Спорный и политизированный. Почему День народного единства не стал по-настоящему массовым праздником?
Как чиновники пытались заменить демонстрации 7 ноября «Русскими маршами» и почему из этого ничего не вышло
03 ноября 2022, 11:35, ИА Амител
Фото: amic.ru
Отмечаемый 4 ноября День народного единства даже спустя 17 лет после появления в календаре «красных дат» (впервые его отметили в 2005 году) остаётся одним из самых вызывающих споры и политизированных праздников. Таким неоднозначным отношением он обязан создателям и обстоятельствам своего появления. Впрочем, этот день всё чаще становится поводом задуматься над историей своего государства, обсудить её. Именно над ролью самого молодого праздника в перечне российских государственных торжеств и задумался журналист amic.ru Андрей Магас.
Ошибка в датировке
Принято считать, что в этот день в 1612 году русское ополчение под руководством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского взяло штурмом Китай-город, заставив гарнизон Речи Посполитой отступить в Кремль. Спустя несколько дней командование гарнизона подписало капитуляцию и сдалось. Это означало окончание Смутного времени на Руси, что и стало своего рода идеологической основой для учреждения праздника. 29 декабря 2004 года, в соответствие с принятым федеральным законом № 201, эта дата стала в России выходным днём.
Памятник Минину и Пожарскому в Москве / Фото: pixabaycom
Выбор дня для празднования сразу подвергся критике со стороны профессиональных историков. Дело в том, что взятие ополченцами Минина и Пожарского штурмом Китай-города случилось всё-таки не 4-го, а 1 ноября. Дело в том, что соотношение дней прежнего юлианского и нынешнего, григорианского календаря менялось, с каждым новым веком прибавлялся один день. И когда 22 октября 1612 года случилась историческая победа, то в переводе на современный календарь это было именно в первый ноябрьский день.
Странно, что среди поддержавших закон о новом празднике депутатов Госдумы не нашлось ни одного, кто смог бы внимательно разобраться в датировке. Однако на тот момент у думского большинства, видимо, превалировало желание отвлечь общественное внимание от празднования 7 ноября и максимально хронологически приблизить новый «красный день» к прежнему. Столь конфликтная изначально политическая потребность в замене одного торжества на другое практически предопределила его непростую судьбу.
Новая идеология
Именно идею окончания Смутного времени в нашей стране после периода перестройки и лихих 1990-х и закладывал в учреждение нового праздника прежний серый кардинал российской политики Владислав Сурков, в ту пору занимавший должность замглавы администрации президента (АП). В июне 2021 года в интервью проекту WarGonzo он сообщил, что в 2004-м руководство страны занималось сменой «идеологических дат»: «Отменили день празднования социалистической революции и ввели День народного единства».
Владислав Сурков / Фото: kremlin.ru
По словам Суркова, «в России ведь не было ни одного праздника, связанного с событиями до Революции».
«Этот день стал днём русского национализма по сути своей. Была такая задача: как сказать об империи, о нашем желании расширяться, но при этом не оскорбить слух мирового сообщества», — отметил он.
Стоит отметить, что Сурков несколько лукавит, говоря об отсутствии у нас в стране праздничных дат, связанных с дореволюционными событиями — дни 8 марта, 1-2 мая, не говоря уже о Рождестве Христовом, всё-таки берут своё начало до Октябрьской революции.
Марш вместо демонстрации
Как бы то ни было, но с лёгкой руки этого, как ни крути, талантливого госчиновника, день 4 ноября действительно стал праздником — поначалу для многочисленных объединений русских националистов. Не секрет, что именно Владислав Юрьевич стал плотно опекать различные движения этого направления, а подчас и активно содействовал появлению новых. Во всяком случае ниточки целого ряда скандально известных организаций и деятелей тянулись именно к нему. В частности, в этот день национал-патриоты стали проводить «Русские марши» (РМ) — многолюдные шествия, устраиваемые словно в противовес традиционным демонстрациям в честь Красного октября 1917-го.
