыми искусственному отбору) и за нетрадиционную медицину. Также часто встречается при обсуждении гомосексуализма и других альтернативных образов жизни.

Негативное доказательство — это логическая ошибка, принимающая следующую форму:
А верно, потому что нет доказательств, что А не верно.
Если единственным подтверждением существования чего-либо является отсутствие опровержений этого существования, то точкой зрения по умолчанию является скептицизм, а не легковерие.
Такой вариант негативного доказательства распространён среди верующих, пытающихся доказать существование Бога, и в псевдонауке, являя собой попытку сместить бремя доказательства со сторонника идеи на скептика. Однако бремя доказательства лежит на человеке, провозглашающем существование чего-либо, а не на сомневающемся в этом

Ненастоящий шотландец — это умышленная логическая ошибка, благодаря которой человек пытается избежать ассоциаций с неприятным поступком, заявляя, что ни один настоящий член группы, к которой он принадлежит, не может совершить подобного. Вместо того, чтобы признать, что некоторые члены группы имеют отрицательные характеристики, он этой ошибкой пытается изменить определение группы, чтобы исключить их из неё.

«Одно-единственное доказательство» — обманчивый риторический приём и логическая ошибка, часто используемая отрицателями всех мастей. Этот приём заключается в отрицании всего собранного пула наблюдений из-за отсутствия некоего конкретного и, по мнению отрицателя, ключевого доказательства, без которого все аргументы оппонента недействительны. Эффективность доказательства зависит от некого подобия искажённой бритвы Оккама, где любые данные наблюдений, не предоставляющие полный ответ, игнорируются.

Отодвигание ворот — это логическая ошибка, заключающаяся в произвольном изменении критерия, определяющего верность аргумента. Обычно этим занимается проигрывающая сторона в отчаянной попытке сохранить лицо. В некоторых случаях, стандарты изменяются настолько, что аргумент становится недоказуемым или нефальсифицируемым.

Отравление источника — это риторический приём и логическая ошибка, заключающаяся в ассоциации отрицательных эмоций для отвлечения субъекта от фактических данных наблюдения в полемике.
Обычно это достигается путём указания на неприятную сущность оппонента, тем самым делая данную ошибку подвидом атаки ad hominem. В основном, «отравить источник» означает предварительно обеспечить аудиторию какой-либо информацией, которая могла бы способствовать вырабатыванию у неё предвзятого мнения о рассуждении.
Данный приём можно выполнить как явно, так и неявно. Неявным отравлением источника было бы использование специфических прилагательных при представлении чего-либо для влияния на аудиторию. Более явным примером было бы произведение открытой атаки на личность оппонента при его представлении. К примеру, прося людей припомнить, что оппонент сидел в тюрьме, перед тем как передать ему слово, источник отравляется, потому что народ вряд ли поверит аргументации ранее осуждённого человека, какие бы доводы он ни приводил.

Отрицание антецедента — это логическая ошибка, состоящая в использовании ложности антецедента как подтверждение ложности консеквента.
Если А верно, то Б верно.
А ложно.
Следовательно, Б ложно.
Такой вывод неверен, так как не указано что Б может быть верным только в случае верности А. Из этого следует, что другие факторы могли вызвать Б, в то время как А ложно.

Ошибка составления — совершение этой ошибки происходит в случае, если проводится заключение, что целое владеет определённым свойством, поскольку его части владеют этим свойством.
Пример:
Клетки человека невидимы невооружённым глазом.
Люди состоят из человеческих клеток.
Таким образом, люди необнаружимы для невооружённого глаза.
Это ошибочно, поскольку клетки, составляя человека, придают этому целому новые свойства, которые проистекают из особенностей их организации.

Ошибка техасского снайпера — заблуждение анализа данных и ошибка распознавания, состоящая в том, что делается ситуативное ad hoc-заключение на основании совокупности несвязанных данных без рассмотрения подтверждающих данных; объявление первоначальной целью уже достигнутое лишь после того, как оно было достигнуто.

Подмена понятий — это логическая ошибка, заключающаяся в выдаче какого-либо объекта (либо явления) за таковой, каким он заведомо не является, и в использовании несоответствующего контексту определения слова. Эту ошибку часто допускают креационисты и научные фрики для введения в заблуждение своей аудитории, т.к. она может быть использована в равной степени, как для возвышения своей идеи, так и для унижения идеи оппонента.

Подтверждение следствием — это логическая ошибка, состоящая в использовании истинности следствия заявления как подтверждение истинности самого заявления.
Если А верно, то Б верно.
Б верно.
Следовательно, А верно.
Такой вывод неверен даже когда п.1 и п.2 верны, так как не указано что Б может быть верным только в случае верности А. Из этого следует, что другие факторы могли вызвать Б, в то время как А не верно.

Ситуативная надстройка — это формальная логическая ошибка, заключающаяся в требовании участниками особых соображений для их же частной предпосылки. Обычно это происходит потому, что для резонности их аргумента им нужно найти выход из формирующейся логической противоречивости. Следовательно, они вводят «особый случай» или исключения для своих правил.
В то время как это допустимо в некоторых случаях, это становится формальной ошибкой, когда не предоставляется адекватного объяснения почему, конкретный случай является особым.

Скользкий уклон — это распространённая логическая ошибка, являющаяся подвидом аргумента к последствиям и заключающаяся в запрете чего-либо на основании возможности вызова им серии нежелательных последствий. Примером может служить убеждённость противников однополых браков, что легализация последних приведёт к легализации зоофилии, и прочих половых актов считаемых омерзительными или непристойными. Это также является распространённым аргументом среди противников алкоголя, основанным на идее что, единожды опьянев, человек приобретает сильную зависимость и испорченную жизнь.
В то время как скользкий уклон на самом деле может и существовать, обычно аргумент выдвигается, игнорируя возможные смягчающие факторы (как например, осознанное согласие в примере об однополых браках), таких образом делая его чересчур серьёзным доведением до абсурда.

Чучело — это логическая ошибка, заключающаяся в намеренном искажении позиции оппонента, часто используемая в спорах при простодушной публике для того, чтобы создать впечатление что аргументы оппонента могут быть повержены гораздо легче, чем на самом деле.
Название аргумента происходит от обычая тренироваться в боевых искусствах против чучел. Проблема лишь в том, что чучела не дают сдачи, не носят брони, не истекают кровью и вообще мало похожи на то, с чем вам пришлось бы столкнуться в бою. Следовательно, спорящие с чучелом — это всего лишь люди, спорящие с вымышленным оппонентом, который существует лишь у них в голове.