«Русский марш» на День народного единства в Люблине 4 ноября 2017 года / Кадр из видео
Первый такой марш
4 ноября 2005 года состоялась первая крупная согласованная с властью акция националистов. Чиновники АП поначалу очень надеялись, что шествия смогут заменить для россиян привычные массовые демонстрации в честь Октябрьской революции. Среди организаторов было Движение против нелегальной иммиграции (ДПНИ)* во главе со скандально известным Александром Беловым (Поткиным), а также вполне лояльный власти Евразийский союз молодёжи, что, как полагали в АП, станет гарантией лоялистского характера мероприятия. Однако в московской акции тогда приняло участие несколько тысяч человек — преимущественно оппозиционно настроенной националистической молодёжи, что стало крайне неприятной неожиданностью для чиновников. Тогда чиновники дали федеральным телеканалам пожелание, которое можно было приравнять к жёсткой установке, не выпускать в эфир ни одного видеоматериала о марше. Таким образом, несмотря на обилие телекамер, единственным сюжетом оказался репортаж в дневном выпуске телеканала НТВ.
Один из постоянных участников прежних маршей, писатель, историк, публицист Александр Севастьянов вспоминает, что многочисленность первого РМ поразила даже его участников.
«Помню, мы шли в середине колонны, и не было видно ни „хвоста“ шествия, ни „головы“. Для нас это был праздник русской солидарности. Впервые представители различных партий, движений нашего направления, как ручейки, слились в одну большую реку. Мы прошли тогда от Чистых прудов до памятника Кириллу и Мефодию», — подчеркнул историк.
В последующие годы «Русский марш» в Москве был своеобразным смотром националистических сил и даже индикатором взаимоотношений группировок его участников. Так, случалось, что некоторые участники РМ, испытывая жёсткую неприязнь друг к другу, проводили свои отдельные акции, уменьшая таким образом общее число участников. К примеру, в 2014-м году в столице прошёл «Русский марш за Новороссию» и ещё один «Русский марш», участники которого занимали проукраинскую позицию.
Как считает Александр Севастьянов, именно в 2014 году состоялся «последний настоящий „Русский марш“, после чего русское движение ушло в толщу глубинного народа, как это принято говорить».
Шествие в Барнауле
Упомянутый раскол отразился и в регионах — Центральный оргкомитет РМ, случалось, не признавал «своими» акции национал-патриотов на местах. Так было, к примеру, с маршем 2020 года в Барнауле, организатором которого выступила краевая организация незарегистрированной партии «Другая Россия» и несколько общественных активистов. В Москве назвали шествие в краевой столице «мероприятием самозванцев».
Власть перехватила идеи «марширующих»
В 2022-м оргкомитет объявил о смене формата акции — традиционных шествий не будет, как и митингов с пикетами, — их заменят встречи единомышленников с последующими гуманитарными и культурными мероприятиями. Что это означает — руководитель оргкомитета Владимир Басманов прессе так и не объяснил, но сообщил, что участники РМ на этот раз будут делать «то, что не требует согласования с чиновниками» — «собираться, пить чай, разговаривать, знакомиться, помочь семье русских стариков или съездить вместе в музей». Смену формата он объяснил тем, что во многих регионах движение националистов потеряло до 90% своих сторонников.
По мнению Александра Севастьянова, «Басманов много на себя берёт, поскольку уже несколько лет находится в эмиграции, на Украине, откуда ему вряд ли хорошо видно, что в России может быть, а чего не может». Он называет несколько причин снижения популярности идеи РМ.
«Во-первых, Кремль, безусловно, перехватил инициативу — мы видим, что идея Русского мира взята на щит кремлёвским пулом журналистов. Та повестка, которую мы, представители русского движения, обозначали много лет, включая воссоединение с Крымом, вхождение в состав страны Донбасса, Новороссии — её сегодня осуществляет власть. Эта идея, которую мы отстаивали десятилетиями, сегодня пропагандируется телеканалами и ведущими политиками, пусть даже в искажённом виде. Перехватив во многом, не во всём, конечно, повестку русского движения, она обессмыслила её многие внешние проявления, в том числе „Русский марш“», — указал Севастьянов.
Фото: amic.ru / Екатерина Смолихина
Другим примером реализации идей активистов русского движения Севастьянов считает закрепление в российской конституции тезиса о русских как государствообразующем народе.
Отсутствие крупной акции 4 ноября для многих прежних политических активистов — участников РМ не означает отмену праздника. Один из организаторов барнаульских акций Михаил Варнаков, сегодня работающий врачом, говорит, что «герои вчерашних дней» эту дату постараются отпраздновать вместе.
«Соберёмся, вспомним былые события, те же марши. Вспомним нашу историю, поговорим о ней, обсудим, поспорим, как мы уже делаем несколько последних лет, возможно, в этом сегодняшний смысл этого дня», — сообщил он amic.ru.
Александр Севастьянов считает, что нежелание многих граждан страны участвовать 4 ноября в каких-то массовых акциях объясняется ещё и особенностью национального характера.
«Русские люди, на самом деле, большие прагматики и вовсе не такие идеалисты, как это принято считать. Они рассуждают так: если нет возможности там порешать какие-то важные проблемы, то чего напрягаться, куда-то ходить, когда и так всё движется», — подчеркнул историк.
Фото: amic.ru / Екатерина Смолихина
*запрещённое националистическое объединение.
Все в России знают о празднике 4 ноября, так как он является внеочередным выходным днём для большинства рабочего населения страны. На этом часто познания и заканчиваются. Редкий человек скажет, что 4 ноября отмечается День народного единства, еще меньшее число опрошенных вспомнят Минина и Пожарского, второе народное ополчение, и освобождение Москвы. Но разве это всё, что нужно знать о данном историческом событии?
Корни торжества уходят в начало семнадцатого века, а именно 22 октября 1612 года — день взятия Китай-города народным ополчение под предводительством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского. Формально, штурм продиктован необходимостью освобождения столицы от польского-литовских захватчиков, несмотря на то, что польский королевич Владислав официально был российским царевичем, с полного согласия Семибоярщины, однако, по каким-то причинам он не принял православие в указанный срок, что и явилось формальным поводу для отмены своего предложения со стороны российских управленцев. Так, польские гарнизоны, призванные помочь в борьбе с сопротивлением в Тушино, в одночасье превратились в интервентов, которым не оставалось ничего другого, кроме как бороться за законную власть своего королевича. Конечно, по прошествии четырех сотен лет трудно установить точную хронологию действий и мотивы главных персонажей, но тот факт, что данное событие является, как минимум, неоднозначным со стороны подлинной исторической науки, лишает его права считаться главным объединяющим государственным праздником.
Также, нельзя не упомянуть, что дата 4 ноября была предложена именно межрелигиозным советом России, что заведомо оскорбляет чувства неверующих, и лишает их ощущения сопричастности к государственному торжеству. Позже, после утверждения даты в качестве государственного праздника в 2005 году, обделенными почувствовали себя еще больше людей, так как праздник приобрел альтернативное название — день Казанской иконы Божией Матери. То есть, той самой иконы, с которой Дмитрий Пожарский вошел в освобождённый город. Этот конфуз сопоставим с ситуацией, когда хирург после многочасовой операции выходит к родственникам пациента и говорит: «Жить будет», а ему в ответ, многократно повторяющееся: «Ну слава Богу!».
Последний аргумент, в вопросе восстановления исторической справедливости, можно кратко назвать так — попытка неудачной подмены понятий. Напомним, что введение праздника 4 ноября, было сопряжено с отменой знаменательной для советских людей даты 7 ноября, которая вошла в российскую историю как — День Великой Октябрьской социалистической революции. Такое решение вызвало неоднозначную реакцию, хотя для многих людей, не имеющих идейного представления о главном советском празднике, смещение ежегодного выходного на 3 дня вперед не стало определяющим. Опрос ВЦИОМ, проведенный через 5 лет после реформы показал, что полное название нового праздника знают лишь 12% респондентов, а 40% опрошенных уверены, что единства в стране нет. 4 ноября — это политическая фикция, направленная на незаинтересованные в жизни общества слои населения, с целью не дать им узнать о настоящих идеалах и ценностях уходящего поколения.
В таком случае возникает вполне логичный вопрос, какой же день можно по праву считать объединяющим, для всех жителей России? На самом деле, вариантов не так уж и много. Однако 29 февраля и 7 ноября могут в равной степени претендовать на первенство в иерархии российских праздников. С последним днём зимы всё довольно просто: мало, кто знает, для чего, собственно, такой день существует, но никто не откажется от возможности внепланово не работать — точь-в-точь второе чётно число ноября, не правда ли? 7 ноября в выборе автора никак не ассоциируются с событиями 1917 года, интересующий нас прецедент произошел немного позже. 7 ноября 1902 года открылся первый российский вытрезвитель в Туле, получивший название «Приют для опьяневших». Символичность этого события невозможно передать всеми возможными эпитетами русского языка, настоящий россиянин любой национальности и вероисповедания поймет значимость такого дня без единого слова.
Понравилась статья? Поддержите Издание, мы существуем только благодаря пожертвованиям:
Или поделитесь в социальных сетях, это поможет нам развиваться:
Земская рать Минина и Пожарского, состоявшая главным образом из дворянского ополчения, а также добровольцев от городов и местных стрельцов, прибыла к Москве 20 августа 1612 г. Практически все российские историки единодушно отмечают, что земские ополченцы боялись не столько поляков, сколько своих «союзников» — казаков. Казачье войско и блокировало в Кремле и Китай-городе польский гарнизон и его русских сторонников.
Казаки 1612 года — это в большинстве своем крестьяне, разоренные Смутным временем, или холопы, чаще всего даже не беглые, а отпущенные хозяином по причине невозможности далее их содержать. Вот они и шли казаковать, жить вольно за счет грабежа и поборов.
Князь Пожарский расположил свои силы по черте Белого города (по линии нынешнего Бульварного кольца) от Петровских ворот до Чертольских (на месте ст. метро «Кропоткинская»). В то время как казачьи таборы стояли на Воронцовом поле. 22 августа на горизонте появился отряд гетмана Ходкевича. Он сопровождал обоз с продовольствием для польского гарнизона в Кремле.
Оставив обоз у Новодевичьего монастыря, Ходкевич повел наступление на Земляной вал (нынешнее Садовое кольцо) в районе Остоженки и сумел потеснить войско Пожарского до Чертольских ворот. Трубецкой с казаками, заняв Замоскворечье, весь день наблюдали за боем, не выражая ни малейшего желания вмешаться.
Такое вот народное единство и примирение
В течение следующего дня Ходкевич перегруппировал силы и переместился в район Донского монастыря. 24 августа польская кавалерия, запорожские казаки и венгерская пехота нанесли по валу удар в районе Серпуховских ворот. Ополченцы Пожарского были обращены в бегство, прижаты к Москве-реке и спаслись, лишь переправившись на ее левый берег. Положение было критическим, а казаки и не думали вступать в бой.
Вместе с тем Ходкевич понял, что продовольствие осажденным он не доставит, и ушел на запад. Участь кремлевского гарнизона была решена.
Из дневника полковника Иосифа Будзило, одного из польских начальствующих лиц в Кремле:
«23 сентября русские с гиком бросились на Крым-город (Кремль. — А.М.), но легко были отбиты.
2 октября… Пожарский устроил батареи на Пушкарском дворе (на месте нынешнего ЦУМа. — А.М.).
14 октября… осажденные, не видя возможности выносить далее голода, снова отправили к гетману двух товарищей, Бельского и Вольского, с просьбой подать им помощь на этой неделе, потому что дальше они не могут вынести своего положения, потому что томит невыносимый, неслыханный голод. Ни в каких летописях, ни в каких историях нет известий, чтобы кто-либо, сидящий в осаде, терпел такой голод… когда не стало трав, мышей, собак, кошек, падали, то осажденные съели пленных, съели умершие тела, вырывая их из земли; пехота сама себя съела и ела других, ловя людей…
4 ноября русские пошли на приступ к Китай-городу, но, благодаря Бога, были отбиты.
6 ноября. Когда нас, несчастных осажденных, злополучие охватило со всех сторон, когда мы не могли получить никакой помощи от короля нашего государя, когда колесо нашего счастья опрокинулось и настал иной конец наших дел… мы принуждены были войти с русскими в договор, ничего не выговаривая себе, кроме того, чтобы нас оставили живыми. Русские того же дня дали присягу, что сохранят нам жизнь и будут держать в чести…
7 ноября русские вошли в крепость…».
Согласно польскому источнику, Кремль был сдан 7 ноября (по григорианскому календарю). Получается, что День народного единства выпадает все на то же мистическое 7 ноября, ради отмены которого и затеяли весь этот сыр-бор. (Напомню, что Даты даны по новому стилю)
Путаница в датах
Дневников русские люди тогда не вели, журналов военных действий — тем более. Поэтому с датой освобождения в дальнейшем возникли проблемы. Квартет наиболее выдающихся русских историков определил ее по принципу, кто во что горазд.
В.О. Ключевский был лаконичен: «В октябре 1612 г. казаки взяли приступом Китай-город. Но земское ополчение не решилось штурмовать Кремль; сидевшая там горсть поляков сдалась сама…».
С.М. Соловьев на основе разрядных книг (были такие, куда записывались все вызовы дворян и бояр на службу) вывел заключение: «22 октября казаки пошли на приступ и взяли Китай-город. В Кремле поляки держались еще месяц… 27 ноября войско и народ вошли в Кремль…».
И.Е. Забелин дату будущего «народного единства» определил так: «22—26 октября Кремль был очищен».
С.Ф. Платонов подошел к определению дат основательно. Он обратился к «Новому летописцу», последней по времени русской летописи. Во всех многочисленных списках «Нового летописца» указано, что Китай-город был взят «на память святого Аверкия Иерапольского». А его память празднуется православной церковью 22 октября. В переводе на новый стиль это будет 1 ноября. Что согласовывается с датой штурма в польском источнике. Однако там указывается, что 4 ноября (25-го по старому стилю) русские опять пошли на штурм Китай-города (по их версии, уже взятого ими три дня назад!), но были отбиты.
Касательно Кремля С.Ф. Платонов назвал дату 26 октября и решительно заявил, что у него имеется неопровержимое тому подтверждение — свидетельство самого князя Пожарского. Документ этот — письмо князей Пожарского и Трубецкого, а также земской думы новгородскому митрополиту Исидору с известием об освобождении Москвы от 15 ноября 1612 г.
Однако в этом письме обнаруживается следующий текст: «сентября в 22 день, прося мы у Бога милости, город Китай взяли взятьем… и в город (Кремль. — А.М.) вошли октября в 26 день…»
Получается, что прав Соловьев, когда писал, что после падения Китай-города поляки продержались в Кремле месяц.
Все вышеприведенные коллизии заставляют громко вопросить: а был ли вообще мальчик?!
Не в том, конечно, смысле, было или нет освобождение Москвы? Оно было. Вопрос в том, установилось ли с этого дня долгожданное народное единство? Или же кремлевские политтехнологи в очередной раз вешают лапшу на уши доверчивых россиян?
Бунт против начальства
Всем торжественно возглашающим об освобождении Москвы от поляков следует знать один непреложный факт: поляки, собственно, не захватывали Москву, их гарнизон пригласило в Кремль русское боярское правительство, так называемая Семибоярщина. Персонально: Ф. Мстиславский, И. Воротынский, А. Голицын, Б. Лыков, И. Романов (дядя будущего царя), А. Трубецкой, Ф. Шереметев. Пригласило для собственной безопасности. Ибо это правительство, пренебрегши мнением общества, наплевав на земское представительство, предоставило русский престол польскому королевичу Владиславу.
Но народ не захотел Владислава. Ярчайший в русской истории пример, когда он выступил против собственного начальства. Может быть, в этом увидели кремлевские мечтатели народное единство?
Известно, что боярское начальство больше года сидело в Кремле, осаждаемом казаками и народным ополчением. Но менее известен и откровенно замалчивается тот факт, что в Кремле все это время находился будущий царь всея Руси Михаил Федорович Романов. За день до капитуляции поляки предложили покинуть Кремль женам и детям бояр и других русских сторонников Владислава. По предварительной договоренности с Пожарским они тайно вышли через Троицкие ворота Кремля по Каменному мосту через Неглинку. Это в нынешнем Александровском саду, а тогда в глубоком расположении ополчения Минина и Пожарского, далеко от казаков.
Сама капитуляция Кремля началась с того, что опять через Троицкие ворота на Каменный мост вышли все бояре и их русские сторонники. Для их охраны сюда было стянуто все войско Пожарского. Лишь только после того, как бояре под усиленной охраной ополченцев разъехались по своим имениям, открылись все ворота Кремля и началась сдача гарнизона.
В 1618 г. войска королевича Владислава и запорожские казаки гетмана Сагайдачного огнем и мечом прошлись по России. Захватили большую часть Москвы, осадили русских в Кремле и Белом городе. Осадили Троице-Сергиев монастырь, после чего было заключено перемирие на выгодных для Польши условиях.
А нам, простодушным, подкидывают 4 ноября 1612 г. Для празднования победы над «польскими захватчиками» выбрана дата за шесть лет до прекращения их «захвата»! Это все равно, как если бы победу в Великой Отечественной войне администрация президента повелела нам праздновать 5 декабря 1941 года — в день остановки немецкого наступления на Москву.
Люди из той же администрации, заявляя дату 4 ноября, утверждают, что акцент здесь вовсе не на поляках, а на единстве. Не нашлось среди близких к администрации советчиков исторически образованного человека, который смог бы доходчиво объяснить: было в истории взаимоотношений двух народов еще одно 4 ноября — 1794 года. В этот день русские войска под командованием А.В. Суворова штурмом взяли Варшаву. Это был заключительный аккорд подавления восстания конфедератов во главе с Тадеушем Костюшко.
После чего последовал известный в истории третий раздел Польши.
Александр МЕЛЕНБЕРГ